Впрочем, как Кай уже мог убедиться и ранее, «гимнастический конь» при всей своей защищённости, был механизмом довольно-таки безвредным. Охранять он себя охранял, но ни разу не переходил в нападение даже против того, кто по нему стрелял.

После того, как полегли все киборги-скелеты, Кай завершил свой полёт в том проходе между шкафами, где «гимнастический конь» почему-то застыл на месте. Вероятно, подумалось Каю, он утратил ориентацию.

Чуть помедлив, Кай подошёл поближе к коню. Раз конь стоит, никуда не идёт, больше шансов узнать, что он такое.

Корпус коня легонько пошатывался на трёх, показалось бы Каю, конструктивно несовершенных ногах. Вместе с его колебанием где-то внутри перекатывалась некая недостаточно закреплённая деталь – её слышно было то сзади, то впереди продолговатого конского корпуса.

Значит, коня всё же разок задело?

Впрочем, не факт. Может быть, так и положено, чтобы детали свободно гремели в ящике.

Кай стоял теперь перед конём. Рядом стоял, так что руку к нему протяни – и дотронешься. Кстати сказать, на передней из стенок прямоугольного ящика Кай увидел деталь, похожую на рычаг.

Конь защищён от выстрелов издалека. Конь в процессе обхода некоей заданной территории тут же тебя обойдёт, как любое из внешних препятствий. Но когда он стоит, и ты видишь рычаг на передней стенке, то как будто бы нет оснований не дёрнуть, не так ли?

Долго не стал рассуждать. Потянул за рычаг – и ноги коня сложились. Механизм тяжело опустился на пол, тут же откинулись створки продолговатого ящика. Вот значит, что представляет собой «гимнастический конь»; это, фактически, автономный в перемещении чемодан на специальных суставчатых ножках.

Заглянув в чемодан, Кай нашёл там именно то, о чём уже даже успел догадаться. Три артефакта: Шар от Свинючины, Конус Проглота, Тор предположительно от Червя. Всё, что было потеряно, а теперь вот вернулось.

Чтобы вновь артефакты не упустить, Кай поспешно их выгреб, после чего задумался.

…А ведь ящик на ножках мог бы и для него стать полезным приобретением! Всё, что вряд ли когда ухитришься запихнуть в рюкзак, здесь, вполне вероятно, уместится. Все трофейные лучемёты, добытые им с риском для жизни. Всё, что складывал он, не особо надеясь на лучшее.

Дело за малым: объездить сего иноходца. Подчинить гимнастического коня.

1

Власть над трёхногим конём Кай обрёл, играючи. Даже не очень-то понял, за счёт чего.

Нет, ну можно предположить... Конь стоял — это было, наверное, первое из условий. У коня, вероятно, прервался контакт с погонщиком — с тем из скелетов, что им непосредственно руководил — это уже второе. В-третьих, Кай уже отворил ему ящик, беспрепятственно вынул все ценные артефакты — так теперь-то коню что за смысл перестать подчиняться?

Собственно, при таком позитивном старте дело осталось за малым: понять, как коню отдаются команды. Факта признания власти со стороны механизма всё-таки мало, здесь требуется и понятливость, а не то ты прикажешь одно, а конь натворит другое — даже без побуждения против тебя восстать.

Кай исходил из того, что до сих пор применение здешних спортивных коней опиралось на правила сидского происхождения, это значит — на сидский язык (на один или несколько) и на цветные коды энергий Сида.

Вот бы на корпусе у коня отыскать соответствующий кодоприёмник — это позволило бы, пользуясь артефактами, переключать режимы.

Впрочем, даже когда специального кодоприёмника нет, весь механизм всё равно может работать как кодоприёмник. И, вероятней всего, ключевой энергией, позволяющей запускать подобные механизмы, выступает сиреневая «сеть». Это она отвечает за сохранение и воспроизведение информационных матриц, за основную логическую структуру происходящих процессов.

Не озарить ли теперь гимнастического коня этой сиреневой «сетью»? Почему бы и нет, благо, Тор далеко не спрятан... Правда, Каю немного неловко перед самим собой за не очень осмысленное поведение — ну да ладно, что-что, а неловкость перед самим собой Кай уж как-нибудь выдержит.

