(Он-то заметил, но лишь потому, что сначала имел подходящую специальность).

То есть, Сантьяго первым нашёл виновника? Это похоже. Нашёл и забрал артефакт. Вроде, не для себя, для Гильденстерна. Если так, показал бы давно ему эту «Корону Сида», кабы только не экспедиция, не отлучка.

Но, с другой стороны, тиражировать артефакт хитрый Эрнандес посмел с позволенья Сантьяго. Чтобы снимать совершенного вида копии, необходимо же было сверять их с оригиналом.

Наглый Дантеро назвал Гильденстерну адрес Сантьяго, мне же, когда я к нему подошёл, не назвал. И пояснил это так:

— Мне пока что пожить охота. Предупреждён я Сантьяго; так что же я, злить его буду? Он говорил, присылай одного только Кая, потому что с другими у него разговор короткий.

— Да, — подтвердил Гильденстерн. — Мне одному стоит пойти к Сантьяго. — Можно было подумать, ему и телохранитель уже не нужен.

Без Онодэры пойдёт? В городе, где расплодились уже свои киллеры-телекиненики? Да смешно же, смешно!

Ну… Я помню, конечно, что этот Сантьяго посидел по различным тюрьмам, помню, что Фенбонг его даже насмерть приговорил. Наконец, я ещё не забыл, что забрать из тюрьмы Сантьяго было частью исходного договора с Каем… И, однако, вот так и ему демонстративно прятаться, и Дантеро и Каю в этом его поддерживать — мне неприятно, конечно, как человеку и супервайзеру. Будто они не уважают совсем и меня самого, и Алдьянс Галактический тоже.

— Ладно, — сказал я, подумав, — раз тебе так это важно, к Сантьяго пойдёшь один. Я даже хвост за тобой не пущу, хоть имею специалистов. Но для начала — с тобой и Дантеро заедем к Эрнандесу… Кстати, — спросил у последнего, — так почём у тебя экземплярчик «Короны Сида»?.. Сотня всего? Ну, держи. Упаковки не надо. Слышал, небось, о контрольных закупках Альянса?

— Не пугай меня, Берт, — попросил с ленцою Дантеро.

Но в машину он сел и поехал к Эрнандесу без разговоров. Чай, не Сантьяго, бояться Эрнандеса нечего. Да и скрыться тому ни возможности нет, ни резона — при налаженном-то производстве крутейшего артефакта.

Ехать было недолго. В Заводском тупичке за две улицы с тыла от Старого Космопорта находился вновь созданный цех по трёхмерной штамповке «Короны Сида». Там Эрнандес и находился: лично следил за процессом. Что разумно, а то ведь с работников станется сделать больше, чем надо, этих левых дешёвых копий, да и толкнуть их куда-нибудь мимо схемы.

Хитрый Эрнандес встретил меня, исполненный мнимой радости, но на Дантеро — не удержался, и глянул волком. Даром, что взгляд никого ещё не загрыз — всем же известна и гибкость, и мягкость Эрнандеса.

— Чем могу вам служить, господин супервайзер Берт?

— Вот, зашёл, — сказал я, — проинспектировать производство.

— У меня всё законно, — быстро сказал Эрнандес. — Документы все есть, даже налоги платим.

— А имеется ли у тебя право производить сидские артефакты?

— Артефакты? — скривился Эрнандес. — Конечно же, нет. Мы ведь здесь не сидяне, и не Конструкторское бюро при Оборонной системе заводов Альянса… Ну так мы артефакты и не производим. Только жалкие копии — вроде детских игрушек. Выглядят круто, но вообще не работают.

— Ну а если включу? — Я недобро прищурился, вынимая «Корону», закупленную у Дантеро.

— Тю, включайте, начальник. Если найдёте, где.

Я присмотрелся и понял: муляж и включить-то негде. Кстати, и выключить тоже: светодиодики глупо посверкивали, нагло прикидываясь огоньками ксенокультуры. Им бы погаснуть — даже скорей бы сошло за подлинник, да не загасишь иначе, как молотком да зубилом.

— Цель производства товара?

— Продажа коллекционерам.

— Кто они?

— Всю эту партию оптом должен забрать Онар. — Производитель Эрнандес широким жестом указал на конвейер, по которому медленно шли артефакты на разных ступенях сборки.

— И всё это — Онару в коллекцию, да? Для чего ему столько?

