Так вот, чем лучшей формы достигнешь к моменту старта, тем сильнее отсрочишь печальный финиш. А там, глядишь, и пережил бедствие, с которым другие не справились просто за недостатком запаса калорий.

Кто не готов, тот погибнет на ранних этапах голода. Готов ли Финьес? Эх, заранее-то не скажешь…

2

- Скоро мне тебя, толстяк, придётся уволить, - сказал Джек Ли. – Заживёшь впроголодь, хе-хе.

От этого придурка только подколок и жди. Смекнул, что Финьес боится голодной смерти, вот и расстарался. Правда, затянулись подколки. С неделю уже всё одни и те же несмешные угрозы.

- Я стараюсь, - продолжал бубнить Финьес. – Посетители хвалят.

- Ты не понял, толстяк, - поморщился Ли. – Моё заведение закроют нафиг, если я не приобрету «Шкафы Оломэ», понял? А если приобрету, то тогда зачем же мне ты?

- Я готовлю вкусно, - тупо стоял на своём Финьес. – А эти шкафы…

- Знаю, дерьмо. Но это дерьмо уплетут не хуже твоей стряпни. Те, кто у нас жрут, сами дерьмо. Не смогут различить, откудова пахнет.

Ну, здесь хозяин, как никогда, прав. Будь Финьес хоть чуть посмелее, он давно уже кормил бы посетителей забегаловки «У Джека» исключительно дерьмом. И практически всех. Ибо заслужили! Но силы духа на такой демарш у повара всё не хватало. И вот она, благодарность!

Только нет, с беспокойной надеждой прикинул Финьес, всё-таки не закроют. Шкафы с самовоспроизводящимся мясом – чисто страшилка для повара. Его пугают, потому что он слаб. Но не все же слабые! Есть другие заинтересованные лица, они не допустят. Это что же получится, всех охотников Эр-Мангали, всех рыбаков, да вообще любого, кто добывает пищу, можно заменить этаким шкафом? Да смешно!

Только смех получался у Финьеса жиденький и жалкий. Закроют – не закроют, не ему ведь решать! У него последнего спросят.

Повару на Эр-Мангали нужен покровитель. Настоящая шишка из любителей вкусно покушать. Если бы Финьес к такому прибился, мог бы плевать на новые технологии для бедных. Горе в том, что за четыре месяца торчания в грязной забегаловке «У Джека» никого из верхушки колонии Финьесу обслужить так и не привелось. Они здесь просто не ходят, и правильно делают. Здесь душно, здесь дурно пахнет. Да и повар, под стать заведению, выглядит неряшливо. Ну а попробуй не запачкайся, в этаком-то дрянном месте, где на уборщиках экономят?

Кто за тебя заступится, когда Джек приобретёт шкаф? Кто-то из местных начальников? Вот это смешно по-настоящему. Гонсалес? Он теперь ну совсем не начальство. Бывшие стажёры Флорес и Родригес? Эти в начальники считай, что выбились, но они далеко – в охотничьих лагерях, на заготовке дичи. И в поваре не нуждаются.

3

Джек Ли с Финьесом попрощался буднично. Только и процедил:

- Проваливай!

И не сказать, чтобы не предупредил. Целых две недели издевался, и лишь на пятнадцатый день с утреца получил заказанный шкаф Оломэ – сгрузили ему с вездехода. Правда, сгрузили по частям, но уже к обеду Джек его и собрал. Велел Финьесу высыпать в раструб все мясные обрезки, какие со вчерашнего дня держал в холодильнике, и на этом всё. Дальше полная механизация всех процессов. Рог изобилия, как говорится, сам позаботится. И вырастит еду, и порежет, и сготовит, и разделит на порции, и оформит каждое блюдо. Вот посетителям разве на стол не подаст, но функцию официанта, которую с начала и до сих пор тоже выполнял Финьес, прижимистый Джек Ли теперь возьмёт на себя.

Вынуть из шкафа и швырнуть уродам на стол – редкий дурак бы не справился, а Джек – он как раз нередкий. И избирательно жадный. С удовольствием расстаётся с лучшим своим поваром – это, конечно, дурак. Но при том и не дурак местами: способен оградить от аппетита Финьеса пищу в новомодном мясном автомате.

- Может, стоит ещё проверить, что там получится? – спросил уже на пороге, вслушиваясь в гудение шкафа, которое весьма слабо ассоциировалось с приготовлением пищи.

