Кай и не сразу проснулся. Почему-то подумал, что зовут не его.

— Майк, в лесу!

Ах, в лесу? Ну, это другое дело!

— Майк, глаза! Там, в лесу, глаза!

Эх, проспать до рассвета было не суждено.

Кай увидел глаза — не особенно далеко и довольно много. Они тускло фосфоресцировали в темноте меж сосновых веток, отражая, вполне вероятно, пламя костра.

— Что за твари такие? — тихо спросил у Честера.

— Я видал лишь глаза. Но они здесь довольно давно.

— Что ж тогда не будил?

— Не пытались ещё напасть.

— А сейчас?

— Костёр догорает. Нам бы надо за ветками, но ветки в лесу. Опасаюсь, как бы не бросились. Только того и ждут.

И действительно, не рассчитали с топливом. Думали, веток набрали достаточно, чтоб растянуть до рассвета, даже с изрядным запасом, а они прогорели как раз к середине ночи.

Что ж, придётся запас восполнять в неудобный момент. Не взирая на эти глаза напротив. Сколько их собралось? Где-то с дюжину пар.

Кай подался вперёд, дунул в угли костра, поджигая последнюю крупную ветку. Стало светлей. Лес, исполненный глаз, огласился воем. Хоровым, согласованным. Исторгали его глотки всего собрания.

Твари, вроде бы, мельче волков, но как воют, как воют!

Громкость воя пошла на убыль, и глаза в темноте словно бы по команде пришли в движение. Не приближались решительно, бегали взад-вперёд. Вероятно, хотели создать впечатление более крупной стаи.

Хоть куда уж крупнее!

Кай сказал:

— Кто-то будет обламывать ветки, кто-то — обстреливать самых наглых.

— Я ломаю, — выбрал брат Честер. — Сердце сильно сдавило, не уверен, что попаду.

— Ну, шагнули вперёд? — И вдвоём перепрыгнули через костёр.

В круге света немедля возникла и волчья морда. Кай был настороже, сразу пальнул из бластера. После очередью подрезал ещё двоих. Ближний лес огласил скулёж, знать, кого-то не наповал.

Честер возликовал:

— По-моему, отступают! Вот теперь надо быстро, пока не очухались...

— Ветки ломать? — уточнил предложение Кай. — Нет, по-моему, лишнее. Лучше просто подтянем поближе вот эти стволы.

Вместе с волками упало и несколько сосенок.

4

А ведь волки те были размерами с крупную крысу!

Каю они с первого взгляда в глаза показались какими-то маломерками, но чтоб настолько, так, право, не ожидал. А рассказать — непременно подумают: очень смешное сражение. Мелкий размер — частый повод для смеха, И (по инерции) — мелкий размер врага. Но на деле размер часто не совпадает с масштабом угрозы. Взять хоть пиранью — рыбку с имперского флага Сант-Амазон Эскабар. Ну так вот, на неё эти волки чем-то сильно похожи. Тоже мелкие, особи в агрессивнейших стаях.

Да и как продираться по здешним чащобам, если быть покрупней: всенепременно хоть где-нибудь, да застрянешь.

Тему волков Кай обдумывал, вместо того, чтобы спать. Волки теперь до рассвета не появлялись, да вот сон как пропал, так тоже не возвращался. Будто Честер его заразил тревожной бессонницей.

Когда стало светать, убитые волки предстали во всей своей нищете. Четверо жалких волкообразных крыс. Правда, с такими клыками, что будьте вы нам здоровы! Но, вместе с тем, уязвимое тельце — не только для бластера. Трудно бывает оценить реальный масштаб угрозы, если последняя счастливо предотвращена.

— Может, дальше уже пойдём? — предложил Кай Честеру.

— Пара сосен ещё осталась, — ответил тот. Будто кому-нибудь дал обещание израсходовать все заготовленные дрова.

Да, с полночи таскали, ломали, складывали, но ведь с целью какой: безопасно дождаться утра.

Кай пошутил:

— Что мешает сюда вернуться будущей ночью и сжечь остальное?

