Стало быть, с чистой совестью к новым землям?

Да, раз уж Каю иного теперь не осталось.

Правда, проблемы полёта над океаном до сих пор не укладывались в уме. Это сколько лететь? Беспосадочно, да, или есть варианты? И насколько Кай сможет ускориться? Не в уме, а реально ускорить полёт... И чем будет питаться в полёте? Той капусты, что с Каем сейчас, надолго не хватит...

Кажется, этот полёт — вообще не для человеческого организма...

Кай в задумчивости покидал головной посёлок колонии. Даже вниз еле-еле посматривал — да зачем, в Бабилоне всё сделано, не интересно.

А потом оказалось, напрасно так рано расслабился.

4

Эх... Улетать бы ему поскорей.

Не успел даже выбраться за линию речки, над которой обрушился полностью прогоревший мост, как узрел за собою погоню.

Многочисленную. Целую тучу. Не внизу, как хотел бы надеяться, а в воздухе. Состоящую из механизмов и организмов — не особо больших по размерам, однако вполне смертоносных. И таких, от которых Каю уйти нелегко. В смешанной группе попадались и дроны, и шпанки — но летать в ней умели решительно все, пусть и на разных высотах.

Сколько их? Тридцать? Да, где-то так. Это если какие-то не отстали.

А ведь их, вдруг подумалось Каю, вероятней всего, напустили два одноруких агента Галактического Альянса. Кай не то пожалел, не то поленился их добить во дворце. То-то они отомстят ему за милосердие.

Ладно, как знать, может, с теми двумя старичками эта погоня как раз и не связана. Много кто видел его в небе над Бабилоном. Видел также и Торрес (и даже бил).

Но сейчас предстояло, однако, от роя отстреливаться. А в руках-то у Кая был только один огнемёт. Всё другое он спрятал в рюкзак — для удобства сражения с Флоресом. Штука сильная, только не дальнобойная. И надолго ли её хватит? Пако Боргезе в него основательно пострелял, да и на Флореса Кай не жалел напалма.

Кай ускорился, но, оглянувшись, немедленно понял, что скоростная тактика контрпродуктивна. Дроны и шпанки вытянулись в цепочку. Эту цепочку попробуй-ка уничтожь огневыми сгустками.

Ладно, раз так... Кай заложил вираж, отвернув от исходного направления градусов на девяносто. Помогло. Рой преследователей сделался много кучнее. Но далеко. Они всё-таки далеко!

Может, Каю чуть притормозить и погони дождаться? Или даже...

Кай развернулся и с огнемётом наперевес направился им навстречу.

При его приближении щпанки и дроны сразу раздались в стороны. Чтобы верней окружить — ну а дальше из лучемётов лупить и в остервенении жалить, бодро втыкать яйцеклады.

Кай, однако, не стал дожидаться стадии окружения. Полыхнул мощным пламенем влево-вправо, наверх и вниз. В нём успешно сгорела половина преследователей.

Интересная штука этот воздушный бой!

5

Огнемёт исчерпал все свои возможности, когда из организмов м механизмов погони оставалось всего ничего: пара дронов и три тихоходных шпанки. Кай не думал пока, как возможно сотрудничество тех и других; его дело сейчас заключалось в уничтожении.

Он спустился на грунт, где бы мог снять рюкзак и извлечь припрятанный бластер. Шпанки, однако, не стали ждать. Лишь добыча зашла на посадку, полетели в атаку.

Повезло с Пирамидой, ускорившей время внутри, ну и с тем, что Кай не спешил выбрасывать отработавшее оружие. Первую шпанку он сбил на лету наотмашь подходящим снарядом — трубой огнемёта, а во вторую он метко метнул канистру.

А с остальным насекомым и с парой летучих машинок разобрался при помощи бластера.

6

Сильно побитый, слегка окровавленный, но довольный, что снова выжил, Кай сидел на земле, вновь пытаясь прикинуть степень своей готовности к путешествию над океаном.

Как ни странно, уверенность в этой готовности лишь убывала.

Дело, видимо, в том, что фантазия и реальность очень сильно разнились в бабилонском его вояже.