- Я же сказал: проваливай! – повторил Джек. Ну, хоть до повторения снизошёл. В первый и единственный раз, между прочим. Так-то он любил повторять одни плоские шутки, а распоряжения требовал исполнять с первого произнесения. Чтобы не терять харизмы, наверное.

Финьес вышел из дома под вывеской. Куда теперь? Неужели на шахту? В колонии общая трудовая повинность, так что, на первый-то взгляд, без работы не останешься. Но если шкафы Оломэ проникают повсюду, то трудовая звезда Финьеса уже закатилась. Устроиться на работу он сможет – рудокопом, ага, но чего не сможет, так это на еду себе заработать. На руднике людям не платят только за то, что они шахтёры. Там есть свои нормы выработки, которые и умельцам даются вполне тяжело.

Может быть, попроситься к Флоресу? Да, охотник должен стрелять дичь, а поварами в их убогие лагеря никого не брали, но Флорес – он же любит доказывать свою крутизну, и что глупые законы планеты ему не писаны. Может…

А вот и сам Флорес, лёгок на помине. Финьес встретил его в конце улицы, ведущей от забегаловки «У Джека» к центру посёлка. Пока собирался с духом к нему попроситься, рассмотрел физиономию начальника над охотниками. А была она чернее тучи. Ннеужели?..

Третий охотничий сезон Флорес торчал на посту координатора, куда сам же себя назначил. С его наглостью почему-то смирились. Видно, начальникам, что по-новой делили посты после смерти Добсона, оказался полезен на этом месте ничей человек. Чтобы никому не обидно: ни Каффу, ни Флетчеру, ни Клинтвуду – главных заговорщиков было трое.

Но везение ниогда не вечно. А не везёт сейчас сразу многим. Если пищу будут теперь готовить мясные шкафы Оломэ, то большого притока дичи больше не требуется. Логично. Если не требуется, то прорве охотников в разбросанных по лесам лагерях станет нечего делать. Если нечего делать, то нафиг они нужны: лагеря почти все распустят. Если их распустят, то что теперь координировать Флоресу. Ясно, что парень в бешенстве!

Осторожный Финьес, как мог, постарался незаметно пройти-протиснуться мимо яростного знакомца. Да где уж там: «незаметный Финьес» - это из области фантастики про человека-невидимку.

- Толстяк, - подойди сюда! – услышал он резкое в спину. Ну вот.

Финьес засеменил обратно, на ходу рассеянно кланяясь. Даже если Флореса с начальственного места турнули, но почти трм года он на посту пробыл, а начальники поклоны любят.

- Не кланяйся, - сплюнул Флорес. – Я теперь такой же червяк, как ты. Пока что-нибудь не придумаю.

- Да, я понял. Чёртовы шкафы. Никому от них нет покоя. Пища для зомби. Ничего в ней живого.

Финьес уже года два внимательно следил за своей речью. Рассуждения про зомби напрягали многих людей в посёлке, а ему, как начнёт, было трудно остановиться. Но сейчас только раз сказал «зомби»; один раз не считается, Флорес ничего не заметит. Вот когда второй раз сказать – насторожится, подумает: может повар несёт бред?

- Видел кого из наших?

- Пока нет. А что, все в центральный лагерь должны приехать?

- Да вроде как бы. Эта с-сука Кафф хочет теперь нас – в рудокопы! – Флорес вызверился, не смущаясь близким присутствием охранника. Тот стоял в десяти шагах, спиной к ним, и как только пронеслось грубое слово о начальнике лагеря, спина явственно напряглась.

Но охранник себя сдержал. Решил с Флоресом лучше не связываться. Эх, где бы Финьесу взять точно такой харизмы…

- Ладно, - вдруг утратил смельчак интерес к предмету своей ругани, - если встретишь Родригеса или Гонсалеса, передай: я остановился в пятом бараке. Пусть зайдут потолковать, дело есть. И поскорей, оно срочное.

- Передам, - кивнул Финьес.

Только где он их встретит? Раньше Гонсалес, бывало, наведывался в забегаловку Джека. Чисто его проведать. Но ведь он, как отпетый повар-ретроград, оттуда уже изгнан! Ему сейчас, кроме шуток, и деться некуда…

- А можно и мне прийти? – повинуясь внезапному движению души, задал Финьес удививший его самого вопрос.