Пара бластеров — дело другое. С ними Кай держался уверенно. Мог бы бить не прицельно, но экономил выстрелы, Пирамида ему обеспечиывла необходимый для точной стрельбы временной ресурс.

Очень быстро проход оказался завален расстрелянными насекомыми. Сколько шпанок уже положил, с полсотни? В меньший просвет новые волны пролетали теперь по одной, самое большее их помещалось по три в параллельном пролёте.

В общем, поток их замедлился, но далеко не иссяк. Неужели здесь шпанок ровно столько, сколько дронов вверху?

Где-то к концу первой сотни Кай понял, что не мешало бы бластеры перезарядить. А батареи-то в рюкзаке, а приток летунов постоянный...

Он попытался слегка поиграться с «яростью» — пару шпанок, летящих достаточно близко друг к другу, озарил лучами из глаз. Не сработало: поведение шпанок не изменилось; их обеих пришлось расстрелять в опаснейшей близости, когда твари уже настораживали яйцеклады.

Значит, «ярость» на шпанок не действует? Сложно выяснить, почему, но сам факт Кай опять подтвердил, чуть улёгся испуг от первой такой неудачи. Вот и новых две шпанки пришлось пропустить на дистанцию для рукопашной. Ладно, Кай понял, больше так делать не будет.

Дальше в левом из бластеров исчерпался заряд. Значит, и правому тоже недолго. Кай подумал: закрою-ка дверь — посвечу на кодоприёмник...

Посветил: красный, зелёный, жёлтый, зелёный, красный. А дверь-то и не закрылась. Может, код этот должен срабатывать исключительно на отпирание, может, мешала груда из перебитых шпанок.

Кай спустил было с плеч рюкзак, чтоб нашарить в нём батареи, только где их нашаришь — кругом же «паучья» вода (Кай её не решался ни пить, ни вылить).

Тут в совсем уж неподходящий момент и второй его бластер потребовал перезарядки. Кай-то думал отстреливаться и искать... Целых три многоножки смогли его окружить и настроились на атаку. Ситуация приобретала критический вид и, пожалуй, предрасполагала к панике.

Ускользнув от второй из шпанских атак, Кай нащупал в своём рюкзаке хоть какое-нибудь оружие. Как достал, оказалось, что это станнер, то есть парализатор. Он, признаться, ни разу таким не пользовался, и не очень-то доверял, но что делать: что в руку попалось, уж то и попалось.

Бил по глазам — на тот случай, если игла с препаратом не пробьёт насекомым хитина. Был удачлив: уложил целых восемь шпанок (ибо к первым троим, нападающим в коридоре, скоро добавилось пять).

Парализатор действовал, правда, вопрос, насколько надолго. Чтобы не рисковать, он решил повыламывать им яйцеклады. Тоже не выход, ведь прибывали новые...

Успокоился лишь тогда, когда снова залез в рюкзак и добрался до лучемётов. С ними-то шпанок уже до конца и добил.

9

Батареи от бластеров всё-таки позже нашёл. Снова себя почувствовал вооружённым. Но сам факт, что боезапас недвусмысленно обнаружил свою конечность, поневоле опять его настораживал. Как и тогда, в зале с рядами шкафов, после битвы с полчищем дронов.

Только с дронов он мог повыкручивать лучемёты, а со шпанок что ты возьмёшь — яйцелклады? Лучше не надо: самому бы не уколоться.

Утешало, что Каю, по-видимому, предстояло теперь посетить новый зал, полный чего-то ценного, но беззащитного — ибо нуждающегося в защите многокрылых яйцекладущих охранников.

По коридору Кай добрался до зала, который гудел. Но гудел он не так, как техношкафы этажом выше. Здесь гудение совпадало с тем, которое производят другие шкафы — пищевые шкафы Оломэ.

Значит, на этаже столовая или кухня?

Кай ошибся: ни то, ни другое. Но, конечно, из арсенала ксенокультуры Ро. Не совсем уж шкафы — а какие-то стеллажи. И на них в три ряда стояли какие-то саркофаги со стеклянными крышками. Вот они и гудели.

И не только они. В самом начале зала, на неширокой полоске, где ещё саркофагов не было, вдруг возникла и попыталась его окутать очень знакомая фиолетовая дымка — в точности та, что прикрывала входные ворота Храма... Нет, всё же с малым отличием: та висела стационарно, а вот эта то появлялась, то пропадала, в общем, устраивала сюрпризы.

