Это ж какой прикол: парни охотились. Выполняли план заготовки дичи, карьерно росли. А их в одночасье под зад коленкой. Даже двумя – от Каффа и Клинтвуда. И счастливого, мол, полёта!

Кажется, труд на шахте латиносов обижает. Может, оно и не так, но до чего же прекрасно, если вдруг так. Удовольствие, сравнимое мало с чем…

Вот кто единственно никак не порадовал, это, конечно, Флетчер. Клинтвуд надеялся, он хоть тут на что-то решится. На волне-то общего гнева почему бы ему не послать кого-то убить Каффа? Мало, что ли, грусти изведано, как шерифа взял да обошёл его заместитель?

Но нет. Что ж, на нет и суда нет. А ведь Клинтвуд как раз собирался обрушиться на беднягу Флетчера под покровом образа попранной справедливости. А в итоге вышло бы два долгожданных трупа, обглоданных заживо хвандехварами якобы честной мести.

Коль два трупа, то следующий начальник – уже Клинтвуд. Но коль трупов нет, то Клинтвуд всё в той же очереди. На протёртом седалищем месте. И на пальцах обеих рук мозоли от клавиш.

И доколе ждать? Доколе терпеть? Доколе?

9

Всех охотников извели как класс, все столовые принудили к покупке шкафов, всех людей заставили жрать, что дают. Или дорого платить, если пища из шкафов не устраивает. Ну и как же гордые колонисты себя повели? Подчинились, утёрлись. Завели другие привычки. Революции не случилось, да. Кафф и Флетчер оставлены на прежних местах. Уж кому о том жалеть, как не Клинтвуду? Но и долго о чём-то жалеть – тоже не в его правилах.

Если уж начальство не уходит само собой, остаётся проверенный способ мирного времени: строить интриги. Между тем на клавиатуре царит беспорядок. Клавиши перепутаны, каждая отвечает за что-то новое, части и нет в наличии. Но кто хочет в начальники, должен уметь трудиться. Важная черта профпригодности. Это значит, двигать людей на нужные для тебя места. Если никто не двигается, подбирать новых. Старых проверять на лояльность. Да, рутина, но что-то в ней есть.

Между прочим, она позволяет отвлечься от нелепых мыслей, будто бы Альянс тебя кинул. Ведь не кинул же? Нет. Правда, прибыль от закупки шкафов Оломэ ты увидишь чуть погодя, когда карантин снимут. А не снимут, так не увидишь. Но не могут не снять: всё же карантины не вечны. Правда, точно так же не вечна и твоя жизнь.

Кстати, и у Каффа положенье только упрочилось. За непопулярные меры его ненавидели, да, но и сильней уважали. Что же до Альянса, то новый удар под дых ровно в том, что Кафф теперь всех устраивает. Сомневались в лояльности – Кафф её подтвердил. И зачем теперь поддерживать Клинтвуда, если делу Альянса верны они оба?

Временами Клинтвуд подумывал сделать то, чем пока пренебрёг. Убить Флореса – вот поворот! Если сделать это заранее, предпоследнего начальника колонии на планете никакой последний не сменит. Или сменит, но только не Флорес, кто-то другой? Или счастье стать предпоследним начальником после досрочного убийства последнего и ему больше не улыбнётся? Кто ж его знает, это мерзкое будущее.

А потом догадался. Он попросту отвлекается от настоящего серьёзного дела. Убить Каффа. Вопреки покорности всех, вопреки довольству Альянса. Просто его убить. Ведь ничто другое не способно приблизить к мечте. Ничто больше. Это выход. Причём с моментальным эффектом, и вот почему: очередь в начальство на Эр-Мангали больше не та, что раньше.

Клинтвуд третий? После Каффа и Флетчера? Как бы не так! Это Флетчер третий, вернее, совсем никакой. Кто не убил предшественника, тот потерял все права на новых выборах. Он показал себя трусом и лохом. Если не так, то всё-таки наподобие.

10

Каффа убить вообще-то не сложно. Важно подобрать сочетание клавиш. И яма откроется, и хвандехвары сожрут.

Кто в сочетании? Кто-то из ненавистников. Хорошо бы сыграли латиносы. Каждый из них – с этаким темпераментом. Но увы, на клавиатуре Клинтвуда ни один латинос не значится. Ну и стоит признать, поредела клавиатура. Ненавистники Каффа вряд ли послужат Клинтвуду.

