На пороге их встречал невысокий человек с короткими, седыми, вьющимися волосами — ведущий ученый-исследователь Акамир.

— Ваша светлость, только что удалось расшифровать код разума животного и проникнуть в его память. Очень любопытная информация у нас появилась! — поклонившись начал он, по рассеянности забыв поприветствовать высокопоставленную персону.

— Хорошо, Акамир, показывай, — ни мужчина, ни женщина не обратили внимания на эту мелочь.

Пройдя по широкому коридору, они свернули в боковой проход и остановились у лифта. Взлетев на сотый этаж, вышли, и по длинному ярко освещённому коридору устремились в конец, туда, где находился карантинный бокс для исследования неразумных инопланетных существ.

Внутри бокса им предстала картина: огромный прозрачный куб, к которому присоединены различные датчики и аппаратура. Внутри куба стоит лошадь и поедает траву.

— Ну и что же в ней особенного? — после недолгой паузы спросил мужчина, глядя на жующего коня.

— Господин. Взгляните на монитор, — сказал Акамир и включил запись, — мы видим сейчас все глазами животного.

На мониторе появился шаттл, и из него вышли люди в скафандрах — их собственная экспедиция. Но ученый продолжал листать назад: тишина, голубое небо, но вот вдруг погода резко сменяется и на земле воет страшный ураган и сыплются молнии. Они все бьют в одну точку — туда, где нашли объект. А рядом… рядом с этой точкой сидит Кроом, он явно находится в состоянии Омирона. Он ни на что не реагирует и не пытается укрыться от ударов… Так продолжается некоторое время, и вдруг молнии стихают, ветер слабеет и на мониторе все видят девушку, которая спускается в ту пещеру. Но вот еще мгновение и Кроом… он держит ее на руках, качает и прижимает к себе. От этого зрелища и мужчина, и женщина пришли в замешательство. Их сын ведет себя так, как будто эта девушка для него значит очень многое, но почему же тогда он отправил ее на смерть?! Но вот на записи становится видно, как эти двое уже верхом на коне летят по небу… На этом запись обрывается.

— В чем дело? — строго спросил мужчина.

— Видите ли, дальше память стерта, — извиняющимся тоном произнес ученый.

— Как так? Кто-то смог стереть ему память? Но эти аборигены не на столько развиты! Хотя… Конь летает. А это точно конь, а не аппарат как у нас?

— Точно, — ученый кивнул в сторону жевавшей лошади, которая в этот момент задрала хвост и навалила приличную кучу.

— Дорогой, — тихо шепнула женщина, наклоняясь к уху мужчины, — думаю нам стоит дождаться, когда проснется наш мальчик. Я думаю, он сможет пролить свет на этот нюанс, тем более, я точно знаю, насколько Кроом хорошо умеет владеть умами не только разумных, но и неразумных существ.

— Согласен, — ответил мужчина. И они оба покинули центр.

Прошло несколько дней.

Кроом открыл глаза: прямо над ним слабо мерцали лампы и стрекотал регистратор. Он обвел глазами капсулу в которой лежал, и снова закрыл глаза. Потом опять открыл. На ресницах парня появилась предательская слезинка: бывший князь понял, что он наконец-то дома, после стольких лет скитаний. Глубоко вздохнув, он мысленно приказал капсуле открыться. Прозрачный колпак распахнулся как распускающийся цветок, а стены опустились вниз. Парень выпрямился и сел на край капсулы, свесив ноги. В этот момент в комнату вошла немолодая, лет пятидесяти на вид, темноволосая женщина. Увидев, что ее пациент очнулся, она охнула и быстро нажала кнопку рядом с капсулой.

И уже через минуту появился профессор Акамир.

Они оба почтительно поклонились:

— Ваша светлость! Хвала Великой силе! Вы теперь с нами! Как ваше самочувствие? — учтиво спросил профессор, сияя от радости.

— Спасибо, друг, прости не знаю имени твоего.

— Акамир, меня зовут Акамир! Ваши родители уже знают, что вы здесь и с вами все в порядке. Сейчас мы сообщим им, что вы очнулись, - ответил улыбающийся ученый.

