2

— Да, — ответил Гонсалес с голоэкрана. — Симптомы те самые. Я говорил Гильденстерну, что Гаррис не просто устал — был отравлен. Если теперь то же самое и у Сантьяго, это наводит на мысль о чьих-то намеренных действиях.

Олаф воскликнул:

— Я понял: виновен Дельгадо!

— Да? Почему? — обернулся к нему Бенито.

— Точно не знаю, но больше, по-моему, некому…

Или, точнее сказать, проще всего ему было бездоказательно обвинить кого-то из тех, кто не присутствует.

— Как он, по-твоему, всё это совершил? — с голоэкрана спросил Гонсалес.

— Точно не знаю, но кто здесь всё знает: Дельгадо. Вот и подсунул им что-то такое отравленное… Нам остальным весь «Маджестик» как тёмный лес!..

— Да уж. В «лесу», — согласился Бенито, — нам и придётся сейчас ориентироваться. И накануне предстоящей «зачистки леса» разобраться бы и с отравлениями. Но по уму, не вот так голословно. Что, как вы думаете, объединяет Сантьяго и Гарриса?

— Их орудийный пост у носовой гравипушки, — заметил Трентон. — Оба там были, только в различные смены.

— Важный момент, — ухватился Бенито.

Эстебан возразил:

— Что-то не слышал, чтоб у гравипушек было такое побочное действие.

— Не гравипушка, Что-то другое в отсеке.

— Что-то, что действует, — вставил Гонсалес с экрана, — на дыхательную систему.

— Кислородная маска, — с усилием пробормотал Сантьяго, — эта ч-чёртова маска… — Но не проснулся. Он бормотал сквозь сон.

Что ж, у Бенито сложилась уже картина. Некий покуда неведомый злоумышленник, действуя в интересах Галактического Альянса, убирает людей в их и так небольшой команде, но при этом старается, чтоб итог его действий смотрелся естественно. Да, и каких людей — наиважнейших. Лучший боец, единственный в группе провидец. Даже провидец скорее — он знает, куда лететь… Чтобы убийство прошло незаметно, злоумышленник прибегает к сильно отсроченной версии отравления. В баке, соединённом с кислородной маской он к кислороду подмешивает отраву… Кто мог суметь провернуть такое? Только Дельгадо — кажется, Олаф прав.

Да, в своём сильном стремлении отвести от себя подозрения подкапитан слишком явно использовал свои компетентности, чем на себя безошибочно указал. Кто, как не он, ведал обеспечением орудийных отсеков? Кто, как не он, преподавал им детали труда операторов орудийной смены? Среди которых была и такая деталь: чёткий контроль орудийной системы над физиологическим состоянием оператора. Датчики не позволяют ему тихо заснуть на дежурстве, будят его неприятным резким сигналом. Вроде, работают на предотвращение тех симптомов, что развиваются у операторов, ну а на деле — уверенно их провоцируют.

Что делал Гаррис, борясь со своим недосыпом? Вероятно, пытался насытить организм кислородом при помощи маски. Способ ему подсказал сам Дельгадо — ещё ранее, занимаясь инструктажем.

Стало быть, вот что придётся учесть при зачистке «Маджестика»: что Дельгадо предатель. Он не был похищен — сбежал. И специально скрывается где-нибудь в тех секторах, что предназначены для зачистки.

3

Суета. Возникающая непременно при наложении логик различных действий. И добро бы сие наложение протекало с единством времени и единством пространства. Нет же, в цейтноте по времени все эти деятельности очень пространственно разнесены. По громаде «Маджестика» и за его пределами.

Прав же Бенито. Необходимо скорей провести дозачистку. Обойти все отсеки, с какими утрачена связь. Там отыскать и мерзавца Дельгадо, и затихарившихся сидян, и корабль-трансформер Сида, и хоть какие следы от Кая… Всё это надо проделать как можно быстрее, но занимает как минимум двое суток.

Прав и Гонсалес. К нему в медотсек надо как можно быстрее отправить Сантьяго. Сам он за ним не зайдёт, так как не может оставить Гарриса, но уверяет, что с каждой минутой теряются шансы поставить Сантьяго на ноги.

