Да уж. А Кай и подумать о том не успел, что открыл уже дважды портал с этим ярким пламенем. Или питал безосновательную надежду, что огневик его действий попросту не заметит. Переспросил: «Я не закрыл за собой порталы?». «Сам-то как помнишь? — взорвался язвительно огнедемон. — Ты, как я вижу, по жизни привык, с младенчества, чтобы другие всегда исправляли твои ошибки! А самому, как я вижу, фантазии не хватает, чтобы понять, как противно сквозит в эти мерзкие задние двери между мирами!».

Тут Гильденстерн, убедившись, что он не прав, забормотал потерянно: мол, не беда, всё закрою… Но демонические запросы не обуздаешь покорностью. «Что?! — заревел огневик. — Ты их смеешь ещё закрыть?! Самовольно, без спросу у властелина мира?! Нет уж, негодник, ты будешь наказан вдвойне за неуклюжесть в попытке избежать наказания!!!».

«Ладно, — сказал Гильденстерн, — если не хочешь, не буду. Правду сказать, не очень-то и хотелось». «Ах! — пуще прежнего возмутился демон. — Так ты смеешь упорствовать в этом преступном пренебрежении? Ну так знай же: я выпущу сам на тебя посттравматичную Снежную Королеву».

Кай и подумал: ага, заговаривает мне зубы! Он решил, огнедемон настолько боится портала в ледовый мир, что с перепугу надеется сам перепугать героя. «Нет уж, — сказал он, — Королева побеждена». «Мной, — уточнил огневик, — но не тобою, халявщик!» — Произносил огнедемон обидные вещи, в паузах также пытался обидеть героя огнём — и метал по нему файерболы в самом бодрящем ритме. Кай предпочёл бы, чтоб он говорил без пауз. Потому и дразнил, вынуждая к словесным ответам. Сразу и начал, как только заметил закономерность.

Но не сразу заметил открытые им же порталы — в мир мороза и льда, в мир болота и жабы — в самом конце танцевальной площадки, на заднем фоне. Не мудрено: он доселе отсюда их не наблюдал, а танцующий демон прикрыл их от взгляда кострищами. Был огневик импульсивен, порывист и непоседлив, но и хитёр — ибо всё-таки демон. «Ты пожалеешь, что не закрыл порталы», — пообещал он Каю.

В нужный момент огнедемон скомандовал: «Залп!» — и вдобавок к его огнедышащим файерболам в Гильденстерна теперь полетели ледышки и комья грязи. Правда, первые здорово испарялись в полёте, а вторые в нём высыхали и осыпались.

«Эй, служанки, — потребовал огнедемон, — подойдите поближе, да прицельтесь в него получше!» — из-за пары высоких кострищ показались Королева Снегов и жаба — но в каком состоянии! В самом плачевном — и всё же безропотно шли, повинуясь горячему огненному принуждению: каждую сзади подгонял файербол, очень маневренный и причинявший обеим, очевидно, большие страдания.

Кай догадался, что время пришло отступить. Не ожидал он, что демонов будет трое. Не ожидал, что стихии объединятся. Недобровольно и не за совесть — за страх.

Увернувшись на силу от первого града из файерболов, айсболов и диртболов (от вторых и от третьих что-то уже долетало) Кай начал пятиться вниз по склону Чёрной скалы, осознавая притом, что склон крутоват, чтобы этак вот пятиться. А огнедемон вверху зубоскалил: «Не оступись, нарушитель! Не шлёпнись отсюда навзничь! Я и служанки мои не успели повеселиться!».

«Сам нарушитель! — в ответ закричал ему Кай. — Так-то ты выполнил все положения договора!» — Кай поднимал «договорную» тему, не оставляя надежды схитрить. Помнил, что лишь договор, заключённый с Рабеном, не позволяет теперь Сидской Короне закрыть огневой портал.

«Ха! Договор?! — расхохотался демон. — Знай же, дурак: мне не писаны договоры! Вот договор твой, ты видел его, наивный? Ну так гляди, как я плюну в него огнём!» — По причине неведомой третий демон, подобно и двум предыдущим не различал Гильденстерна и Рабена, видя и в первом как будто бы прежнего венценосца, заключившего с ним договор.

Тут же в руках у огненного танцовщика показался листок из неведомого материала, по котором огнём же дышали сидские буквы. Кай, повинуясь интуитивной неясной догадке, выкрикнул: «Не повреди договор!» — втайне надеясь как раз на обратное действие. «Нет, — заревел огневик, — не спасти тебе документа. Он ничтожен и будет сейчас уничтожен!». Дунул огнём — и моментально сгорели все расстояния между сидскими буквами.

