Ну, мы, короче, протиснулись сквозь портал. Вышли, как все, на планету Эр-Мангали, но не стали, как некоторые, переться сперва к головному посёлку колонии (то есть, Новому Бабилону), потому как он окружён и подвижными сидскими башнями, и вообще, как признался нам Брандт, там, в Бабилоне никто никогда ничего не знает.

Нет, подойти-то немного поближе мы подошли: посмотреть было больно охота, как там шагают башни. Убедились: шагают. Каменными ногами. Это же Сид, он способен и не на такую глупость.

А ещё для того подошли, чтобы Брандт сориентировался. Потому что ему танцевать-то удобно «от печки». Он ведь водителем был, так что всё время работы на Эр-Мангали не бродил пешкодралом по здешнему бездорожью, а катался на вездеходах по разным дорогам.

Дылда Вики спросила:

— Так где же твой вездеход?

— Больше нет, — сказал он. — И у других не имеется. Может, единственно у военных — из Альянса или из Сида.

— Мы бы угнали, — заржал костолом, — но у военных бывает себе дороже.

Я уточнил:

— Нам бы не тачку, а «Корону бы Сида» угнать…

— Так не ясно ж, — заметил Пузырь, — у кого настоящая.

— У Гильденстерна, — сказал я уверенно. — Всё настоящее наверняка у таких. — И подумав, добавил: — Ребята, а ну его нафиг, таки надо зайти к Бабилону и плюнуть на ускорение. Без «Короны» всамделишной нам здесь корячиться нечего…

— Тю, — сказал Брандт, — Джо, ты, кажется, думаешь, что Гильденстерн, как последний дурак, зайдёт в Бабилон?

— Что не так?

— Не зайдёт. В Бабилоне теперь комендантом полковник Сэвидж.

— Ну и что?

— Да не любит его Гильденстерн. Ну, и я его тоже не жалую.

— А уж полковник-то как вас обоих не любит! — заржала Вики. В отношениях баба сечёт, хоть и дылда громоздкая.

— Ха. Всех на свете полковник не любит, не только нас.

— Значит, тем, кто зайдёт б Бабилон…

— …он устроит подлянку, — закончил Брандт.

Ну дела, я подумал, такой поворот всё меняет. Значит, все кто зайдёт в Бабилон, в нём, как дурни, задержатся. Потому нам не надо туда, как мне думалось и перед тем.

Но, однако, опять же, «Корона Сида»… Неохота с палёной идти на демонов. Мы и без цацки, конечно, круты, только вдруг крутизны не хватит?

— Слышь, Себастьян! — захотел уточнить ещё раз. — А вот эти вот демоны все одинаково сильные? Может, есть послабее, ну, против которых никакая «Корона» не обязательна?

— Есть, как не быть! — сообщил тогда Брандт. — Это отсюда на юг. Там есть демон такой — наподобие мерзкой рептилии. Я, по правде, с него-то и думал начать, а к другим уже после, впоследствии.

Ну и пошли мы туда. Я по пути инструктировал Хью, костолома.

— Помни, придурок, — ему говорил любя, — наше количество прямо сейчас уменьшать не надо. И потом, когда демона кончим, опять же не надо тоже. Ну, потому что там будут другие демоны; чем больше нас, тем у нас будет больше шансов. Понял меня, костоломная ты кувалда?

— Понял. Не буду пока… А когда уменьшать?

— После того, как Онар нам все премии выплатит. Он же (ты понял?) доплатит любому за соучастие, а не голую премию только лишь за победу.

— Та понятно, — вмешался непрошенный Джубал. — Одгого не пойму: тысяча штук — это что, миллион?

— Ну типа.

— А чего не сказать нам так прямо; «Даю миллион»?

— Да оттого, — молвил я, — что тысяча штук — это выглядит больше. А Онар — он же крупный бугор, он сечёт и в пиаре!

— Да уж, сечёт, — сказал Биф, — на костюмах-то наших охотничьих логотипы его корпорации.

— Ну ещё, — ему Вики, — спасибо скажи за заботу о нашей экипировке.

Под такой вот трындёж и шли себе по планете. Что видали на ней — больно нудно о том говорить. Мы ж не придурки глазеть на такое, за что деньги не платят.

Но, короче, дошли до долины, где Брандту запомнился демон.

Там увидали такое, что мама дорогая! Целый ковёр, ну представь, из плоскопузых рептилий, ясно, что неспроста. Там же не пара десятков, а пара десятков тысяч! Да с Онара за это содрать бы куда побольше, чем им было обещано. Я прикинул: в такое мы, блин, не играем. Даже думал: отступим, на всё уже наплевать. Только, ладно, сначала проверим, ну, что нас там встретило. Мне-то всё-таки было непросто понять, то ли эти рептилии — просто рептилии, то ли они не чего-нибудь там постороннее, а элементы от демона, в смысле, его составные части. (Не, ну, что части, не очень-то и похоже: каждый из плоскопузых — законченная рептилия. Дык, всё равно же надо было проверить!).

Я нацепил на башку «Корону Сида» — чисто на всякий случай, вдруг она как-то сработает. Блин, никакого эффекта, я так и знал.

— Валим отсюда, утырки, — сказал я тогда команде.

Все и послушались — кроме единственно Брандта. Он — неизвестно зачем — начал как раз геройствовать. И воевать с кучей тысяч плоскопузых рептилий — один. Понял, наверное, что ведь не жить ему после такого облома нашего.

— Остановить, идиот! — мы закричали хором.

Он — как не слышит. Дырявит рептилий, идёт по дырявым чешуйчатым спинам. И, что странно, рептилии не беспокоятся, когда он этак с ними.

Тут кое-кто из наших решил, что и у них такое получится. Биф и Кирпич с дылдой Вики тоже стали стрелять. Очень ошиблись. Ох, как же они ошиблись! Потому что проклятые плоскопузые гадины только на выстрелы Брандта не реагировали, а на всех на других — как накинутся, мерзкие сволочи!

Бифа вмиг разорвали, он даже не понял, что с ним происходит. От изумления даже не пискнул, бедняга. Недобитая тварь откусила ему ступню, как упал — остальные разинули пасти. Тихо схарчили, такие вот парню похороны.

Дылда Вики успела отпрыгнуть, но её всё равно настигли. Дурень Кирпич отстреливался поудачней и прожил чуть подольше — напластовал подлых гадов примерно с десяток.

Мы с Пузырём и костоломом Хью отступили благополучно. Джубал — тот нет; догнали его и съели. Плоскопузые гады способны развить довольно большую скорость…

Всё же мы их быстрее: ловко сбежали с горки.

— Джо, — промолвил Пузырь у подножия, — ты нам предлагал валить…

— Нет уж, — сказал я, — валить было надо раньше.

— Чё, — заржал костолом, — предлагаешь вернуться и довоевать?

— Предлагаю дождаться подлую харю — Брандта!

— Думаешь, харю ещё не схарчили плоские?

Я сказал ему:

— Нет, не схарчили. Не видел за ним дорожку? — В смысле, из плоских приконченных гадов, ни разу не огрызнувшихся. — Помяни моё слово, приятель наш Брандт без проблем укокошит демона. Как, не знаю, но что-то его защищает. Настоящее что-то, не палёная Сидья Корона.

Брандт ещё раньше рассказывал, что в долину с рептилиями другого прохода нет. Я специально послал Пузыря — убедиться, что это так. Тот обошёл вокруг скальной гряды и, вернувшись с другой стороны, нас известил:

— Нет там другого прохода. Придурок там точно в ловушке.

— Вот, — сказал я. — Подождём его здесь, раз никуда не денется.

— Думаешь, спустится? — Хью даже скорчил кисловатую мину.

— А куда ему деться? Рано ли, поздно ли…

Оказалось, однако, не рано. Подождали недельку, а Брандт, обормот, не спускается.

— Дык схарчили его! — уверял уже Хьюберт.

— Непохоже на то, — возразил ему я. — Хитрый подлец с ними как-то умеет сладить. А вот кого-то из нас он, должно быть, с дороги ещё срисовал — и опасается, сволочь такая, спускаться.

Я послал Пузыря поглядеть, что да как наверху, в долине. Тот не хотел, я сказал, чтобы шёл по-хорошему. Он, уж такие дела, захотел и пошёл.

После вернулся и сообщил нам:

— Все плоскопузы дохлые!

Я:

— Да не может такого быть!

Он:

— Джо, да сам погляди, коли мне не веришь!

Шли аккуратно, втроём — подозревая подставу. Вышли к тому уже месту, откуда глазели на ковёр из рептилий. Видим: на месте ковёр, но (Пузырь таки прав) там рептилии точно подохли, и аж смердят.

Быть такого не может! Да как он их всех уделал? Никакого боекомплекта на то не хватит!