3

Странно от мысли, что плоскопузы теперь в посёлке. Странно, что знают о ферме Мейнарда, о которой Кафф ничего не сказал вслух.

Нет, не оттого странно. Просто, так уж случилось, Брандт немножечко распадается. Вдребезги, да. Ну, а что его из дребезгов назад собирает – алкоголь. И беседа с понимающими людьми. То и другое где бы сыскать? В забегаловке Джека Ли, больше негде. Там и выслушают, и помогут. На работу устроят к транспортникам.

А уж помощь против мерзавца Каффа, она дорогого стоит. Этак смело пойдёшь на службу к другому мерзавцу, лишь бы насолить первому. А чего бы не послужить, коль мерзавцев много, а ты один. Раз их много, то есть конкуренция. В ней мерзавцы друг друга прикончат. И тебя, придурка, легко прихватят, но друг друга им всяко важнее. Может, живым останешься.

И вот уже Брандт заруливает под знакомую вывеску, где так и начертано «У Джека». Он пока не вливается в пьяный гул, ибо сух, как продутые ветром песчинки. Но втирается в общий зал, насыпается в пустующий уголок, где заказывает стакан жидкости подходящего состава. Новый официант Джека, суетливый толстяк-латинос, наливает ему до краёв. Молодец, щедрость лучшая тактика.

Ну и всё, раз уж Брандт сделал к единству шаг, дальше работает жидкость. В её силах всякий сухой песок растворить и расплавить. И скрепить воедино, крепко слить воедино. Крепко спаять.

А когда поработала жидкость, можно очнуться. И донести себя, не рассыпавшись, ближе к стойке, где караулит Джек. Он караулит тебя, чтобы расспросить, а за твой рассказ из жадного Клинтвуда вытрясти щедрую премию. Ты ведь рассказчик, Брандт, а Джек, он рассказчиков любит. Самых талантливых он зовёт поболтать с глазу на глаз.

Вот и ныне Джек кивает ему из-за стойки:

- Эй, тебе, я вижу, поговорить надо. Проходи-ка в подсобку, приятель, я сейчас подойду, толстяка за себя оставлю.

Брандт прошёл в указанную дверь. Вот и Джек:

- Ну, колись, рассказывай.

Это да, ты теперь рассказчик. Но нифига не Брандт. Жидкость не зря ведь выпита. Ты теперь Чистый Лист. Рассказать чего? Да за нефиг делать! Только о чём рассказывать? Кажется, всё забыл.

А Джек:

- Ну так я оживлю твою память. А дальше сам.

- Ладно. С чего началось?

Джек, он работает на хитреца Клинтвуда, потому завсегда в курсе:

- Тебя нынче пнули из охранников. Припоминаешь?

- Не-а.

- Слушай подробности. Ты перегонял катер на кладбище, потерял товарища, и Джед Кафф на тебя взъелся. Вот за это и пнули. Соболезную. И это… Знаешь, куда идти?

- Ну, водилой на вездеход! По первой, чтоб, специальности. Это можно устроить, Джек?

- Сделаем.

- А ещё со мной был пилот Эстебан. И его хотят – к Мутному ручью, там под началом Скиннера охотники мрут, как мухи. Можно его куда-то в другое место? Ну хотя бы к Чёрной скале?

- А чего ж нельзя? Сам и повезёшь, - сказал Джек. – Что-то тебе скажут, а ты по-своему. Клинтвуд прикроет. Ну, как минимум, постарается.

Вариант «постарается» Брандту не приглянулся. Кто лишь старается, тот не очень-то отвечает. Но всё же надо учесть: Клинтвуд начальник не самый крупный, вынужден действовать исподтишка. Может не слишком много, хорошо, хоть старается. Всё же старается ради Брандта, а не ради того, чтобы этого самого Брандта стереть со свету.

- Что-то ещё? – спросил Джек.

Брандту подумалось, что пора бы поблагодарить. Оба вопроса – с устройством Брандта и Эстебана – решены с лёгкостью. Правда, осталась мутным пятном на памяти ферма Мейнарда. Что с этой фермой такое? Он, к сожалению, не сумел объяснить внятно. Он пытался, но Джек не понял, и тогда стало ясно, что он и сам ничего не в силах толком понять.

Будто бы на ферме беда и опасность. И как будто в очаг беды подлец Кафф уже мечтает направить Брандта на вездеходе. Но на каком основании, если к транспортникам его устраивает не Кафф, а Клинтвуд?