Производитель заверил:

— Исключительно для игры. Он — «реконструктор», желает устроить весёлый перформанс на тему низвержения сидских демонов. Типа, «Традиции сидской коронной охоты». Просто перформанс, ага.

— Не на планете ли Эр-Мангали?

— Не исключаю.

Трудно было не догадаться, что все эти копии выдавались за подлинники. В Юрбурге кто-то прознал, что на Эр-Мангали возникла проблема с демонами. Вот и вербует Онар простофиль на большую охоту. Со стороны она будет, конечно же, выглядеть, как «весёлый перформанс».

А уж покойники как обхохочутся перед смертью.

Правда, всё это «лирика». В действиях же Эрнандеса и Онара всё законно и правильно. Поди докажи обратное!

А вот что незаконно, так это подмена оригинала.

— В курсе ли ты, — я спросил у Эрнандеса, — что одно из твоих изделий было использовано для прикрытия похищения настоящей «Короны Сида» из артефактохранилища Юрбургского университета?

— Нет, — ожидаемо вымолвил тот, — мы не может об этом знать. Часть мы Онару отдали, несколько штук убежало налево, и мы… Даже не знаем, кто мог бы замыслить такую мерзость!

— Ладно, допустим. Осталось ещё расспросить о том, как вы сумели её спроектировать — столь совершенную копию вещи, лежащей под мощной охране в сейфе хранилища.

— Это, — сказал, улыбаясь, Эрнандес, — наша маленькая коммерческая тайна. Наша с Онаром, — добавил он тайне веса.

Я же на то:

— Может, и маленькая, но не тайна. Совсем не тайна. Что за предмет к тебе приносил Сантьяго, мастер боя с Эр-Мангали?

Тут Эрнандес опять поглядел на Дантеро волком. Догадался, откуда слив. А Дантеро ему:

— Ты не думай, я не специально!

Но кто чем мотивировал выдачу сведений мне, это уж их проблемы.

Мне от них надо было только одно: подробности. Об артефакте Сантьяго, а также о нём самом. Всё, что позволило бы реконструировать ход событий. Я получил, что хотел, даже больше, чем было надо, ведь Дантеро с Эрнандесом так и кололись наперебой.

Что оказалось: что вышел Сантьяго сперва на Дантеро. С целью понятной — связаться и с Гильденстерном. Но с Гильденстерном связаться-то он не мог, тот был на Эр-Мангали, в экспедиции.

Дальше, как я полагаю, пошла инициатива Дантеро. У Сантьяго уже к тому времени был артефакт, или, как уверяли теперь и Эрнандес, и он, «самая первая копия». Важно, что тот артефакт (или копия) всё равно не работал. «Даже эти вот огоньки разноцветные не светились!». Да, но Сантьяго сказал тогда об огоньках, что он «видел своими глазами, как это светилось раньше». То есть, неверным бы было скопировать без огоньков.

Вроде, Сантьяго был в Юрбурге на мели, потому согласился на предложение «сделать копию». Только с условием: «не выпускать из рук». То есть, все мерки снимать строго в его присутствии. А ведь известное дело: Сантьяго таков, что в его присутствии настоящую вещь туфтою не подменить. Кстати, такое о нём и джерихонцы секут с полувзгляда. (Так-то подмётки способны сорвать на ходу).

Вот. А потом он оставил свой адрес для Гильденстерна (чтобы только ему, а другому — ни-ни, никому) и просил передать, что предмет у него (или точная копия).

Я спросил:

— Это всё? — Вроде, было и так достаточно.

— Нет, — ответил Эрнандес и меня удивил. — Санчеса помнишь? Так вот, он устроился в Юрбурге на космодроме. И видал, как Сантьяго в сопровождении двух подельников прилетел на планетолёте с Камарги. Было это как раз где-то примерно за день. Да, как раз до того, как он с этой короной вдруг явился на встречу с Дантеро у бывшего памятника.

— Точно с Камарги? — переспросил я слегка недоверчиво.

— Мы-то не видели. Санчес нам так говорил. Врать ему незачем, он же штуковины наши толкает. Платим ему, чтоб носил их на космодром. Там, понимаешь, на удивленье хороший спрос. Каждый же хочет прибарахлиться таким артефактом…

…Дальше не слушал. Что-то как щёлкнуло в голове: Ба! Неужели ещё и Орландо Финьес?! Тоже, поди, помогает Сантьяго прятаться. Если нет, почему пропустил его на космодроме, ничего не сказал непосредственному начальнику? Тоже боится последствий и мести Сантьяго?