- Огонь, — в этот раз я смотрел на гору останков, потому огонёк полетел прямо на неё, после чего, врезавшись в цель, поджёг сразу все останки вместе. Ну… Магия, чё сказать?
Проведя импровизированные огненные похороны, собрав трофеи и сменив снова материю, я отправился обратно к входу. В этот раз сальдо поприятнее выглядит — четыре тысячи за веномантов плюс материя на пять сотен, а в минус четыре патрона и две гранаты, не больше восьмисот вместе. Того и гляди можно будет взять ипотеку в Верхнем городе.
Выйдя из пещеры, я как следует отдышался — после затхлости и гнилостной вони, горячий воздух с щепоткой пыли казался крайне освежающим. Проведя дыхательные упражнения, я достал карту и заказ на веномантов, после чего прикинул своё местоположение — выходило так, что мне проще было добраться до стены, пройти немного на юг, затем повернуть на запад и следовать по линии движения дрейков, мотая по сторонам головой. Пусть это и займёт больше времени, но и шанс не пропустить монстров тоже становится выше.
При приближении к стене пришлось пару раз корректировать направление движения, чтобы выйти в нужную точку. По пути любовался образцами наскальной живописи — местами стена была до уровня моей головы исписана различными граффити, от обычных безвкусных штрихов до вполне пристойных изображений чокобо, муглов и Стампа, местного пса-маскота.
Достигнув примерного пересечения прямой курса дрейков и границы сектора, я присел передохнуть в тени двадцатиметровой стены — тащить на буксире почти двадцать килограмм хитина несколько километров подряд даже сверхчеловеческий организм СОЛДАТа слегка устал. Надеюсь эти стены построили не из огромных человекоподобных гигантов, которых хлебом не корми, дай передавить человечество по приказу психически неустойчивого молодого человека. Ах, стоять, это не та вселенная. Здесь нас всех ждёт всего лишь столкновение с метеоритом размером с Луну по приказу психически неустойчивого молодого человека. Если так пораскинуть мозгом, то значительному числу придуманных людьми вселенных нужен не главный герой, а хороший психиатр с неистощимыми запасами галоперидола.
Поехали мы как-то на охоту
Выпили водки палёной в дорогу,
Проснулись мы в белой больничной палате,
Каждый привязан бинтами к кровати.
Что за приколы, чё эта за шутки,
Лежит, а кто нет, мы попали на дурку,
Что же случилось, чё за фигня,
Спросил осторожно у доктора я.
-Дебилы!! Олигофрены!!
Доктор в ответ головой покачал,
И страшную тайну он нам рассказал,
Четверо пьяных в хлам идиотов,
На джипе примчались с утра на охоту,
Убили оленя, козла, семь быков,
Лису, восемь зайцев и пять кабанов,
И всё ничего, только вот в чём запарка,
Всё это было посреди зоопарка.
Писались дружно и срались детишки,
Когда увидали кабаньи кишки,
Какал и нервничал старенький слон,
Пока не приехал за нами ОМОН,
Часа два с ментами ещё воевали,
Держа оборону, окопы копали,
Но стражи порядка нас повязали,
Связали, скрутили и в дурку отдали.
(«На охоту» — Красная плесень)
Размышления о галоперидоле и моей нынешней цели вызвали из памяти очередную песенку, которую я, не стесняясь, во всё горло пропел несколько раз по пути, пытаясь спровоцировать дрейков на атаку, если они вдруг окажутся поблизости. Но тщетно, лишь горло охрипло.
Пройдя мимо очередного нагромождения серых скал, я услышал щелчок взводимого курка, а к моему правому виску прислонился холодный кружок металла.
- Руки вверх, певец, — раздался мужской голос.
- Гражданин начальник, это не я был, это всё какая-то ошибка, я здесь просто гуляю, — медленно поднимаю руки вверх.
- Далековато загулял, парень. И не подскажешь, что за язык такой интересный, на котором ты горланишь?
- Э-э-э-э, — ну вот и чего здесь сказать? — я с Чукотки, гражданин начальник.
- Что ещё за Чу-чу-чукоцка? — голос начал излучать недоумение.
- Да деревня такая, недалеко от Гонгаги, слыхали может? У нас там все местные так говорят.
