— Но прорываться, — заметил Гонсалес, — лучше на скорости.

— Вряд ли получится, — Гаррис стоял на своём. — Там впереди блокпост. Перед самим космодромом. Если ускоримся, сразу же вызовем подозрение.

— Можно и так, — предложилЭстебан. — Для начала немного ускоримся, а уже на подъезде к периметру космодрома, наоборот, сбросим скорость и пойдём самым тихим ходом, чтобы охрана заранее не заподозрила. Вот когда нас уже попробуют остановить — тут-то ускоримся снова, чтобы верней прорваться...

Что ж, и это звучало разумно. Правда, чуть мелочно, как на вкус Сантьяго. До космодрома и ехать всего ничего...

О! Вот и он.

Их вездеход с космодромом Альянса показались друг другу на горизонте. Эстебан сбросил скорость, как и пообещал. Мол, если будем заметны издалека (на открытой-то местности), то желательно хоть бы не вызвать мобилизующей всех тревоги.

Чем ещё был удобен медленный темп езды, можно было и космодром рассмотреть получше. Важный момент, ибо всё его обустройство выглядело по-новому. Чтобы сюда доставлять военные грузы, уж Альянс постарался обезопасить периметр, а заодно и расширить — на всякий случай.

— Хм. Стена... — произнёс Эстебан.

Да уж. Кстати сказать об идее прорваться на скорости...

По расширенному периметру шла наскоро собранная стена — невысокая, правда, но вездеход задержит. В ней два прохода, снабжённых воротами и блокпостами как раз на въезде. И, по замыслу Гарриса, вторые ворота, глядящие в сторону Бабилона, штурмовать надлежало ребятам, что двигались на втором вездеходе, с водителем Олафом.

Как же Олаф? Успеет ли он, — подумалось было Сантьяго. Но не стоило размышлять о событиях неподконтрольных в это время и в этом месте, так что пришлось посторонние думы оставить — и заняться воротами ближними, в некоем роде — своими.

Что бы мог он сказать про ворота — новые, вовсе не хлипкие и сейчас на запоре. Протаранить их вездеходом — идея не самая светлая. Справа там проходная — других вариантов нет.

И, понятное дело, на въезде ещё блокпост. Гаррис о нём, как всегда, предупредил заранее.

Тут и Карлос всмотрелся:

— Блокпост. Зачищаем обычным путём? — Всё бы ему опереться на прежний обычай.

— Нет уж, подъедем, как умные люди, на вездеходе.

Ну ещё бы. Обычный-то путь хорош для густого леса. Но по ровной открытой местности незаметно пешком не приблизиться. И блокпост очень мощный — с ходу такой не зачистишь, там народу набилось — как минимум полувзвод. Космодром прикрывают. Не малозначимую дорогу.

— Как остановимся у блокпоста, — проговорил Сантьяго и поймал в аккуратную паузу чёткий кивок Эстебана, — ...сразу выпрыгиваем: Карлос направо, а я, соответственно, влево. И на ходу открываем огонь, чтобы солдаты прижали уши. Всем остальным — прорываться через проходную. То есть вон в ту калиточку. Все её видят?

Молчание — признак согласия.

— Ладно. Работаем, — Коротко и понятно.

4

И отработали. В точности, как собирались. Сделали максимум из того, что могли.

Остановились у блокпоста, отвечая на строгий окрик из-за мешков с песком:

— Глуши мотор! Выходи, показывай пропуск!..

Пропуск? Ещё чего!

Прыснули: Карлос направо, Сантьяго налево, по ближайшим противникам очередями на поражение, далее поверх голов. Ясно, что поверх: лишь трое легли, все другие в момент попрятались. Дальше — внимание в распределённые зоны контроля, чтобы прикрыть остальных.

Счёт до пятнадцати — ради синхронизации с Карлосом. Сам-то Сантьяго учуял спиной, как проскочили к калитке Гонсалес, Альварес, Гаррис и Эстебан, а вот Карлосу полагалось считать. Вслух, до пятнадцати — по возможности, в медленном темпе. Ибо кто не успел, пока досчитает Карлос — тот и виновник собственных горьких бед. Если Альварес слегка трусоват, а Гонсалес чуть-чуть староват, а провидец маленько не от мира сего — это подробности их оправданий перед самими собой, что растратили время, пока они с Карлосом держатся.

