Вот как Флорес представил себе результат борьбы с Асмодеем. Подчинить — вот ключевое слово.

— Ты хотел бы его себе подчинить... Точно так же, как и Альянс? — Кай вложил в эту реплику самый отборнейший скепсис. Ибо кто чей владыка — Флорес или Альянс — это понятно, кажется и хвандехвару.

Хвандехвару понятно, а вот Флоресу нет. Он в ослеплении от своего же величия. Он даже юмора не понимает: тот способен его умалить.

— Да, — сказал деревянный начальник колонии в полном согласии с Призмой. — Я подчинил своей воле Альянс. А как сил наберу — подчиню Асмодея. И, надеюсь, ты понял, сколь мелочны потуги самозванных героев вроде тебя? Результат их усилий — распыление ценных ресурсов. Тех, что могли бы вернее помочь мне в борьбе с Асмодеем!

Убеждённый, что Кай ничего уже не возразит, Флорес вновь повернулся спиной, чтобы выставить код на двери своего тайника.

Кай однако, ещё изловчился «ударить в спину»:

— Как же будешь ты с ним бороться? Ведь ты ему служишь!

И, когда Флорес в третий раз обернулся к нему, то лицо его было наполовину взбешённым, наполовину застывшим, как деревянная маска.

— Что ты сказал, негодяй? — Флорес по-прежнему недозакрыл свой сейф. Он колеблется — между приёмом трофеев и диалогом с Каем.

В колебании этом Кай обнаружил шанс. Как и в том, что лишённый душевного равновесия Флорес стал к нему приближаться.

— Знаешь, скольких я задушил вот этими вот руками?

Да откуда бы Кай мог узнать такие подробности?

2

И внезапно движение Флореса в сторону Кая замедлилось.

Что, опять колебания? Нет. Флорес двигался, не колеблясь. Он, похоже, не преуспел в задаче со звёздочкой — выиграть в споре с Каем. Но задачу его уничтожить он теперь уж стремится реализовать с удвоенным рвением.

Отчего же он медлит? Нет, медлит не он. Это действует Пирамида. Или Тор. Или, может, они совместно.

Артефакты — они, так сказать, способности выносные. Тренировками можно повысить уровень ими владения, но до неких пределов. Больше того, они могут сработать, а могут и отказать по каким-то причинам, которые трудно осмыслить. Но, с другой стороны, возможны приятные бонусы, когда в некий момент выносная способность отделяется от артефакта и придаётся тебе. Вот и теперь, не касаясь ни Тора, ни Пирамиды, Кай обнаружил, что время ему подчинилось.

И не только оно. Кай лежал на полу побитый, уподобленный столь отвратительному для него продукту, как варварская котлета. Приподняться с руками, закованными в наручники, дело в общем-то непростое — с обещанием ряда неуклюжих и лишних движений. Вместо этого Кай воспарил. Применил левитацию автономно от Шара.

И в парении он ускользнул от протянутых Флоресом сучковатых рук, что, пожалуй, уже мало чем напоминали руки. Перстнем на пальце? Пожалуй, уже только им — золотым, массивным.

Вдруг из перстня в сторону Кая — не ударил, но медленно двинулся — лазерный луч. Лучемёт портативный? Кай раньше таких не видел. Этот луч, обгоняющий руки хозяина, всё же выглядел не опасно, и, пока он к нему летел, Кай придумал, как сможет его использовать. Срезать наручники — вот назначенье луча! Кай, дождавшись, когда он дотянется, аккуратно приблизил скованные запястья. Всё, готово!

И вовремя. Расцепив Каю руки, добрый вражеский луч постепенно сошёл на нет, исчерпал свою силу. Перстень всё же игрушка против оружия дронов, некогда вывинченного Эстебаном; те лучемёты намного-намного надёжнее.

Вот теперь-то у Флореса сохранились одни только грабли! Ну а Каю пора воротить себе всю коллекцию, благо, кучно лежит.

Он метнулся к столу, где сначала схватил огнемёт, а второю рукой сгрёб остальное оружие. Лучемёт укатился — и ладно уж с ним, с лучемётом. Огнемёт и два бластера будут достаточным арсеналом.

Злые глаза из положения прищура постепенно уже округлились от изумления. Флорес, пытаясь в замедленном модусе Кая перехватить, осознавал уже, видимо, что огнемёт Кай использует не для испуга.

