Моя тонсен, Ын Хо в школьной форме.

Су Хен попросил. чтобы я помогла его дочери, Ын Хо, выучить иностранные языки, а то, у неё, как и у большинства корейцев, трудности с английским и некоторыми другими языками. У меня опять дежавю. В прошлом мире я учил правильно говорить по-английски Сон Ми, и в этом мире придётся попотеть на этой ниве! Дочь самчона будет жить у нас. Мы вместе будем ездить в школу на автобусе или метро. Так безопаснее. Да и андроид у неё – мужчина, разновидность лёгкого боевого робота. По корейской традиции мы выяснили, что она младше меня на два месяца. Теперь Ын Хо называет меня онни, а я её – тонсен.

Как мне сказала Ын Хо, в классе девочки сидят за учебными столами вместе со своими роботами, но андроидов нельзя использовать для подсказок при тестировании или на уроке.

Ну вот, кажется, приехали. Узнаю здание, в котором я учился в параллельном мире. Правда, директор и учителя здесь другие. Наш класс насчитывает тридцать девчонок. Мы выстраиваемся в три шеренги, сзади нас застывают андроиды. Я опять на голову выше этих мелких аборигенов. Они с завистью косятся на мои большие глаза, крашенные волосы и белую кожу. Я чувствую, как взгляды многих из них устремлены на мои длинные ровные ноги. Пусть завидуют! Я ведь не виноват, что природа создала их кривоногими.

В этой Корее мы вначале пропели здравицу королю страны (ванну). А потом директор Ким Ду Хван произнёс наполовину патриотическую, наполовину трудоголическую речь, призывая школьников учиться, не покладая рук, чтобы страна смогла ответить вызовам нового времени, и сорвать происки северян. Ну, как будто вернулся в прошлое! К нашему классу подошла руководительница.

- Девочки, меня зовут Ли Ён Су. Я буду вести у вас математику и физику. А сейчас давайте пойдём, я покажу ваш класс.

Мы поднялись на второй этаж, и вошли в одну из больших комнат. Внутренность класса не отличалась от той, с которой я столкнулся в прошлом мире. Мне достался шкафчик под номером девять, а Ын Хо сидела за мной, поэтому ей дали ключи от десятого шкафа. Я с удовольствием смотрел, как Катя заложила в выделенный мне шкаф мои вещи, и закрыла его ключом. Эх, мне бы в прошлом мире такую служанку!

Начался первый, ознакомительный урок. Ён Су раздала нам расписание, а потом начала знакомится с классом. В этой Корее не было принято выводить детей к доске, Чтобы они рассказывали свою биографию. Классная руководительница просто читала фамилии и имена, и смотрела, кто есть кто. Когда она объявила мою фамилию, все одноклассницы удивлённо посмотрели в мою сторону. Да и учительница немного замялась.

- Ты откуда, хубэ?

- Сансенним, я из Англии.

- О-о-о! – Теперь на меня смотрели со всё возрастающим интересом.

- Но ты не похожа на «банан»!

- Я не кореянка, мой отец был англичанином, а мама сиамкой. Так что, можете считать меня вегугинкой.

- Интересно! Ладно, садись, Лиса-ян!

Потом учительница начала урок. Меня к доске она не вызывала. Как только прозвенел звонок, классная руководительница вышла. А среди девчонок началась корейская игра: угадай, кто старший?

На моё счастье, оказалось, что я старше всех минимум на пару месяцев. Теперь ко мне прямо, по корейским неписанным законам, обращаться нельзя. Это надо делать через мою тонсен, Ын Хо.

Первый вопрос одноклассниц был о языке.

- Ну конечно, знаю! В Англии ведь все говорят только по-английски.

Попросили что-нибудь сказать. Дурачьё! Я и сказал, что моя омма имеет кафе, а мой андроид Катя отвинтит им всем головы, если ещё будут задавать дебильные вопросы. Полностью поняли мой спич только три человека, в том числе и тонсен. Остальные хлопали ресницами, очевидно, плавая в иностранных языках. Кстати, в этом варианте Кореи не было никаких Домов языка, ТОЕК и прочего. Ученик подавал заявление на имя директора, тот звонил специалистам, и назначался день сдачи того или иного предмета, в данном случае, языка.

