– Лосось с ягодными томатами в сливочном соусе, – ответил я. – Конечно, до твоего мастерства мне далеко, но я старался.

Лосось действительно удался. Я с удовольствием увидел, что Азора и Глория едят с аппетитом и не притворяются, что им вкусно.

– Как все прошло? – спросил я.

Глаза Глории засияли, и она призналась:

– Пап, ты знаешь, это очень сложные заклинания. Целая цепочка! Представляешь, я ее довела до конца… И он во всем признался.

Взгляд Азоры стал серьезным и печальным. Я сказал себе: «Да, она много потеряла, но я сделаю так, что она найдет еще больше».

– Великие боги, я страшно волновался, – сказал я.

Азора понимающе кивнула.

– В общем, он действительно украл текучую жилу из-под Келлемана, – сообщила она. – Бургомистр сейчас рвет и мечет, уже написал губернатору и готов дойти до короля, чтобы ее нам вернули. И Эвентина тоже он приказал убить. Офицеры шефа Гемини все записали, там потом приехали прокурор и адвокат… В общем, большую часть дня у нас заняла бумажная работа. Записали наши показания, и я решила, что прокурор будет представлять нас в суде. Незачем нам больше смотреть на все это.

– Вот и слава всем богам! – воскликнул я, полностью согласившись с ее решением: незачем лишний раз ковыряться с дерьмом вроде Эленвера. – Теперь-то его законопатят?

– Далеко и надолго, – ответила Азора. – Теперь ему не выбраться.

После ужина мы вышли в садик. Глория причесывала Мамзель Тутту, которая теперь красовалась в новом платье, а прадед вынес кастрюлю горячего вишневого сока с апельсиновыми дольками и пряностями и сказал:

– Конечно, по такому случаю надо бы кружку бражки, да побольше! Но и сок тоже сойдет. Давайте, правнуки, за то, чтобы мы все были здоровы, чтобы никакая тварь к нам больше не лезла и чтобы нас с каждым годом становилось все больше и жили мы все дружнее!

Отличный тост! Мы с удовольствием поддержали его.

Когда наши стаканы опустели, то я увидел, как в ворота входят ребята Дархана, и даже протер глаза от удивления. Нар вел на поводке сурка, который, как видно, уже смирился с тем, что ему никогда не избавиться от орочьей неволи, и оба мальчика несли под мышками…

– Книги и тетради?! – поразился я. – Вы тоже их видите?

– Конечно, а то как же, – с плохо скрываемым удовольствием произнес прадед. – Пацаны толковые. Пусть и раздолбаи, конечно, знатные, ну да это ничего, это не всегда во вред. Ну что, бродяги, готовы к уроку?

– Готовы, прадедушка Конрад! – хором воскликнули мальчишки и добавили: – Здравствуйте!

Глория осторожно усадила Мамзель Тутту на скамейку и похлопала в ладоши. Из открытого окна ее комнаты выскользнули тетрадь, книга и карандаш, и Нар с Очиром пораженно ахнули. Нар даже поводок выпустил, и сурок тотчас же припустил бежать, но далеко уйти ему, разумеется, не удалось.

– Толковые ребята, – повторил прадед, – инженерами будут. Руки у них откуда надо растут, математика в головы заходит налегке. Я, кстати, с бургомистром договорился: зимой открывается мой колледж.

– Отличные новости! – обрадовалась Азора. – Если я чем-то смогу помочь, только скажите.

Прадед довольно улыбнулся и осторожно похлопал ее по руке.

– У тебя пока одна задача, правнучка, – произнес он. – Родить здоровое дитё. А там если мяса нажаришь, то буду только рад.

Он перевел взгляд на детей, которые замерли в ожидании, и сказал:

– Ну что, малышня, пойдемте. Сегодня будем дроби дробить.

Азора

Второе блюдо – главная часть обеда и по большому счету главная часть конкурса. Честно говоря, мне было безразлично, смогу ли я победить, но, когда я вышла за свой стол, увидела Морави и Фуга и услышала восторженные аплодисменты зрителей, невольно почувствовала волнение.

