- Да. Только из здания нельзя без разрешения выходить. А тут гуляйте, сколько хотите!

Идём. Заглядываем в открытую дверь подготовительного класса. Сидят много детей за столиками, и слушают учительницу русского языка.

Им около семи лет, тут в первый класс идут в восемь. В местной России десятилетка, а не двенадцать классов, как большинстве стран этого мира. Тихо уходим к себе в комнату. Через час видим из окна, что приезжают три полных автобуса. Из него выскакивают разновозрастные дети. И бегут внутрь здания. Общежитие наполняется гомоном.. Через час раздаётся стук в дверь нашей комнаты.

- Кто там?

- Это я, ваш преподаватель балета. Екатерина Логинова!

Открываю. Заходит виденная нами на фотографии женщина.

- Вы просили директора, чтобы вам показали, как проходит урок балета.

- Да, госпожа учительница!

- Идёмте.

Мы собираемся, и спускаемся на первый этаж. После этого проходим два коридора и попадаем в галерею, которая приводи нас в танцевальные классы. Их несколько. В одном занимаются малолетки, девчонки и несколько мальчишек.

В других залах девочки-подростки и уже взрослые девушки.

- Посмотрели? Теперь пойдём, познакомимся. И покажете, что умеете. – Екатерина Фёдоровна ведёт нас в один из маленьких пустых залов. Там около зеркальной стенки стоят уже знакомые нам брусья. Вначале учитель спрашивает, как кого зовут, а потом приказывает показать, что мы умеем.

После проверки растяжки, и повтора нескольких упражнений, показанных преподавателем, она делает заключение:

- Хорошо! Я думала, будет хуже. На носки вставать никто кроме Лисы не умеет, и прыжки, а тем более, повороты в воздухе и фуэте вы делать не можете. Ничего, научим! Да, а тебе надо пройти лечение у нашего врача. – Обращается она к Со Ын.

- Мне наши доктора сказали, что я буду хромать до конца жизни. – Опускает голову Ким Со Ын.

- Я тебя лично поведу к Степану Викторовичу! Он и не таких вылечивал.

- А остальные ребята по обмену ещё не приехали? – Спрашиваю у преподавателя.

- Нет, их самолёт прибудет через три часа. У них будут другие педагоги. Пока можете отдохнуть. Садимся прямо на пол, вызвав удивление Екатерины Фёдоровны.

- Мы так привыкли. – Объясняю я ей. - У нас ведь столы для еды низкие, да и спят большинство корейцев не на кровати, а на матрасах. положенных прямо на пол. Там же климат теплее.

- Отдыхайте, я подойду минут через двадцать! – Учительница вышла из зала.

В класс заглянули несколько девчонок, приблизительно моего возраста.

- К вам можно? – На довольно хорошем английском спросила самая высокая из будущих балерин.

- Можно. Только никого нет дома! – Решил я пошутить.

- О, они по русски умеют! - Обрадовались пришедшие к нам девчонки. Их было пятеро. Вначале познакомились:

Я – Мария, Маша! Это Юля, Саша, Галька и Наташка!

- Мня зовут Лиса, Это Соня, Ура, и Ёна!

- Больше на клички похоже! - Кривится одна из них. по-моему, Юля.

- Это не клички, а адаптированные имена.

- А как вас зовут на самом деле? – Интересуется Галя.

- Ну, корейцев зовут так: Соня, на самом деле Ким Со Ын, Ура – Чон У Рам, причём не «Урам», а раздельно «У» и «Рам», Ёна – это раздельно «Чон», «Ён» и «А».

- Как сложно! – Удивляется Маша.

- Поэтому и мы немного адаптировали имена, чтобы вам было легче их произносить.

- А тебя как зовут? Ты разве не кореянка? – Поворачивается ко мне Наташа.

- Нет, я тайка. Есть такая страна, Таиланд. До неё из Кореи лететь, как до вас, часов шесть. А зовут меня по настоящему, Лалиса Ким Манобан. Ларисой, прошу не звать! Лиса, и только Лиса!

- Понятно! Вас ведь по обмену прислали? Но почему вас так мало? – Задаёт вопрос за вопросом Юля.

- Другие вечером подлетят. Они на рейсовом самолёте летят, а мы прилетели отдельно. Мы группа трейни «Блэк Пинк».

- Где-то я слышала это название! Надо будет у двоюродной сестры спросить. Она вашу эстраду любит. А вы только балет будете изучать?

- Нет, Соня у нас композитор классической музыки. Она даже с Национальным оркестром выступала пятнадцатого августа…

- Ой! Мы это смотрели! Так значит, это она гений классической музыки?! – Завопили девчонки.