Честеру, впрочем, было опять не до шуток. Что-то его изводило: то ли в сердце, то ли внутри головы. Он сказал:

— Что угодно отдал бы, чтобы не возвращаться.

— Значит, отдай, — посоветовал Кай, — эти две сосны.

5

Вышли. Прошлись вдоль остатка скалы без особенных приключений. А скала-то была, прямо скажем, отнюдь не мала. Тот ещё монолит с изрезанными краями. Было в ней что-то такое — изначальное, что ли. То, что в этом мирке, изнурённом терраформированием далеко отстояло от проектов и имени Ардарика (как и от номера, присвоенного Альянсом, и запустения, наведённого им).

Робость тропы, обходившей скалу по периметру, в некий момент сменилась отчаянной смелостью; отвернувшись от каменного защитника, протоптавший её побежал уже через лес. Напрямую, чтоб только скорей добежать до скалы на другой стороне. А ведь мог бы решиться гораздо-гораздо ранее. В общем, бедняга в какой-то момент осознал, что хождение строго под стеночкой одинокой, пусть и очень большой скалы, приведёт его ровно туда, где впервые он к ней подошёл.

То же самое осознали теперь Кай и Честер. Что же, волков бояться — в лес не ходить. Ничего не меняло и то, что карличий-волчий вой ныне звучал постоянно из далёких чащоб и по правую руку, и по левую тоже. Было ясно, что волки не спят. Представлялось, что замышляют реванш за полночное поражение у костра. Собирают большую-большую мелковолчатую ватагу.

Честер отметил:

— Если выскочат на тропу впереди и сзади, отбиваться придётся спина к спине. — Он дышал тяжело, учащённо. То ли сбивал дыхание слишком скорый шаг, то ли снова рука нащупала сердце.

Шли как можно быстрее, попеременно оглядывались, но всё-таки шли. Бластеры наизготовку — не прозевать бы атаки.

Долго так шли — километров за тридцать пронесли этот страх по прямому, идеально прямому участку тропы. После тропа упёрлась-таки в скалу — в замыкавшую лес, по словам хранителя Марка — и запетляла опять.

— Ну, наконец-то! — Кай и Честер достигли скалы с облегчением.

Можно даже сказать, слишком рано расслабились, хоть естественно было отреагировать именно так на прошедший период избыточных напряжений под влиянием и завываний со всех сторон, и осознания: приближается новый вечер.

Честер признался:

— Я уж думал, все сутки придётся вот так идти, без надежды прижаться спиной хоть к чему-нибудь твёрдому.

Кай согласился:

— Ну да. Скоро будет опять темнеть...

В этот самый момент им и встретился человек в форме солдата Альянса — совершенно неловко, посреди разговора, за внезапным поворотом тропы в новую складку скалы.

6

Вылетев прямо на солдата Альянса, Кай и Честер в первый момент опешили. (Понимали, конечно, что может их ждать засада. Но какая — из карликовых волков!).

Уж о чём они не успели договориться, это как реагировать на человека с явными знаками принадлежности к вражеской организации: сразу стрелять, или вступить в диалог.

«Сразу стрелять», разумеется, не получилось, потому как смешались и сразу уже не выстрелили — несмотря, между прочим, на готовые к делу бластеры.

Полный комплект неудачного поворота: два человека в комбинезонах ушедшей империи (традиционно подозрительной для Альянса), вооружённые, но застигнутые врасплох и пребывающие в замешательстве, встретились представителю социального типа, нетерпимого к таким идиотам.

Но солдат вдруг промолвил:

— Ничего себе. Майк?

И не выдал ничем намерения бить тревогу.

7

Имя «Майк» в отношении к Каю однозначно указывало на Эр-Мангали. Больше нигде никогда этим именем Кая не называли — разве что по инерции, как поступает брат Честер.

И поведение у солдата Альянса было совсем нетипичным — там, как известно, не жалуют неформальности.

Оставалось понять, что солдат этот — ряженый, вроде Кая и Честера, облачившихся в комбинезоны имперских пилотов потому лишь, что подошла им такая одежда.

Но и это не всё. Повстречавшийся им солдат...

— Не узнаёшь? — обратился тот снова к Каю.