Цель-то правда была припугнуть, но подверглась разумной коррекции.

Только бить в помещении из огнемёта — это себя не жалеть. Кай метнулся было к окну, чтобы шарахнуть оттуда, да спохватился.

Вот он спалит и Флореса, и его кабинет. А рюкзак с артефактами? Тоже отдаст пожару? К удовольствию демона Асмодея?

Нет, тому не бывать. Кай метнулся назад мимо Флореса и его растопытенных пальцев. Хорошо, что рюкзак ещё не захлопнут в сейфе.

Подскочил к тайнику, ловко извлёк рюкзак, но при этом едва не выронил бластеры — всё же в руках слишком много вещей, некуда деть, неудобно так суетиться. Щёлкнув замком верхнего клапана, Кай забросил бластеры внутрь. Между делом заметил, что все артефакты на месте, да и контейнер с остатками венетарианской пищи. Флорес его там присутствие проигнорировал, но в тайник-то запрятал. Истинно плюмбумский штамп поведения: надо — не надо, а всё равно загрести.

Обернулся — и вовремя. Древовидный хозяин уже подступал, широко растопырив загребущие руки.

Кай проскользнул под рукой, снова метнулся к столу — где-то здесь ненароком он обронил лучемёт, прихватить бы его... Нет, далеко откатился, некогда доставать. Кай приметил, что Форес уже заступает дорогу к окну. Ну добро, дальше нечего суетиться, не помешало бы в главном...

Кай изрядно порезался, вылетая в окно — перехват его Флоресом чуть ли не удался. Кровь на лбу и на правой скуле, сильный порез левого локтя, рваная рана на правом колене — вот он итог запоздалой попытки вписаться.

Отлетев от окна на десяток воздушных шагов, Кай прицелился из огнемёта на окно с растопыренной древовидной фигурой, без колебаний нажал на спуск. Огненная струя вылетела из раструба — не спеша, как и всё, что происходило вокруг него.

Флорес успел отшатнуться, но также неспешно. Сгусток напалма неумолимо приблизился к его деревянному телу — и оно запылало, как факел. Запылало с привычной огненной быстротой; Кай догадался, что его ускорение кончилось.

Вовремя, да.

3

Что в итоге, успех? Это как посмотреть.

Ну, с одной стороны, Каем здесь, в Бабилоне, только что уничтожен Флорес. Это благо для Эр-Мангали? Определённо, благо. Всё, что Флорес творил на начальническом посту, подчинялось одной доминанте — его эгоизму. Преступления Флореса трудно все сосчитать, но одно было признано и доказано в ходе расследования. Он сперва неосознанно, а потом и сознательно запускал зомби-волны на Эр-Мангали. Да и прочие эпизоды достойны суровейших наказаний. Это Флорес вовсю поспособствовал массовой гибели обитателей Ближней шахты. Это он запустил в Бабилоне погромы, и с его же подачи сгорела Башня Учёных (а она, между прочим, единственное оправдание горнорудной колонии Эр-Мангали в области наук о культуре). Флорес также многих людей убил при захвате у Нового Джерихона принадлежавшей ему Лесной шахты. Флорес служил Асмодею, служил Альянсу. Мобилизация колонистов на не нужную им войну — тоже его преступление из тягчайших.

Далее — Саллимен с Нулбрайтом, пара агентов Альянса. Кай не убил их, а только лишь покалечил. Может, зря. Просто он не воспринял всерьёз ту опасность, что от них исходила.

И, наконец, огнемётчики. Тиккурилен и Пако Боргезе. В том, что они полегли, смысла большого и нет. Были людьми, даже некогда были нормальными. Да, они оба на Кая неправильно отреагировали. Их бы, конечно же, стоило проучить. Но убивать — это уже не учёба. Можно сказать, что их смерть искупил огнемёт, без которого Флореса не завалишь. Да, всё верно. Успех есть успех. Но от него остаётся осадок.

Что касается неуспеха, то он коренится в невыполнении главной задачи. Кай надеялся ухитриться в Бабилоне отбить Бенито. Не отбил? Не отбил. Но, с другой стороны, он хотя бы сумел прояснить вопрос о судьбе Родригеса. И убедиться, что его в Бабилоне нет.

Вывод какой? Больше нечего делать и тут, в Бабилоне, да и на всём горнорудном материке.