Прав и Том Трентон. Он что-то себе мастерит, обещая в итоге устроить мобильную связь для всех, и предлагает ускорить передвижение при зачистке, пользуясь линией антигравитационных платформ. Сложность вопроса только лишь в том, что маршруты платформ, попадая в любой затенённый сектор, могут на деле отправить в открытый космос, если по косвенным данным не оценить заранее истинные масштабы ущерба, нанесённого корпусу звездолёта.

Прав и Альварес — он каждому напоминает, что пора, наконец-то, надеть уже гермокостюмы. Артикулирует доводы здравого смысла. Все, вроде, с этим согласны, но думают сплошь о своём; есть вероятность, что в спешке кто-то забудет.

А вот пилот Эстебан — он, похоже, не прав. Не сотрясает воздух своими резонами. Он здесь единственный помнит, что «Маджестик» отнюдь не покоится, а — да, со всеми проблемами на борту — продолжает полёт. А куда — прорицатель не скажет, поскольку в коме.

Собственно, он, Эстебан принял решение на свой же и страх и риск. Он дредноут ведёт по единственному алгоритму, который понял.

Гаррис когда-то сказал, что нападение на «Маджестик» ознаменует проход в ограничительном коконе, что наброшен сейчас на человеческую Эйкумену. Кто же тот кокон набросил — не время определять. Ранее Гаррис считал, что сидяне, потом — что Альянс. Ясное дело, с противоположными целями. Только дредноут с командой под предводительством Гильденстерна может те цели расстроить. Но может и не расстроить.

Цели Альянса понятны — спасти от врагов свой мозг.

Спас бы и сердце, но сердца в Альянсе нет. Есть только ложное сердце — тот самый Уошингтон-Пойнт, где заседает Правительство высшего круга. Главный секрет Галактического Альянса — в интерпретации Гарриса — именно в том, что Правительство высшего круга ничего не решает. Стало быть, пробиваться к Уошингтон-Пойнту — гибельный, ложный ход. Если дредноут пойдёт по нему, силы растратит попусту. Может, прихлопнет одно из ложный сердец Альянса, но не прорвётся к мозгу.

А ведь именно мозг управляет всей сетью щупалец.

Так говорил прорицатель Джой Гаррис, если, конечно, Эстебан его верно понял. Мог бы понять и ошибочно — при переводе на свой язык.

Даже скорее всего кто-то из них ошибся: не Эстебан, так сам Гаррис. Беднягу клонило в сон…

Знаком ошибки стала культурная принадлежность атаковавшей эскадры. Станет ли шесть кораблей из ксенокультуры Сида сторожить абсолютно враждебный для них мозг Альянса?

Нет, не похоже. Не станет. Идёт же война.

Значит, ошибка. Неустранимое противоречие в логике. Был бы по-прежнему здесь под рукою Гаррис, уж Эстебан бы заставил его выдать непротиворечивое предсказание — и сообразно ему направлял бы дредноут.

Но, к сожалению, нет ни резерва по времени, ни новых идей, ни провидца в рубке. Значит, придётся считать, что в отсутствие Гарриса старый его алгоритм почему-то верен. И, поскольку провидец не сможет взвалить на себя вину, то в его ложной роли поневоле придётся побыть Эстебану. Да, с Альваресом вместе: тот рассчитал маршрут.

4

Более-менее сложности разрулились. Все первым долгом послушали доводы от Альвареса и нацепили-таки гермокостюмы. Жуткие дыры во внешней обшивке корпуса, выведенные на голоэкран, послужили катализатором серьёзного отношения. Кстати сказать, шлемофоны в гермокостюмах с ходу решили проблему голосовой связи с рубкой.

Далее — транспортировка Сантьяго до медотсека. Честер и Олаф вызвались отнести, Трентон довёл их до линии антигравитационных платформ (он её несколько ранее расконсервировал для себя, чтоб не хромать почём зря через весь «Маджестик»).

Ближнее к рубке слепое пятно, предназначенное для зачистки, взялся проверить сэнсэй Онодера. Бенито отправился с ним. Думал ещё прихватить и Альвареса, но воспротивился Эстебан.

— Космогатор мне нужен в рубке, — сказал он уверенно. — Мы, если кто-то не в курсе, продолжаем полёт. В данное время вокруг «Маждестика» располагается хитро задуманная преграда — вовсе незримая, наподобие «Карантина». В ней есть проход. Чтобы вписаться в него, необходимы расчёты. Чтоб обеспечить их своевременность, необходим Альварес.