Но для Кая такие сюрпризы отнюдь не смертельны. И, как он думает, не во внезапности дело. Если тебя шкафы Оломэ не отметили, ты для их технологии вовсе не существуешь. Будешь вещью-в-себе, но не вещью-для-них, если всуе припомнить слова от философа Канта.

То, что защитная дымка то появлялась, то исчезала, очень мало влияло на общий гул. То есть, дымка была не заглавной причиной вот этак гудеть. Основные процессы, её дающие, протекали, понятное дело, в самих саркофагах. Кай не зря опасался взглянуть, что же там происходит, хоть стеклянные крышки намекали: а ну посмотри!

В саркофагах лежали скелеты с хромированными костями. Но не просто лежали, а медленно обрастали мясом — в соответствии с технологией Ро. Эти отвратные ксеногады из Кеги-Ро, они мясо выращивают, и не только ради еды, но для работы или там для армейской службы. А урод Оломэ, подцепивший у них технологию, каковую отнёс к «пищевым», думал, деньги не пахнут человеческим мысом.

Первый скелет, на которого Кай взглянул, оплетался мясной оболочкой со стороны головы, а второй от ступней, третий — тот вовсе из середины. Кай узрел его печень и, кажется, поджелудочную железу, а затем — то, что в будущем обещало превратиться в желудок...

На четвёртого из наращиваемых Кай посмотреть не успел. Чтоб не стошнило, пришлось поскорее ретироваться — и от вида мясных изделий, и от характерного гула. В нём ему синестетически виделись мутные тени обречённости человечества на тотальное людоедство.

В коридоре, чтобы верней структурировать опыт, перенасыщенный эмоциональными переживаниями, он затеял классифицировать всё, что нашёл в Асмодеевом Храме.

Из опасных существ и способных к перемещению механизмов он здесь встретил сидских ляянов, сидского (вероятно) коня с багажником; антропо- и сидоморфных киборгов-скелетов неизвестного производства (вероятно, из ксенокультуры Ро), тех же скелетов, но оплетаемых мышечной тканью (несомненно, оттуда); далее, пауков — наверное, местных (эр-мангалийских), также и местных эр-мангалийских шпанок; ну и людей, относимых к терранской культуре (колонистов из новозеонской секты, дезертировавших с оружием из войска Альянса), также летучие дроны — оттуда же, от землян.

Трудно сказать, что все классы объединяет. Разве, одно: их из разных контекстов извлёк и призвал Асмодей.

Ну а что стало ясно о локациях Храма? В их мало-мальски осмысленном отнесении к тем или иным категориям, вероятно, поможет опора на уровни — на этажи.

Для начала — тот верхний, почти что наземный этаж, на который не ходит лифт, отчего он лишён цветового обозначения. Это зал нулевой. Что там есть? Предбанники, коридоры, туннели с ловушками (в этих верхних ловушках сидят боевые ляяны — впрочем, Призма права, давно уже там не сидят, но до Кая сидели), далее — зал с незримым мостом над паучьей пропастью, и наконец, зал наклонный, играющий функцию пандуса, он приводит без лифта к среднему (жёлтому) этажу. В зале с мостом был использован некий эффект кривизны пространства (либо его восприятия) — ибо трудно предположить, что прорубленным в толще скалы помещениям очень просто до бесконечности расширяться. По культурным особенностям построения и наполнения этот зал эклектичен, но, видимо, сидский по преимуществу. Кай на нём повстречал сидских ляянов да киберскелетов, но последние на этаже, так сказать, не прописаны, они просто туда зашли.

Дальше — этаж минус первый. Чёрный, паучий, далёкий от всякой культуры (что справедливо, по крайней-то мере, на первый взгляд). Как бы носитель подземного яруса в мире фауны здешней планеты, Эр-Мангали... Нет, ну нельзя исключать, что пауки откуда-то были завезены, но последнее действие было бы признано лишнею сущностью всяким цирюльником, вооружённым бритвой Оккама.

Минус второй — фиолетовый. Этот, определённо, сидский по максимуму. В нём единственный зал, однако, и самый изменчивый. Этому залу защитой абсолютная непонятность происходящих процессов, их невозможно ни обозреть снаружи, из мета-позиции, ни включить хоть в какой-то знакомый для героя контекст (это притом, что герой получил подготовку ксеноистории, в сидской ксенокультуре местами уже не профан, Призме спасибо за оптимистичную оговорку). Ясно одно: сидские храмы совсем не такие. Лаборатория? Это-то может быть. Но сильнее всего напоминает секретное производство, о котором упорно молчит сидская письменность.