Разве только Брандт? Брандт – это находка. Он не нытик, не трус. И убивать умеет. А работает там же, куда уходил из охранников. На вездеходе.

Клавиша найдена. Осталось расположить и нажать в подходящее время. Кажется, Кафф не повсюду таскает охрану. Есть у него секреты даже и от неё. Вот, например, отправляясь в купальни у Песчаного берега, он берёт одного лишь Боулдера, и того высаживает заранее – близ Рыбацкого мыса. Если шофёром его вездехода окажется Брандт…

Если окажется – это минут двадцать путешествия наедине. Брандт не дурак, сориентируется, и до купален Кафф доберётся, как Блаймер, не очень живым.

Там, у купален, Каффа встречает Мензел. Что за дела у них, Клинтвуд пока не в курсе. Есть подозренье, что просто интимная встреча, но не суть. Важно, что встречи не будет, а будет горе. Если в горе Мензел застрелит Брандта, это справедливый итог для красивой мести. Не застрелит – тоже не страшно. Брандт безумец, это все знают. И Клинтвуд, что важно, ему никогда никого не заказывал.

Вроде, всё учтено. Понеслась!

Клинтвуд направил прощённого Джека Ли что-то шепнуть Брандту.

11

Кафф не видел лица водителя: за затенённым стеклом угадывался лишь силуэт. Был он иным, не таким, как у Магнуса, это означало непредвиденную замену, но обнаружить в кабине Брандта начальник колонии точно не ожидал.

Верный Боулдер водителя видел – так какого же?..

Брандт – не элитный водитель, чтобы возить начальство. Ну и отношение к мерзавцу у Каффа вовсе не благостное. Кто-то кому-то что-нибудь забывает. Кафф – никогда.

И вот Боулдер спрыгивает у заставы на Рыбацком мысу. Вездеход несётся к Песчаному берегу, где купальни, но внезапно съезжает с прямой колеи, прыгает по ухабам и неровностям на лугу… Что за чёртов водила?

Кафф в раздражении лупит в стекло кабины и орёт ругательства.

А в ответ слышит то, чего точно не слышал с тех самых пор, как сменил на посту старика Добсона. Его посылают!

Только тут обалдевший Кафф обнаруживает: за рулём полоумный Брандт. Покушение? Но Брандт ведёт себя странно.

- Куда прёшь, подонок?

- Сам подонок! Я еду за ним! – Брандт показывает вперёд, где мелькает фигурка блекло-зелёного цвета. Хвандехвар!

- Останови сейчас же!

- Не могу! Уйдёт!

- Слышь, мерзавец, мне надо сойти!

- А я что, держу? Открой дверцу – вали отсюда!

- Я стрелять буду!

- Блин, напугал!

Препирательство завершается тем, что оба вытягивают оружие, но пустить его в дело сквозь стенку кабины вездехода, что прыгает на ухабах, не решается ни тот, ни другой. Как итог, Кафф на полном ходу покидает салон.

Приземляется жёстко, нескладно, с хрустом ломает ногу. Метров пять ползёт до улетевшего бластера, но стрелять уж поздно. Брандт в своей погоне за хвандехваром еле виден на линии горизонта. Загоняет ловкую тварь в сторону Рыбацкого мыса.

Там же Боулдер! Кажется, сейчас полоумный Брандт доиграется…

Только нет. Рептилия опять повернула. Понеслась почти что на Каффа, за ней вездеход. В сотне метров Брандт сбил хвандехвара и переехал, оглашая мир в открытую дверцу кабины долгим ликующим кличем.

- Эй, козёл! Можешь лезть обратно! Довезу, так и быть, до купален. Твой любовник, поди, заждался.

Кафф ответил, как мог: плюнул в него из бластера.

- Ну и дурак. Не хочешь – как хочешь. Тогда я обратно еду.

Выведя вездеход из зоны обстрела, Брандт увёл-таки его к мысу, где загорал в одиночестве Боулдер. В сердце Каффа проснулась надежда, что теперь-то его найдут и начнут обращаться в соотантствии с чином. Он начальник колонии, единственной на планете. То есть, главнее нет на всей Эр-Мангали…

Пару часов спустя прителепался Боулдер. Хорошо, что начальник колонии не пытался куда-то двигаться, а сидел на лугу близ грунтовой полосы, вспаханной вездеходом. Вот охранник его его и сыскал – по следам машины, съехавшей с дороги на луг.