Фуг выбрал макароны с ветчиной, белыми грибами и черным трюфелем. Сварив макароны, он выложил их в прямоугольную форму, затем глазировал ветчину, грибы и трюфель, затем украсил сверху густыми сливками, тертым сыром и карамелизированным золотом. Когда он передал тарелки жюри, все просто ахнули. Это была не еда, а произведение искусства. Бургомистр снял пробу, и по его лицу было видно, что он не знает, как реагировать: вроде бы вкусно, но в то же время слишком много пафоса для несложной еды.

Морави выбрал фаршированную щуку с семгой – поистине королевское блюдо. Все завороженно смотрели, как он сначала очистил ее от чешуи, удалил жабры и внутренности, а затем взялся за начинку: отделил филе от костей и прокрутил в мясорубке вместе с семгой, луком и салом. Когда Морави взялся за иглу и принялся зашивать кожу, то я покосилась в сторону Фуга и подумала: кажется, он жалеет, что выбрал не сытное, а причудливое блюдо.

Однако, получив тарелки с фаршированной рыбой, члены жюри задумчиво уставились в них – похоже, они сомневались, стоит ли это есть. Конечно, никто не доказал, что их недуг был вызван салатом Морави, но сейчас Джек и господин Моро выглядели как минимум озадаченными. Бургомистр подал пример, отправив в рот кусок рыбы, остальные сделали то же самое и одобрительно закивали – еда оказалась вкусной.

А я решила потушить цесарку в вине с соусом из вишен. Когда я объявила о том, что именно буду готовить, зрители разразились аплодисментами.

Саллеви поднял руку, призывая к тишине, и сообщил:

– Кстати, сегодня один из участников получит промежуточный приз от моего давнего партнера и одного из спонсоров нашего кулинарного конкурса – столичного центра по производству артефактов!

Повинуясь жесту Саллеви, к нему подбежал один из помощников, который нес толстенный каталог, и я заметила, как засверкали глаза Фуга: кажется, он уже придумал, что именно выберет.

Фьярви, который сидел в первом ряду вместе с Глорией и Конрадом, заерзал на стуле. А я подумала, что Саллеви просто умница: не стал усложнять цепочку событий.

Вчера мои родители узнали о том, что случилось с Эленвером и как именно мы добились его признания в предумышленном убийстве, а узнав, немедленно покинули Келлеман. Бывший принц был им больше не нужен, они никак не могли использовать меня и Глорию, так что в королевстве их ничто не держало. В утренней газете была крошечная заметка о том, что княжеская чета Палевеллин завершила работу с партнерами в королевстве и отбыла в Благословенный край.

Что-то подсказывало мне, что я больше не увижу своих родителей, и это нисколько меня не печалило.

– Бабушка и дедушка уехали, – сказала я Глории за завтраком.

Она неопределенно пожала плечами. Кажется, учебник по математике и магические упражнения интересовали мою девочку намного больше.

– Главное, что прапрадедушка Конрад остается, – небрежно ответила она.

Конрад, который ел яичницу, довольно заулыбался в густые усы.

…Итак, цесарка. Я нарезала тушку на порционные куски и старательно натерла каждый смесью трав с солью. Потом я обжарила птицу на разогретом масле, влила вино и, дождавшись, когда испарится алкоголь, уменьшила огонь и оставила кусочки тушиться.

Теперь пришло время взяться за вишневый соус. Я удалила из ягод косточки, поместила вишни в кастрюльку и, добавив сахар, оставила, чтобы вишни дали сок. Затем к вишням присоединились масло, вино и щепотка соли, и кастрюлька отправилась на огонь. Дав ее содержимому покипеть, я вновь вооружилась ситечком: по консистенции соус должен был быть как нежное пюре.

Члены жюри попробовали мое блюдо и остались довольны. В этот раз все участники получили по три балла, и Морави угрюмо посмотрел на зрителей: было ясно, что его участие в конкурсе подошло к концу.

Саллеви приблизился к нему, сделал почти трагическую паузу и негромко произнес:

– Очень жаль, но сейчас нам придется проститься с вами, господин Морави.

Морави понимающе кивнул. Саллеви махнул помощникам – они понесли подарки от спонсоров. Морави получил большой сертификат от строительной компании на ремонт своего ресторана, просто грандиозный набор дорогой кухонной утвари и чек на новые печи.