— Хорошо. Мне бы помыться и одежду, — глядя на себя, сказал Кроом. На нем была лишь простыня из специального материала с волокнами, которые регулировали и отслеживали температуру тела, пульс и сердцебиение.

— Конечно, ваша светлость! Моя помощница проводит вас в душ. Ваша одежда будет ожидать вас в соседней комнате, — и он снова учтиво поклонился господину.

Через пять минут молодой человек уже стоял под освежающими каплями водно — ионного душа и наслаждался. Радость от предвкушения встречи с родителями, братьями, сестрами, друзьями окрыляли парня.

Одевшись, Кроом снова отправился на заключительные процедуры, чтобы доктора могли удостовериться, что с ним все в порядке и наконец отпустили домой.

Время близилось уже к вечеру, когда Кроом в великолепном приталенном двубортном сюртуке с платиновым кантом и платиновыми пуговицами выходил из челнока.

На отворотах рукавов его одежды мерцали тисненые руны. На лацкане сияла эмблема его мира: белый парящий ворон. Под сюртуком виднелась белая рубашка из материала очень похожего на шелк, только гораздо выше качеством. Его волосы были уложены ровными прядями. Гордая осанка и пронзительный взгляд довершали сногсшибательный вид.

Дверь челнока отворилась, и он плавно ступил на брусчатку. Выйдя из машины, парень огляделся: вот он — его дом! Такой родной и почти забытый, по-прежнему возвышался исполином перед ним. Все тот же сад, газон и фонтан перед домом.

Кроом не спеша поднялся по лестнице, и два швейцара у входа распахнули перед ним огромные золотые двери. Он шагнул внутрь.

Там, в зале, его ждали все те, кого он любил и по кому скучал столько времени.

Ускорив шаги, парень приблизился к ним, и оба родителя, протянув руки, крепко обняли его. Кроом склонил голову и стоял неподвижно не в силах сказать ни слова. Его мать беззвучно плакала и улыбалась, гладя своего мальчика по голове, а отец, хоть уже и был сильно не молод, обхватил сына крепкими отцовскими руками и прижал к себе изо всех сил.

Тут же с двух сторон подошли его родные братья Зроом и Пхивост. Они хлопали его по плечам и жали руку. Затем стали подходить другие родственники: его двоюродные сестры, дяди, тети. А за ними его друзья. Каждый старался обнять счастливого парня.

Наконец, после бурного приветствия, все сели за стол, уставленный яствами. Поздравления продолжали сыпаться как из рога изобилия.

Через некоторое время, когда страсти от долгожданной встречи утихли, бурное застолье перешло в тихий разговор.

Зроом и Пхивост обсуждали недавнюю битву в людьми Прааффи, сестры Кроома — грядущее торжественное событие по случаю годовщины победы над Прааффью в шестнадцатом секторе галактики и установления там полноправного владения Нааффи.

Играла тихая музыка, настолько нежная и почти неуловимая, что, казалось, и музыки нет, а есть лишь настроение, которое она создавала.

Народ из-за стола переместился в другой зал с креслами и мягкими диванами, где разбившись на группки, продолжили общаться. Кроома окружили сестры и наперебой расспрашивали про бой с Перуном. Однако тот ничего толком не помнил.

Особенность восстановительного аппарата, в котором он находился несколько дней, состояла в том, что память к человеку возвращается не сразу, а постепенно. Сейчас Кроом помнил, как его корабль был обнаружен вражеской эскадрильей, и как они напали на него. Всю ту часть, вплоть до удара Перуна он помнил и с удовольствием рассказывал, однако что было дальше — вспомнить не мог, хотя точно знал, что где-то пропадал очень — очень долго. Но вот где? Впрочем, девушки знали об этом нюансе, и не настаивали, а лишь пытались помочь хоть немного ускорить этот процесс.

— Кроом, — вдруг он услышал нежный тихий голос откуда-то сзади. Он обернулся, и широкая улыбка появилась на его лице: Даара — девушка, с которой он был до того злополучного похода. Они, правда, не очень хорошо расстались: он нагрубил ей, был резок, но сейчас Кроом ужасно рад был видеть ее, такую прекрасную и нежную.