Что досадней всего, Кай теперь и припомнить не мог, ну какими из переключателей он мог произвести такое. Нет глупей, чем во тьме себя уверять, будто эффекта нет.

4

Приглядевшись к дыре в полу, Кай пришёл к убеждению, что взору его открылась бездонная пропасть. Правда, узрел-то немного. Помешала опять же кромешная темнота, что по контрасту с освещением холла воспринималась теперь как почти непрозрачная клякса. Но при этом в той пропасти будто что-нибудь шевелилось. Шевеления не было видно, но характерные звуки и дуновения крайне несвежего ветерка пробуждали и зрительную фантазию.

Кай привычным уже воздействием артефактов на переключатель выключил свет в предбаннике и во тьме подошёл к неровному краю пропасти (благо, имея способности к левитации, ты от страха падения понемногу можешь избавиться). После того, как пришла адаптация глаза, убедился и зрительно: да, шевелится.

А ещё в глубине фосфоресцировали некие толстые нити. Паутина? Похоже на то. Но каких же размеров должны тогда быть пауки!

Нет, ну не то, чтобы этот размер был неожиданным. Ксенофауна Эр-Мангали изобилует великанами, чьи земные аналоги выглядят много скромнее.

А с другой стороны — надо думать, и пауки здесь особые, храмовые. Их подвергли искусственному отбору, чтобы придать им ту функцию, что и расстреляным Каем ляянам. Охраняют. И они охраняют Храм.

Ну а с третьей-то стороны, это твари лабораторные. Гаррис не зря говорил, что храм есть Лаборатория, он же при этом имел в виду крайне важный смысловой узелок. Лаборатории и у Сида, и даже у Ро, многофункциональны. Может статься, что те пауки, что таятся под полом, результат ксенобиотехнологических изысканий. И тогда они могут быть наделены необычными свойствами, столь же мало тобой ожидаемыми, как, к примеру, регенерация у рюкзака.

В общем итоге, имея хоть маленький шанс к паукам не спускаться, лучше, наверное, к ним не спускаться.

Кай отвернулся от неровной дыры в полу и, всё внимание переключил на стенное отверстие.

5

Коридор. Не туннель, по которому шастали бы ляяны, а коридор. В нём пропорции лучше подходят для антропоморфных существ. Вероятно, сидяне-строители Храма их прибытие предполагали, или в более поздние времена перестроили здесь ходы, исходя из потребностей новых адептов. Кай бы сказал, что коридор не выглядит старым. В нём попозже, чем в паре ляянских туннелей, производился ремонт.

Освещался он, кстати, тускловатыми цилиндрическими светильниками злобного красного цвета, прикреплёнными на потолке. Да, нагнетание негативных эмоций, но хотя бы не режущий глаз свет от сидских панелей.

Кай представил, как восхищённо по этому коридору идут новозеонские асмодеиты под руководством полоумного Невина...

Стоп! Одного не учёл: коридор начинается метрах в пяти над полом предбанника. Если новозеонцы не освоили левитации (а ничто не указывало, что такое случилось), то попасть в коридор они попросту не могли — разве только построив из тел своих пирамиду, чтобы верхний запрыгнул.

Ну и ладно. Пожалуй, и к лучшему, что фанатики здесь не ходили. Встретиться с ними не сильно приятнее, чем с пауками-гигантами.

И однако же, Кай вошёл в коридор, ожидая подвоха.

Хоть казалось бы, путь был и прям, и пуст, и конечен: там, в конце коридора Кай видел более яркий свет от какого-то нового зала. Никаких боковых проходов, разве что тайные, скрытые от очей. Так ведь Кай уже знает, что Храм без подвоха не может.

Хорошо бы ему научиться предугадывать эти подвохи. Досконально развить наблюдательность — с нею у Кая покуда не всё хорошо — и половчее соединить с талантом интерпретатора.

Как-то этак недавно он заходил и в туннель, куда вёл кровавый след от ляяна. Вот бы и здесь тоже держать перед глазами хоть какой-нибудь демаскирующий признак. Некий «след от ляяна», который в какой-то момент прервётся, и тогда он поймёт, что в стене где-то рядом тайник...