...Нет, обошлось. Как ни странно, никто не замешкался. Быстро вошли, убирая солдат в караулке.

Вот теперь-то пора им с Карлосом с блокпостом закругляться и спешить за своими в калиточку.

Хех, «закругляться» — понятно, легко сказать...

Потрясённый блок-пост на ответный огонь отважился только на счёте пять, да и то: ерунда — не огонь. Приблизительный, не прицельный. Высунуть ствол, но не голову из укрытия — очень типичный почерк для новобранцев Альянса. Трое, что сразу легли, послужили для них аргументом.

Но затем-то, примерно на счёте десять, враг осмелел. Там, за спиной у Сантьяго Карлос укрылся за штабелями мешков — и досчитывал, не в состоянии высунутся. Пятеро на его стороне слаженно показались над баррикадой, заплевали очередями мир. Тут уж пришлось нырнуть за мешки и самому Сантьяго.

И залечь. Поливали-то с разных сторон.

Ха, да отсюда к калитке и не добежишь. Слишком плотный огонь. Так и хлещет почти отовсюду практически без перерывов.

Что ж, Сантьяго на счёте пятнадцать выдал условленный свист, чтобы Карлос не сомневался: всё, отход. Для того, кто сумеет.

Чтобы суметь самому, стал вычислять огневые точки и расстреливать их по одной. Долгое дело, чуждое всякой спешке. Поспешишь — насмешишь Альянс. Он-то любит поржать — Галактический.

Постепенно понизил плотность огня противника. Тут и Карлос очнулся, стал худо-бедно отстреливаться.

Скольких отправили на заслуженный отдых? Вероятно, с десяток. Но до полной зачистки было ещё далеко. Трое активно работали. Минимум трое.

В этот миг из заветной калитки повалили ещё солдаты. Снова в глазах зарябило от бластерных очередей — и откуда: из точки, где мысленно располагали спасение.

Хорошо ещё, больше лупили по вездеходу. Чтоб Сантьяго и Карлос не вздумали драпануть.

Нет уж, парни, смеялся в душе Сантьяго. Мы сбежим, но не на вездеходе. От космодрома бежать на наземном транспорте — это вроде дурного, очень дурного тона. А уйдём мы в калиточку. Именно в ту, которую вы нам по глупости загородили.

По уму, говорите? Так с какого такого ума вы погибли первыми?

5

Четверых, что стреляли от проходной, Сантьяго и Карлос уложили легко: парни совсем не позаботились об укрытии.

Тех, кто остался от разорённого блокпоста, выцеливали подольше. Тем не менее, разобрались и с ними. Всё прочесали, никого не оставили.

Проникая в калитку на проходной, не смогли не запачкать обувь. Там среди хаоса свеженаваленных уж расползлись густые кровавые лужи.

Переступая порог, Карлос немного помедлил, хоть и казался не то чтобы впечатлительным.

— Что-то тревожит? — поинтересовался Сантьяго.

— Не по себе.

— Кровь?

— Нет, другое. Просто войти — это как бошку в петлю. Неизвестно, сумеем ли выйти потом обратно.

— Улетим! — твёрдо сказал Сантьяго. — Гаррис сказал, улетим.

Карлос вздохнул:

— Гаррису проще. Он видит, на чём.

— Очень надеюсь, что тоже сейчас увижу, молвил Сантьяго, .

Только где? На взлётно-посадочных площадях было по-прежнему пусто. Хоть шаром покати.

Далеко впереди деловито куда-то шли Гаррис, Гонсалес, Эстебан и Альварес. Шли потому, что было бы глупо стоять без дела.

Снова Карлос:

— А как же вторая группа? Та, где ...

— Не добрались ещё, — ответил ему Сантьяго. Смысл спрашивать об очевидном?

— А, ну да, не добрались, — прозвучало немного завистливо.

В этот момент оглушительный гул в небесах возвестил о прибытии катера. Что не болтай, а Гаррис своё умеет.

— О! Гляди, на посадку заходит, — указал маловеру Сантьяго.

Оба тогда увидали небосвод, перечёркнутый причудливой загогулиной. Это он, инверсионный след от космического аппарата. Тот, который надеялся углядеть Эстебан меньше часа назад, над дорогой.

— Верно. Давай поспешим, — Карлос явно повеселел, — чтоб не отстать от наших. Группу, где «Олаф, Мак-Кру, и другие» он больше не вспомнил.