- Ага! Так! Поклонницам таланта великого корейского композитора, Ким Со Ын, желающим получить автограф, построиться в очередь! – Заявляю я. Ким краснеет, и перестаёт переводить наш разговор Ёне и Уре, а русские смеются:

- А ты кто такая, что тут командуешь?

- А, вы не знаете, что я, не менее великая Лалиса Манобан, работаю секретарём у нашей восходящей звезды?! Так вот, подарки для гениальной госпожи Ким складывайте около моих ног, я за ними пригляжу, а автографы вы получите через меня, когда госпожа Со Ын, или просто Соня, начертает своей гениальной рукой корейские закорючки на чистом листе!

- Ха, ха, ха! - Будущие балерины валятся с ног, и хватаются за животы. Со Ын тоже смеётся, и так, хохоча, переводит Уре и Ёне всё, что я сказал. Те тоже начинают смеяться.

- Я только не поняла, почему подарки надо оставлять тебе? – Отсмеявшись, спрашивает меня Маша.

- Как почему? – Наигранно удивляюсь я. – Гениям не нужны жалкие подачки фанатов, а мне, бедной тайке, всё в хозяйстве сгодится!

- Не слушайте её! – Хохочет Со Ын. – У неё в сто раз больше всего, чем у нас тут всех вместе взятых! Она самая богатая у нас, это на её самолёте мы прилетели сюда раньше других!

- Правда, что ли? – Удивляются русские.

- Ну, не совсем, это просто самолёт моего отца. У меня есть только кот. Его Лего зовут. Он в комнате общаги остался.

- Что здесь за собрание? – Появляется Екатерина Фёдоровна.

- Ведём разъяснительную беседу среди местного населения! - Вытягиваюсь я перед учительницей.

- Идите, пока вас Илона Андреевна искать не стала. – Обращается в стайке русских девчонок Екатерина Фёдоровна, и они исчезают из зала. Мы занимаемся до восьми вечера, а потом идём обедать. Уре местная еда кажется пресной и она добавляет соли, а потом ещё и перца. Со Ын и я спокойно едим, а Ёна увидала горчицу, и начала добавлять в первое и второе. Уже находясь у себя в комнате, через окно видим приезд остальных корейцев. Из-за разницы во времени, ложимся спать рано. Ничего, пара дней, и всё нормализуется.

Место действия: Российская Федерация, город Новосибирск, собрание в кабинете директора балетной академии.

Время действия: первое сентября, две тысячи десятого года, десять часов вечера.

- Так, Анатолий Борисович, что у нас там с корейцами?

- Всё нормально. Александр Яковлевич! Они накормлены, и уложены спать. Всё-таки, разница во времени… Завтра пройдут медицинский осмотр, и будут направлений в корейскую школу «Банан».

- Хорошо! Екатерина Фёдоровна, а что у нас по этой четвёрке?

- У них всё в порядке, девчонки способные. Только одна из них нуждается в проверке у нашего Степана Викторовича. Сейчас, да, Ким Со Ын, или Соня, как она себя назвала.

- Да, да! обязательно поведите её! Это гениальная девочка! Она композитор, пишет классическую музыку. У неё кроме балета будут и уроки у вас, Дмитрий Васильевич. – Директор училища смотрит на дирижёра новосибирского оркестра театра оперетты и балета.

- А что, она действительно такая талантливая? – Удивляются другие педагоги.

- Да, я сам был в Сеуле пятнадцатого августа. И видел и слышал, как эта Соня Ким исполнила своё новое произведение вместе с Национальным оркестром Корее. Их дирижёр, Им То Юн, мой хороший знакомый. Эта девочка, его племянница. Я с ним говорил на следующий день талант у школьницы открылся после автомобильной аварии и двух недельной комы. До этого Соня посредственно играла на синтезаторе, гитаре и фортепиано, и музыку не писала. Но после больницы она начала и шикарно играть на всех этих инструментах, и писать классические произведения мирового уровня! Вот! – Дирижёр достал пухлую папку с нотами. –Здесь семь её произведений! И это, только за полгода! Уже поговаривают о возможности награждения Ким Со Ын премиями «Авард Мюсик» от австралийско-азиатского региона, и «Грэмми» от США. Но кроме этого она вместе с дочерью нашего спонсора, Лалисой Манобан, пробует писать и современную музыку. А вот это ещё один проявившийся талан девушки. – Дмитрий Васильевич достаёт рисунок. – Она стала великолепно рисовать. Это портрет её дяди Им То Юна.