А океан — он сверхмощный партнёр по борьбе, не прощаюший слабости. Он куда посерьёзней и чем флоресовский Бабилон, и чем насланный рой из дронов да шпанок. Это силища уровня Асмодея, в ней возможно погибнуть, но от собственной глупости, а не его злонамеренности.

Вот по этой причине — по причине серьёзности океанской стихии — Кай решил ещё раз посетить остров инициации, поговорить и с провидцем Гаррисом, и с сидянином Фа-иф-ляяном.

И ещё по одной причине: остров всё-таки ближе.

Был и повод: Гаррис ему намекал, что накануне главнейшей миссии к нему стоило бы появиться для консультации. Кай послушал тогда, но подумал: говори-говори... Гаррис не впечатлил его. Не впечатлил вообще. Те озарения, которыми он удивлял колонистов на Эр-Мангали — но точнее и тоньше — посещали и Кая.

Вот и казалось: если нужен тебе мудрец для подачи ценных советов, его лучше искать внутри — выйдет быстрей и надёжней, чем привлекая внешнюю точку зрения.

Но океан, где так просто тебе затеряться — и ничего из предсказанного не выполнить лишь потому, что вступает в права невозможность — он, океан, побуждает тебя заручиться всеми видами интеллектуальной поддержки.

А ещё рядом с Гаррисом, может быть, встретится Фа-иф-ляян, это будет мощнее. Да и новый полёт — и впервые над морем — это новая тренировка...

Развернувшись уже на юг, чтобы добраться до Кладбища кораблей, а там и до острова, Кай, однако, ещё продолжал изыскивать альтернативные варианты, как ему избежать левитации аж до логова Асмодея.

Все варианты, где не было левитации, предполагали летательный аппарат и человека, способного им управлять.

Что характерно, то и другое у Кая однажды было. Полуразрушенный сторожевик Эстебана — он бы до нужного места планеты, поди, долетел. Дело другое, что не было прочих примет готовности — ни артефактов с собой, ни понимания, где надо действовать.

Сторожевик тот уже не поднимешь, за Эстебаном лететь — ход суетливый и ложный. Что есть ещё? Космодром и флаеры. Может ли Кай на космодроме наделать шороху? Видимо, может: в Бабилоне же всё получилось. Правда, теперь космодром будет настороже. Лучше не проникать на настороженные космодромы.

Да и чего там удастся добиться, кли ему повезёт? Флаер захватит — так рядом же нет Эстебана. Через полконтинента туда его не провести — по наземным путям с многочисленными заминками. Местных пилотов принудить — так у Кая не тот характер, небось, не послушаются. А самому попытаться угнать воздушное судно? Это вряд ли удастся тому, кто ни разу не управлял даже простеньким вездеходом. Что останется: бросить захваченный было флаер и добираться уже своим ходом.

Или Каю удастся выдать себя за другого? Натянуть на себя подходящую униформу, чтобы не сильно отсвечивать. Тупо сказаться мобилизованным, смело полезть во флаер... Только чем это будет отлично от реальной поимки и мобилизации Кая? Тем, что Кай себя внутренне не ощутит солдатом Альянса и убежит при малейшей возможности. Ну так вот, этой самой возможности никогда не представится. Ибо всех, кого флаер несёт на войну, одолевает желание бегства. Вряд ли у тех, кто желает войну продолжать, не достанет ресурса всякое бегство пресечь.

Наилегчайший способ покинуть армейский порядок — это в него не вступить. Все остальные — тяжёлые способы, полные нарастающего отчаяния. В том отчаянии скоро утонет надежда вернуться с Эр-Мангали.

7

Вот под Каем уплыла назад корабельная свалка. Дальше — водный простор. Тот участок полёта, о котором Кай может сказать, что он — тренировочный. Но важнее, наверное, всё-таки не сама тренировка, а предстоящий ему разговор. Предостережения и напутствия. Критика миссии, должной его привести к победе над Асмодеем.

Критика в кантовском смысле — как прояснение самых условий возможности. По результатам её можно будет хоть как-то скорректировать подготовку.