Если ученик сдавал это экзамен, его освобождали от посещения уроков по предмету. Это мне сказала Катя, которая через Интернет списала правила, установленные местным министерством образования. Кстати, тут тоже было трудовое воспитание в виде уборки класса после уроков.

Место действия: Южная Корея. Пусан, женская школа Намсан, учительская.

Время действия: первое марта две тысячи двенадцатого года, вечер.

Директор школы открыл первое собрание преподавателей в новом учебном году. Классные руководители по очереди делились впечатлениями о вверенных им классах. Наконец черёд дошёл и до Ён Су:

- У меня в классе, как и у других сонбэ, тридцать учениц. У всех есть свои андроиды. Но у одной, довольно интересной школьницы, вот, я выведу на настенный экран её фотографию, андроид не мужского пола, а женского.

- Но ведь такие роботы уже давно не выпускаются! – Заволновались коллеги Ён Су.

- Я позвонила омме этой девочки. Оказалось, что они купили этот андроид в складе полиции. Там никто не смог его «оживить», а вот её дочь смогла. Этот робот выпущен в Германии, двадцать лет назад.

- Постойте, Ён Су, но как школьница смогла сделать то, что не удалось полиции? – Засомневался директор.

- Я узнала. Оказывается, у неё в Англии был именно такой андроид.

- Она, что, вегугинка или банан? – Удивился учитель химии.

- Она не кореянка, но и не совсем вегугинка. Её мать была сиамкой. Девочка попала в детский дом после смерти родителей, потом сбежала из школы, пережила катастрофу парохода, что затонул около Пусаном два месяца назад. Вегугины отказались принимать её обратно, и девочку взяла на воспитание владелица кафе. Недавно произошло удочерение Лисы. Так её зовут. Мне сказала знакомая, что знает эту школьницу, так как пару раз была в кафе новой оммы Лисы. Она утверждает, что девочка общалась с туристами разных стран на их языках, когда зимой помогала омме обслуживать клиентов кафе.

- Вы хотите сказать, что она знает два-три языка? – Директор заинтересованно поднял брови.

- Кам мне удалось выяснить, она знает пять или шесть языков, вот список, вывожу на экран. – Ён Су проделала нужные манипуляции, и учителя ахнули, ознакомившись со списком.

- Спасибо, Ён Су! Вы получите премию в конце месяца, если эта Лиса, как вы её назвали, сможет подтвердить свои знания перед комиссией. Завтра я договорюсь с экспертами, когда они могут провести экзамены.

- Может не стоит так торопиться? – Осторожно сказал заместитель директора.

- Дун Ыр, вчера мне звонили из министерства, и прислали вот это! – Директор вывел на экран текст. Все преподаватели внимательно его прочли.

- То есть, если у нас есть у какого-нибудь ученика уникальные способности, и он по направлению школы их подтвердит, то нам будет перечислен грант в размере ста миллионов вон? Я правильно понял? – Учитель физкультуры посмотрел на директора.

- Да, всё верно! Из этой суммы один процент пойдёт родителям ученика, а он сам будет освобождён от изучения этого предмета.

Место действия: Южная Корея. Пусан, женская школа Намсан.

Время действия: пятое марта две тысячи двенадцатого года, вечер.

Я решил не светиться, и вёл себя, как обычная ученица. Пока никаких песен я на уроках не пел, выполнял заданные учителями задания, занимался в библиотеке или у нас в кафе, читая с Ын Хо статьи из Интернета по темам, заданным педагогами. Показать некоторые свои способности пришлось на физкультуре. Это ведь не скроешь. Ну и продемонстрировал перед классом свои навыки в гимнастике и аэробике. Пак Ген Джу, учитель физкультуры был сильно удивлён моими умениями, и спросил, откуда я у меня такие способности. Я не знал, что ответить, но внезапно в голове послышался шепот: