На захват побежало четверо. Мощные фары им в помощь навели с разных точек на листву прямо перед Каем, так что тени вокруг моментально утратили густоту. Отступить за стволы и ловчей перепрятаться не получилось. Кая быстро заметили и помчались за ним по пятам. Вчетвером да на одного — бодро, с азартом, исполненным оптимизма. Утешительно видеть, что противник один и уже боится.

Не приметили шпанок — и в этом была их ошибка. А ведь шпанок и после расстрела из лучемётов здесь с избытком хватило на всех четверых. Их яйцеклады нашли подходящие цели.

— Ай, зараза!!! — вдали завопил ужаленный. И внезапно замолк.

Кай отметил в уме, что количество догоняющих стало меньше на единицу.

— Тьфу ты, пропасть! — заверещал второй.

— Норберт, очнись! — задержавшись, потребовал третий.

Но один, самый злой и упорный, не отставал. Этого даже и шпанки, как видно, оставили на закуску. Он бежал и не тратил энергии ни на окрики «Стой!», ни на какие другие попытки коммуникации — с Каем ли, с капитаном ли, с тем ли своим напарником, что плевался угрозами где-то сзади, обещая жестокую месть за посиневшего Норберта.

Кай увернулся от загребущей руки, но при этом споткнулся о корень и в полный рост растянулся, больно проехавшись невезучей скулой по стволу осины. Тут же вскочил, но уже было поздно наращивать скорость. Пара шагов, и его наконец-то настигли.

Тот, кто настиг, повалил его вновь на тропу, завернул руки за спину и со знанием дела надел на запястья браслеты. В этот миг подбежал поотставший последний преследователь, и с налёту, без разговоров и переходов звезданул по лицу ботинком, отчего пострадала уже и вторая скула. Получив этот подлый удар, Кай изумился. Что-то меняется, да? Он вообще не привык, чтобы били героя...

— Что творишь, идиот? — бросил тот, кто догнал беглеца.

А другой:

— Его мало убить. Он двоих замочил. Блэра и Норберта...

Между прочим, напраслина. Блэра и Норберта сделал не Кай. Станет ясно, когда в их телах разовьются колонии шпанок.

У догнавшего, впрочем, был другой аргумент:

— Капитан приказал доставить его невредимым.

А в ответ:

— Да в гробу я видал твоего капитана! Этот гад мне обязан сказать...

— Капитан не велел без него никого допрашивать.

Кай почувствовал, до чего оцепление не монолитно.

Да, он видел же: в этой цепи кроме полиции были солдаты Альянса (или, может, пираты — он так до сих пор и не понял). По всему, и те двое, что спорили ныне на тему его судьбы, принадлежали к этим различным фракциям. Да и не мудрено: вероятно, непросто закрыть оцепление здешнего леса силами только одной силовой структуры. А, когда существуют в соседстве параллельные иерархии, трудно надеяться, да, что не будет конфликтов.

Кай приготовился как-то использовать драку между мстителем и добытчиком. Почему бы и нет: только что драка шпанок и дронов очень сильно ему помогла. Если и эти ребята последуют их примеру, он поверит, небось, что везучесть героя ещё актуальна.

4

На удивление, два претендента почти примирились. Две-три фразы — и громкий конфликт исчерпан. Верно, у них не нашлось настоящего антагонизма, при котором оставить в живых соперника — знак безнадёжного проигрыша перед собственной совестью.

Договорились, что тот, кто был быстрым и Кая поймал, демонстрирует шефу его как своё достижение. А второму, жестокому мстителю, достаётся каев рюкзак. Пусть пинает его — как субституцию Кая. Но при этом составит и опись всего содержимого и не вздумает ничего прикарманить.

— Ты меня обвиняешь? Заранее? — возмутился под занавес мститель (уже вяловато). В темноте он пытался просунуть руку в рюкзак, но, должно быть, не мог нащупать застёжку. Вещь, как-никак, из ксенокультуры Сида. Там отличны все принципы производства полезных вещей, так что даже при ярком свете разберётся не всякий.

— Предупреждаю, — поправил его победитель, — причём по-хорошему. Потому что я знаю: наш капитан, если что, прикопается. И неприятность устроит не только тебе. Нам обоим, ага.

Убеждение вместе со сложностью вещи возымело действие. Мститель оставил попытки забраться внутрь, лишь ощупал рюкзак снаружи, делая вид, что иного и не собирался, как насытить своё любопытство. И сказал:

— У него там стволы. Слышь, я так и подумал...

Да уж, нащупать стволы было проще простого.

— Эй, вставай! — Кая дёрнули вверх за заломленный за спину локоть.

Конвоиры его повели к слепящему свету фар. Мститель шёл впереди с рюкзаком на плече, а пленитель — тот сзади.

Проходя мимо трупов Блэра и Норберта, пострадавших от шпанок, мститель опять обернулся к Каю и к прежней теме, погрозил кулаком. Зря оборачивался, так как шпанка была поблизости. В свете фар Кай заметил пикирующий силуэт. Мститель жалобно вскрикнул, переходя в статус жертв.

Самый удачливый из четверых недовольно спросил:

— Эй, что там происходит?

— Насекомое видишь? — указал ему Кай. — Это оно атакует! — И с трудом увернулся от шпанки. Та, как видно, вошла во вкус.

— Ничего себе насекомое! — присвистнул везучий. И пальнул из тяжёлого бластера, так как тварь уже делала третий заход. Её тень разорвалась на несколько мелких ошмётков. — Не видал здесь таких.

Да и Кай здесь подобных не видел. Фауна Юрбурга вообще не включала животных, мало-мальски опасных для человека. Что и сыграло сейчас против этих служивых людей. Больно расслабленно отнеслись ко всему, что не человек.

— Эта тварь всех троих? — догадался ведущий Кая. Произнёс с вопросительной интонацией, но экспертное мнение слушать не пожелал: — Эй, заткнись, да живей пошевеливайся.

Это да. Хорошо быть живым. Можно вволю пошевелиться.

Вышли из лесу, щурясь от немилосердного света фар и прожекторов. Конвоир доложил в темноту между парой ярчайших огней:

— Господин капитан, мною задержан подозрительный тип, оказавший сопротивление. Также в лесу обнаружено крайне опасное насекомое...

В свете фар промелькнул силуэт многокрылки. Каев пленитель отдёрнулся и прервал свой доклад. Повторил вопросительно:

— Господин капитан?..

Перед фарой снова мелькнула шпанка, за ней вторая...

Походило на то, что капитана уже и нет.

5

Да уж, последнее дело скрываться от роя шпанок в открытом пикапе. И капитан спецназа Альянса, и оператор летучих дронов, и стрелок у турели с прожектором и плазмопушкой — всех поразили удары яйцекладов из темноты. Трое там, трое здесь — получается шестеро.

И во тьме продолжают роиться шпанки, иногда попадая в лучи от прожекторов.

— Эй, остался там кто-то живой?! — закричал конвоир.

Вместо ответа к нему подлетела шпанка. «Кто-то живой» — это теперь она. Тех, кто понял бы по-человечески, в оцеплении не осталось на расстоянии слышимости.

Кай предложил:

— Может, мне руки освободишь, раз такое дело?

— Не дождёшься, — ответил последний из могикан.

Он пожаловался:

— Тяжело уворачиваться.

— Да хоть сдохни! Мне наплевать.

Зря он плевался. Пару мигов спустя Кай во тьме услыхал характерный удар крыльев по воздуху и догадался: с его стороны шпанка выходит на цель. Он досчитал до пяти и поспешил уклониться. Шпанка, набравшая скорость, пролетела мимо него и вонзила свои яйцеклады прямо в глаза конвоира.

Тот зарычал от нечеловеческой боли и, развернув свой тяжёлый бластер раструбом вверх, снёс и наглую шпанку, и в придачу ещё половину собственной головы.

(Впрочем, вопрос о собственности отмирающей головы, куда шпанка уже отложила яйца, допускает различные уровни истолкования).

6

Для начала пришлось повозиться с ключом от наручников. Кай нашёл его в брючном кармане у неудачника, который его пленил. Хорошо ещё, ключ был дистанционный. С кистями рук за спиной сладить с контактным ключом — история долгая. Правда, ключ был зато именной, и задача по активизации всё равно потребовала смекалки. Каю пришлось ухитриться и приложить наощупь к специальному сенсору на ключе ещё тёплый палец хозяина. Это притом, что и шпанки-то не дремали, продолжали виться во тьме, снова и снова угрожая атаковать.