На этот раз в ответ промолчали. Затем холодный кружок металла у виска исчез.
- Ладно, деревня, давай только без резких движений.
- Да как можно, гражданин начальник, я вообще парень смирный и неконфликтный, — не опуская рук, я повернулся направо. Передо мной стояло три человека — две девушки, хотя скорее уже женщины и мужчина среднего возраста. Все трое были одеты плюс-минус как я. Некоторое подобие брони, крепкие сапоги и дорожные плащи. А ещё они были вооружены. У мужчины помимо вполне заурядно выглядящего пистолета был ещё аналогичный моему меч на поясе, а у женщин по автомату, что были один в один как моё первое приобретение здесь. И смотрели они все на меня с бо́льшим подозрением, но оружие убрали.
- Так это, я руки могу опустить? — поинтересовался я.
- Опускай, опускай, — ответил мне мужчина, главный в этой тройке, по-видимому.
- А с чего такая подозрительность? У меня вроде ни клыков, ни крыльев нет?
- Да так, мы просто не в своём секторе находимся, вот и проявляем осторожность.
- Угу, а если бы вы в город зашли, то каждому бы в нос пистолетом тыкали?
На меня посмотрели тяжёлым взглядом.
- Деревня, тебе не говорили, что любопытство кошку сгубило?
- Говорили, вот только я на кошку не очень-то похожу, разве нет? А если тебе в голову оружием тычут, то мне кажется, что поинтересоваться причинами подобного предвзятого отношения как минимум небезынтересно. Вдруг от следующих тычков предохранит.
- Говорливый ты что-то для деревенского, да и груз твой… Как там сказал? Небезынтересный.
Оп-па. Да меня тут гопстопают. Ну дела. У будущего бичевателя Сефиротов сейчас братки законный трофей отожмут. Хотя можно ли их называть братками, если среди них две женщины?
- О чём задумалась, деревня?
- Да вот понимаю, что совсем гопота распоясалась, уже не в городах тормошат, а в пустошах, где монстры круго́м. Что, совсем дела плохи, приходится расширять ареал?
- Ты говори да не заговаривайся, деревня.
- Да, мы тебе не бандиты какие-нибудь, — главаря поддержала одна из женщин.
- Да ну? — почувствовав слабину, я перешёл в наступление, — начали не со здрасте, а с приставления к голове пистолета, теперь вот имуществом моим, честно нажитым, интересуетесь. И что же я о вас должен после этого думать? У нас на Чукотке таких однозначно называют.
Троица даже как-то смутилась и начала в растерянности смотреть друг на друга.
- Так, ладно, — мужчина поднял обе руки, — согласен, с твоей стороны так и выглядело. Потому начнём с начала. Меня Гастом звать, это Мирлена и Натис, мы охотники из Третьего сектора и здесь своего товарища ищем.
- Ну вот, другое дело. Меня зовут Хейз, я с Чукотки. Недавно совсем прибыл в Мидгар, в Четвёртый сектор, чтобы стать всемирно известным охотником на монстров и вступить в СОЛДАТЫ, — выдав речугу, я встал в позу типичного героя сёнена: широко расставленные ноги, вытянутая вперёд правая рука с больши́м пальцем вверх и улыбка от уха до уха.
…
Интересно, откуда в пустыне могли взяться сверчки?
- Кхм, вот как значит, кхм, ну… ладно? — кажется, они уже жалеют, что обратили на меня внимание, — вернёмся к главному, ты нашего товарища не видал? Зовут Курцем, длинноволосый блондин, одет практически как мы.
После того как Гаст сказал про внешнее их сходство с потеряшкой, меня осенило: одежда на останках в пещере веномантов выглядела точь-в-точь как у моих новых знакомцев.
- А не скажете, зачем этот ваш Курц пришёл в Четвёртый?
Троица переглянулась и, видимо, что-то почувствовав, не стала секретничать:
- Он подрядился на один заказ от Шинровского умника, вернее, бывшего Шинровского умника, который утверждал, что несмотря на высасывание реакторами всего потока жизни из округи, в таких условиях всё равно может сохраниться кристаллизованная природная материя, потенциально обладающая уникальными свойствами. От него требовалось облазить все глубокозалегающие пещеры в окру́ге и провести замеры.
