— Нет, на Юрбург тем более... — Что поделаешь, жаль! — Тем не менее, существует маршрут грузоперевозок от Ардарика до Плюмбума. Плюмбум, ребята, он ведь тоже там недалеко.

Это-то верно. От Парадиза рукой подать. Правда, Плюмбум — такой уже... Плюмбум. Но, пожалуй, понятно, почему грузовой маршрут ориентирован так. Пассажиров заманивают курорты на Прадизе, ну а грузопоставки идут на промышленные предприятия. Те, что коптят плюмбумические искусственные атмосферы.

— В общем, если на Плюмбум, то это к пилоту Гельдерну. Аарон! — говоривший окликнул бармена. — Сможешь с Гельдерном поговорить?

— Не вопрос, — закивал Аарон. — Так ведь дело-то вот в чём. Если помните, нас обязали чины Альянса отложить все полёты грузовиков окромя самых срочных.

— Помню, да. Но какая мотивировка?

— Да известно какая: разбойные рейды космопиратов. Нам предлагали не рисковать грузовиками. Ведь попадёшься пиратам — и грузу тогда хана, и за кораблик страховку заплатят со скрипом...

— А не попалась ли космопиратам вся наша станция?

— Верно, попалась, — тут же признал Аарон. — Только на наш космодром эти гады не забредали. Слава Космосу, им у нас скучно...

— Что ж ты думаешь, так и не забредут?

Честер ответил за бармена:

— Забредут, будь уверен, если не раньше, так позже. Не надейся, что пронесёт. Я бы на вашем месте, давно уже прочь улетал. Всем космодромом.

— Все бы давно улетели, да будут проблемы с Альянсом, — вздохнул Аарон. — Непременно догонят, поймают и скажут, что мы повстанцы.

Кто-то новый из пятерых подытожил тему:

— В общем, всем ломануться на выход никак нельзя. Так-то, поодиночке — всегда можно будет сказать, что рейс очень срочный.

— А у Гельдерна срочный? — поинтересовался Кай.

— Это уж как с диспетчером договоришься.

— Ну так где же его найти?

— Да не надо искать, я диспетчер, — сказал самый трезвый. — Я и определю меру срочности.

— Ну и как...

— Тут бы надо поторговаться. В общем-то груз у Гельдерна не скоропортящийся. Те стальные болванки, что везёт он обычно на Плюмбум, могут лежать целый век...

— А с доплатой за срочность?

— С доплатой — другое дело.

Эх, наконец-то дошло и до случая поторговаться. Если дошло, то доверие есть. Правда, ни Честер, ни Кай, торговаться не любят и не умеют. Вот Бенито был мастером цену сбивать. Кай не видел, но говорят.

— Может, ещё по коктейлю? — спросил Аарон с надеждой.

— Разумеется! Каждому! — тут же расщедрился Честер. И пояснил, что Господь — он велел угощать.

— Очень верно! — вскричал Аарон. — Мой коктейль помогает быстрей приходить к компромиссу.

Это да. Кто сильнее напьётся, тот скорее к нему придёт.

Хорошо бы скорее. Даже не важно, кто больше сбросит. Деньги-то были награбленные — не жалко.

Важно вот что: успеть улететь до начала поисков.

4

Чтоб окончательно согласовать все условия сделки, Аарон позвонил и пилоту Гельдерну с грузовика на плюмбумской трассе. Тот, как узнал, сколько диспетчер желает за срочность, моментально сообразил, что тройной тариф будет лучше двойного.

— Да, — сказал этот мутный пилот-торгаш, — я понимаю, конечно, что звездолёт мой — не пассажирский лайнер со всеми удобствами. Но, с другой стороны, я же не стану держать вас в неприспособленном для людей грузовом отсеке. Что болванки снесут, человек не снесёт. Человек — он звучит, по-моему, очень гордо... Ну так вот, мне придётся вас двоих расселить в специальных каютах для экипажа. А имеет ли Гельдерн такое право, может, спросите вы. Нет, не имеет! Любой, кто узнает, сможет сказать, что Гельдерном совершено должностное (вы понимаете?) преступление. Скажет, что Гельдерн польстился на деньги. И правда: польстился. Ну так хоть на серьёзные, не на смешные деньги.