Никаких обнаруженных тайников. Никаких пауков и ляянов, возникающих на пути. Кай спокойно прошёл коридор, чтоб оказаться в широком зале.

6

Этот зал, к облегчению Кая, тоже был пуст.

Что ж, пустота — это признак удобный. В залах таких легко принимать решения. То ли дело — те залы, туннели и коридоры, где тебя поджидают защитники Асмодея. Там придётся участвовать в драке, что, разумеется, не предрасполагает к задумчивости.

А задумываться хоть когда-нибудь стоит.

Зал был намного крупнее холла — наверное, на порядок. Но на стенах и потолке было меньше сияющих сидских панелей. Как итог, освещение не слепило глаза, не казалось ни тусклым, ни слишком ярким.

В зале имелся единственный вход и один только выход: в противоположной стене тоже зияло отверстие коридора. Всё здесь выглядело подчёркнуто симметрично. Даже почудилось, что если по залу пойти, из коридора напротив тоже выйдет близнец по имени Кай. Он столкнётся с тобою у неширокой канавки, делящей зал пополам.

Скучное, в общем-то, однообразие. Но, с другой стороны, Кай сказал бы, пожалуй, что из всех помещений храма этот зал смотрелся как самый спокойный и мирный. Что, конечно, не только не исключало подвоха, а недвусмысленно предупреждало: будет подвох.

Что-то случится. Как оно там, в предсказании?

«В Тёмном Храме Науки встретит герой глубокий провал, а в провале подземную реку, через реку — незримый мост.

Лишь взойдёт он на мост — моментально сбегутся скелеты...».

Очень похоже, что сказано было об этом зале. Та канавка — глубокий провал. Хорошо, что зато не широкий. Перепрыгнуть реально и без левитации. Ну а его глубину — подойдём, оценим.

Надо лишь не зевать и не пропустить тот миг, когда из коридора напротив хлынут скелеты.

7

Вот казалось бы, мелочь — канавка. Переступил да пошёл. Но не всё так случайно и просто, ведь она — это символ, несущий важнейшие смыслы и в терранском, и в ксенокультурном контекстах.

Эту черту, уводящую в глубину, здесь провели не случайно. Провели как границу между двумя мирами. Тот, кто границу пересечёт, сделает что? Трансцендирует в царство мёртвых. Как и герой древнеземлянских сказок, который вращал избушку.

Потому и скелеты. Да, потому и скелеты. Образы смерти, что явятся за чертой. Хех, любопытно, в каком они смысле явятся. И из какого мира: неужели из внутриличностного — как твои же фантазии, облечённые в маски загробного мира, или подлец Асмодей пришлёт кого-то извне? Если второе, то вряд ли придут в полном смысле скелеты (наборы костей) — ведь такие в физическом мире нежизнеспособны. А придут, например, зомбяки с их известной уже симптоматикой — давний повод для карантина на Эр-Мангали.

Оценив символический смысл прохождения зала, Кай не стал прибегать к левитации, а пошёл пешком. Как-никак, его путь через пропасть, — это инициация, то есть ответственный, ритуальный по сути момент. Исполнение же ритуала требует точности, так как каждая из операций — отсылка к чему-то большему. Это значит, ему через пропасть надо пройти ногами, а не хитростью перелететь.

(Нет, бывает, конечно, и перелёт переходом — но не в этом конкретном случае. Вот перелёт на другой континент — это было да...).

Кай усилием воли прогнал укодящие прочь от ситуации мысли, чтобы осознанно прошагать до самой до пропасти. Заглянул, убедился, что впрямь глубоко. Кстати, там, в глубине, он опять же узрел нити и шевеление. Что, и здесь пауки? А казалось, должна быть река...

Кай собрался уже перепрыгнуть через канаву, но внезапно заметил, что она расширяется. Как, серьёзно? Ну да. Пропасть сделалась шире с того мига, как он подошёл. Если прыгнул бы сразу, переход получился бы очень простым, даже слишком; это был бы скорее шаг, чем полноценный прыжок. Но теперь Кай подумал, что он может и не допрыгнуть, на спине его слишком тяжёлый рюкзак, он утянет вниз.