- То есть, на вездеход тебе всё же не нужно? – мучительно призадумавшись, предположил Джек Ли.

- Нет, нужно, - Брандт замотал головой. - Ладно, забудь.

Что он, в самом деле, себе напридумал? Надо быть проще и не напрягать друзей. Пусть помогут хоть в том, во что хорошо въехали, и так оно будет здорово. Славный парень трактирщик, и благодетель его старается.

4

Только вышел с Джеком Ли в общий зал, а уж там ребята-завсегдатаи подсуетились, пойла стакан налили и Брандту подносят.

- Тю, в честь чего?

- Истории охота послушать, - пояснил хитроглазый парень, Чесом его звать. – Ты вон Джеку битый час байки травил, а мы тут скучали.

Это да. Ты ведь рассказчик, Брандт, а у Джека рассказчиков любят. Проставляются только так. Потому – скучно им всем живётся.

Брандт прикинул, отчего б не принять лишней порции скрепляющего состава? Но рассказом отрабатывать прям вот сейчас не в тему…

- Так об чём рассказать-то?

- О плоскопузах. О хвандехварах. Твои любимые, - предложил Чес.

Да уж, здесь собрались ребята, что не впервые слушали Брандта. Знали, какие темы подбросить, чтобы он долго-долго не заткнулся. Так обычно всё и бывает. Он-то изливает ненависть к мерзким тварям, а они ржут.

- Ну, или другого чего. Чего сам захочешь.

Брандт решился, тяпнул стакан. Или нет, сперва тяпнул, потом решился. Ведь истории-то заготовленной не имел… Но не фокус сочинить на ходу. Обычно-то получалось.

Для порядка признался:

- Блин, нифига не помню. Не серчайте, коли чего…

Притаились, чтоб не спугнуть.

- Чё, охота бредни послушать? Ставь ещё стакан, буду врать. Правды – нет, не скажу ни слова. О временах недавних правду нельзя. Вот блевотины полный мешок. Но здесь любят её, блевотину. А, Джек?

Все прислушались. Дуют напитки, но молча. Ждут.

- Ладно. С чего началось. Типа на самом деле. Если кто знает Блаймера – он со мною служил в охране, ну так он окочурился. В чём там дело, скажут по-всякому, но моя идея такая: сам виноват. Но покойный был важным для Каффа парнем. Кафф пораскинул мозгами, решил: виноват я. Ну а как я могу быть виноват, если Блаймера таким родила его мама, а он меня не моложе?

Приняли за шутку, заржали, похлопали.

А о чём говорить дальше? Может, традиционное:

- Все хвандехвары суки…

Слушатели благосклонно приняли долгий рассказ о рептилиях. Жаль, под конец его Брандт почему-то брякнул, что хвандехвары да плоскопузы водятся здесь, в посёлке, в том самом административном здании охраны, где работают ещё Кафф и Флетчер, когда сильно не перепьют. И добро бы принял дружный смех посетителей как дань уважения рассказчицкому таланту, так нет же: стал горячиться. Типа, что же вы, суки, Брандту не верите?! Да он своими ушами слышал: сидят рептилии в подполе. Что им там, в подполе, делать, отдельный вопрос. Но раз с голоду не околели, кто-то ж им жрачку носит…

Слушатели от смеха уже под столы валились, а Брандт всё сильнее злился. Так и до смертоубийства недалеко бывает. Брандт вообще не любит, если над ним смеются. Шуткам – ещё ладно. А если шутить не планировал?

Но тут ему поднесли новый стакан. Брандт его принял и тут же забыл, что он Брандт. Раньше бы так. А с рептилиями надо было точнее разведать. Кто они там, в подполе: плоскопузы иль хвандехвары? По голосам не поймёшь, а виды-то разные. Хоть какая разница, кто из них там сидит, когда верить их словам нельзя ни на грош?

Вот про ферму Мейнарда – это же они наплели?

- Ну, наверное, - проблеял Чес (Брандт отчего-то ухватил парня за горло). – Кажется, и правда, где-то есть эта ферма. Больше ничего про неё не знаю… - и никто вокруг тоже не знал. Даже Джек.

- А что там, с фермой?

Брандт постарался припомнить, но память опять не откликнулась. Пришлось фантазировать напропалую:

- Наверно, рептилии напали…

- И?

Ну, догадаться-то просто:

- Сожрали там всех подчистую: людей и скот… Или кто-то, может, остался. Вот на этот случай и посылают спасательную экспедицию.