— Хорошо, платим втрое, — сказал тогда Кай. (Честер думал ещё торговаться, но голова одолела). — Но в задаток войдёт лишь половина суммы. Остальное — после успешной посадки. То есть на Плюмбуме, на одиннадцатой луне.

Гельдерн пытался увеличивать сумму задатка, но теперь уже Кай стоял непреклонно, словно скала. Кай торговаться не любит и не умеет, но заявлять о неуместности продолжения торга ему по силам.

Это тоже торговля. Но методом от противного.

5

Срочность доставки на Плюмбум груза скоропортящейся стали возросла настолько критично, что диспетчер Якубек готов был отлёт назначить на ближний час, нооставался вопрос подготовки к полёту грузовика. Соответственно, срочность не превысила меру реальности.

Честер сказал:

— Я уж думал, быстрей улетим, чем Дьюи на Санта-Монику. Но на деле стартуем практически одновременно.

Хорошо, когда одновременно. Тут погоне хоть разорвись.

Дьюи тогда поспешно сошёл с монорельса, чтобы выбраться из-под удара. Но какими путями их будут искать космопираты с Альянсом, предугадать непросто. Может случиться, что выйдут на Дьюи — через его билет — и тогда будут ждать его на посадочном месте. Разговорить его далее дело техники (Дьюи слабый союзник — морально слабый), потому хорошо, что не выведет на грузовой космодром.

Но возможно, враги будут действовать не через Дьюи, а найдут к ним другую, прямую ниточку. Опросить хоть кого, не видали ли где-то на станции колоритнейших селюков с Малого Ардарика (это почерк пиратов), или, скажем, переглядеть записи с разных следящих камер (это почерк Альянса), и тогда-то уж станет ясно, где находятся Честер и Кай. Вся надежда на то, что, когда станет ясно, находиться они будут уже не здесь.

Эх, да что говорить: чем скорее в полёт, тем лучше.

6

Перед стартом (за пару часов) Кай и Честер прошли в звездолёт, установленный на посадочном поле, по герметичному рукаву знакомого типа. Неужели теперь уж они долетят до системы Юрбурга?

Впрочем, действие «долететь» в разветвлённой инструкции, выданной Гаррисом, принадлежит уже к третьему шагу. Чтобы думать предметно о нём, завершить бы сперва второй.

Грузовой звездолёт от компании «Хобарт и сыновья» управлялся тремя пилотами. Первую скрипку играл, дело ясное, Гельдерн, остальные же здесь не имели отдельного голоса и отдельных имён. В общем, если, цитируя Честера, «Господь завещал поделиться», то уж Гельдерн таким завещаниям следовать не подписывался. Всё, что снял и что снимет с двоих пассажиров, заберёт лишь себе, а другие пилоты при нём и не пикнут.

Ясно, что Каю Гельдерн не сильно понравился. Можно сказать, антипатия с первого взгляда. Это, кстати, сигнал. Когда нету доверия сразу... Но что толку, когда не из кого выбирать. «Мутный», «скользкий» — такими эпитетами Кай награждал (но не вслух) этого типа. Что хорошо — не «вертлявый» (как Эрнандес или Дантеро). Для последнего Гельдерну не хватило бы ловкости.

Ну и то хорошо, что уж больно он любит деньги. А не то бы он Кая и Честера сдал потихоньку — просто спокойствия ради. Потому лишь не сдаст, что задорого договорился. Не оставлять же себе один только жалкий задаток.

И его подозрение, кажется, было взаимным.

На корабле, вдалеке от других посетителей бара, Гельдерн оговорил кое-какие условия в дополнение к заключённой сделке.

— Кто вы такие, меня, так и быть, не касается. Если вас, парни, за что-нибудь ищут ищейки Альянса, или, тем более, космопираты — что ж, дело ваше, и ваше же личное горе. Но! Если ищейки, или, к примеру, пираты, отчего-то возьмут и наедут на мой звездолёт, ну так, значит, имейте в виду: прятать я вас не буду. Скажут сдать — я и сдам. Я надеюсь, что без обид.

Кай напрягся: неужели он всё-таки договорился? Но ответил спокойно:

— Хорошо, без обид. Нам и не на что претендовать в этом крайнем случае. Но оплата за наш безопасный проезд состоится только в конечном пункте.

— Ну, логично, — признал пилот. Хоть ничто на его лице не говорило о нём, как о ревнителе логики.