С Тором в руках Кай обошёл воуруг гимнастического коня — и внезапно узрел-таки кодоприёмник. Или, что тоже возможно, заставил его проявиться. Одинарный, с кодовым словом «Якка» — то есть, сиреневый-сиреневый-зелёный-красный: сеть и сеть, сила и тяжесть.

В общем, всего за минуту-другую неуверенных манипуляций конь уже стал принимать от Кая голосовые команды. Ясное дело, на языке Сида. И, хоть с сидской фонетикой Кай до сих пор не вполне дружил, но не настолько, чтоб вовсе не справиться — благо, уроки с Ляяноборцем себя оправдали.

Кай произнёс:

— Ая фаяя! — Крышка ящика на коне послушно захлопнулась.

Кай сказал тогда:

— Ика зяяка! — Крышка ящика распахнулась опять.

Можно было, конечно, открыть и закрыть вручную, но восприятие механизмом голосовых команд и само по себе дорогого стоит.

Полчаса упражнений — и вот уже Кай обучил гимнастического коня следовать за собой.

После этого перепаковал рюкзак, распихал артефакты, оружие, пищу и воду наиболее рациональным образом. Все артефакты из Сида — конечно, в рюкзак. Также один плазмоган, пара бластеров, лучемёт, немного воды и немного пищи — самый необходимый минимум, позволяющий не сгибаться уже под тяжестью и чуть что не бросать свой рюкзак на произвол судьбы.

Ну а всем остальным Кай нагрузил коня.

2

Краткий (да, Призма права, не такой уж и краткий) эпизод суеты героя вокруг выполнения функций оруженосца завершился довольно успешной их передачей гимнастическому коню. Что ж, очень вовремя. Было, кажется, недалеко до того, чтобы начать самого же себя презирать за трусливую мелочность и навязчивость сбора трофеев.

(Хоть никто же не может знать, сколько именно лучемётов ему пригодится, ведь ответ-то зависит от совокупных объёмов Лабораторного Храма и от его насыщенности врагами, нуждающимися в зачистке; да к тому же необходимо учесть, что наличных ресурсов Кая для прохождения Храма было решительно недостаточно, в этих условиях альтернативы трофеям нет).

Ну да ладно. Пора выступать. Что-то Кай задержался в зале с работающими шкафами. Поджигать их лениво и, вероятно, бессмысленно: этот способ решительно применить затрофеенные лучемёты стал как минимум неактуальным (уж теперь-то, имея в помощниках гимнастического тяжеловоза-коня), а как максимум — вредным перерасходом времени.

Коридор, коим зал завершался, был обычным для здешнего Храма повторяющимся элементом. Коридоры, туннели, предбанники — все они здесь на одно лицо в пределах своих категорий, но при этом они стилистически разнородны и едва ли являют единый ансамбль Храма как целого.

Сопровождаемый грузовым конём, Кай прошёлся по коридору до тупика. Что, это всё? Нет, не может такого быть. Зал с гудящими «алтарями» никак не мог быть последним, всё устройство его говорило о промежуточности.

О, ну конечно: присмотревшись к стене тупика, Кай увидел кодоприёмник. Тройственный код, предлагавшийся к применению, состоял из обозначений «Яя» — «Узз» — «Якка». Что ж, теперь-то, после возврата потерянных артефактов, у него снова есть возможность всё это набрать.

И набрал. Стена тупика вместе с кодоприёмником тут же уехала в сторону, а за ней показалось продолжение коридора с разветвлением на конце. Кай добрался туда вместе с конём-чемоданом, и у самой развилки велел ему остановиться — чтобы в спокойствии выбрать дальнейшее направление.

Правое ответвление коридора вело к совершенно пустому высокому залу цилиндрической формы. Стены его были охвачены целым рядом металлических поясов, и от каждого пояса отходили на специальных стрелах множественные подставки под какие-то предметы с округлым днищем...

Ба, да на этих подставках недавно располагались дроны — те, которые Кай истребил в зале с гудящими стойками. Вот откуда они туда прилетели, когда наблюдатель с полатформы включил сирену! Впрочем, что сбито, то более не актуально. Просто стоит иметь в виду, что где-нибудь там, впереди, можно встретить подобные залы, из которых легко поднимаются по сигналу тревоги приготовленные машинки.