Да неужели? Кай опасался поверить в удачу. Нот выходило, что демон себя же перехитрил. Знать, подвела его импульсивность и непоседливость.

Но догадка нуждалась в эмпирическом испытании. Гильденстерн приказал Сидской Короне закрыть портал — и она подчинилась, больше не связанная договором.

С этих-то пор вряд ли хоть кто-нибудь сможет на Эр-Мангали спутать с вулканом скалу под названием Чёрная. А почему? Потому что совсем не похожа.

2

Возвратившись от ранее огнедышащей Чёрной скалы к месту, где спутники караулили у подножия, Кай нашёл там Бенито и Честера, а Сантьяго как раз не нашёл. «Где Сантьяго?» — спросил Гильденстерн. И услышал: «Пошёл на разведку. Ну, к перевалу, где водится каменный демон». Что ж, осталось ему пожалеть, что товарищ его поспешил, но и признать, что понять его можно: больно уж у Сантьяго натура деятельная.

Всё, что можно понять, Гильденстерн, по возможности, понял, но не ушёл и от некоторого беспокойства, вызываемого энтузиазмом Сантьяго. Чтобы мастера боя догнать, Каю придётся теперь принапрячься, действовать в темпе намного быстрее, чем он привык, не успевая осознавать ответов на свои действия в тех горизонтах, что были поставлены ранее.

И, наконец, основная опасность — Робарианский Молот в руках у Сантьяго, крайне полезный в предсказуемых ситуациях, но и угрожающий в ситуациях непредсказуемых основному ресурсу, то есть — Короне Сида.

Ладно, чего уж там, примирительно мыслил Кай, предусмотрительно выслав вперёд Бенито и Честера. Те, приближаясь к заветному перевалу в Скалистых горах, меж валунов высматривали Сантьяго.

И Сантьяго нашёлся — не понарошку сонный. Видно, умаял его поединок с каменным демонизмом.

«Друг, просыпайся, — промолвил Бенито Родригес, — каменный демон тобою, похоже, повержен? Если всё так, то прими мои поздравления». «Нет, не повержен, — ответил ему Сантьяго, — но, без сомнения, многое получилось. Видишь вон те валуны? И вот эти, которые ниже… Всё это здесь недавно ещё летало. Молотом по камням — тот ещё вышел спорт. Но, признаю, довольно энергозатратный. Мышечной силы затрачено было много». «Ну а толку-то? — Честер спросил. — Демон тобой не повержен, одни снаряды. Он тех снарядов достанет ещё в своём каменном мире». «В том-то и дело, — Сантьяго сказал, улыбаясь. — Знаешь ли, Честер, что значит „снарядный голод“? Перегрузил я способности демона, завершились его подачи. А уж последний-то камень вышел прелюбопытнейшим. Даже не камень — скрижаль с письменами сидскими. Жаль, показать не смогу — она полностью раскололась ударом Молота. Долго искал — не нашёл от неё ни буковки.

Собственно, Каю, чтоб вышвырнуть демона камня с Эр-Мангали, попотеть не пришлось — основное Сантьяго сделал. Без договора Корона сработала, как по маслу. Сразу закрыла портал, не кочевряжилась. Каю-то ведомо, что за энергии требовались. Фиолетовый «траур», синий «покой», ну и красная «тяжесть».

3

После изгнания демона камня все перевалы в Скалистых горах, вероятно, плюс-минус освободились. Но Гильденстерну не захотелось воспользоваться этой возможностью, облегчающей путь. Можно ведь там ненароком и заблудиться; даже Бенито не скажет, что там да как расположено ныне, хоть и провёл пару лет в близлежащем иохотничьем лагере. В целом надёжней пройти по разведанному маршруту — так решил Гильденстерн, и товарищи с ним согласились.

Шли, поэтому, мимо пещеры Проглота, где с тех пор уже побывали людоедствующие мародёры, или, может, точней — мародёрствующие людоеды, с каковыми пришлось столкнуться в былой экспедиции.

В настоящее время, однако, мародёров былых не осталось, так как все они переназвались теперь в охотников-демоноборцев. Но вот охотники с Плюмбума очень боялись Кая — новость о том, что стряслось на бархане на месте болота распространилась достаточно широко.