Буквально через пару метров в узком коридорчике она наткнулась на тело пацана лет двенадцати. Подхватив его под подмышки, она быстро выволокла на палубу. Кузя уже был рядом. Рывком закинув его в седло, она сверилась с координатором — мальчик не был ее объектом!

«Не он!» — с досадой подумала Юника. Задав координаты Кузе, сама спустилась обратно. Пройдя дальше, девчонка оказалась в глубине каюты. Огонь был почти повсюду. Никого видно не было. Тут она сообразила заглянуть вниз, под стол: там, съежившись, лежал еще один мальчик, лет пятнадцати. Выволочив его из-под стола, она решила сразу заглянуть под кровать и в шкаф, потому что в третий раз через огонь пробиться будет невозможно. В шкафу Защитница обнаружила третьего ребёнка примерно того же возраста. Подхватив обоих, она стала быстро пробираться к выходу. Кузя уже ждал. Закинув их в седло, девушка сверилась с браслетом: все верно. Один из них был ее объект. Взрослых не было. Значит юные разгильдяи либо угнали яхту, либо взяли без спроса. Запрыгнув на круп коня, она обхватила руками тощие мальчишеские торсы и двинулась к заданным координатам. Яхта позади неё превратилась в большой факел.

Добравшись до берега, всадница аккуратно сняла мальчишек и уложила на песке. Все трое дышали, но были без сознания. Оттащив их подальше от воды, она огляделась: никого вокруг не было. Состояние детей было нестабильным. Помощь бы не помешала и побыстрей.

Юника села на лошадь и поднялась повыше, метров на пятьдесят, чтобы оглядеться. В нескольких сотнях метров она увидела маленькие домики. Спустившись вниз, девушка поехала прямо к ним.

Остров, на который привезла ребят Защитница, оказался туристическим. Маленькие домики — бунгало, в которых проживали отдыхающие, были натыканы тут и там. Подобравшись к крайней хижине, Юника решила не особо фантазировать, а просто попросила коня заржать. Тот громко и звонко огласил весь остров заливистым ржанием. Почти сразу из нескольких домов вышли люди. Теперь настала очередь Юники: снизив тембр голоса, она крикнула из темноты: «Помогите!»

Часть людей, в основном мужчины, двинулись в ее сторону, другая часть отправились к самому большому домику (видимо там была администрация).

Всадница применила свой обычный прием: неслышно отступая, она периодически звала на помощь, и пару раз велела Кузе заржать. Наконец она вывела людей к берегу, где лежали подростки.

Все! Главная часть окончена! Теперь нужно срочно найти тихое место! Девушка знала, что времени у нее очень мало, и что расправа грянет вот-вот. Нужно успеть куда-то спрятаться, уединиться и снова пережить ужас наказания за неповиновение. Она вспышкой взмыла в воздух и быстро исчезла в ночном небе. А еще через пару секунд в нее ударила молния.

Кузя среагировал мгновенно: ремни плотно обвились вокруг ног и удержали Юнику от падения с высоты. Девчонка тут же потеряла сознание и повалилась на шею коня. Как только ее голова уткнулась в гриву, ремни обхватили тело и крепко придавили к лошади.

Ее верный четвероногий друг, замерев на минуту, принял абсолютно логичное решение.

Весна и осень в этой стране не отличаются друг от друга: мерзко и слякотно.

Снова моросит дождь. Теперь уже весенний. Ночь. Кузя подплыл к знакомому окну. Прижавшись головой к стеклу окна, он почесался. Железо удил издало визгливый звук, от которого всегда бегут мурашки по телу. Вскоре внутри квартиры послышались тихие шаги. В окне появилось заспанное лицо Эндрю. Увидев лошадь, он вздрогнул и отстранился: на спине лошади полулежа висела Юника.

Мужчина быстро включил свет и распахнул окно. Седельные ремни исчезли, и девушка стала сползать на бок. Эндрю протянул руки, и подхватив ее, осторожно перенес на кровать. Он положил девчонку на бок, спиной к себе. Рану опытный врач заметил сразу, как только открыл окно.

С некоторых пор предусмотрительный доктор стал хранить у себя аптечку скорой помощи. Помимо ибупрИфена и пластырей, у него там находился некий запас различных, не совсем для домашнего использования лекарств: шприцы, системы, фонендоскоп, маленький набор хирургических инструментов, налобный фонарь, перчатки, перевязочные средства, хирургические нитки и иглы. Все это он собрал после второй встречи с Юникой именно в надежде на третью.

И вот, наконец, через пару месяцев она состоялась. В глубине души доктор ликовал, хотя понимал, что в данной ситуации это неуместно.

Эндрю пощупал пульс: «Слабый. Еле прощупывается», затем послушал сердце. Удары были слишком замедленны.

Надев фонарик на лоб, он принялся осматривать рану.

Рана была длиной сантиметров двадцать и тянулась от третьего шейного позвонка. Края раны были сильно обожжены. Воротник одежды в этом месте тоже был оплавлен. По центру раны зиял позвонок.

«Просто удивительно, как она выжила! С такими травмами не живут!» — так размышлял он, пока надевал перчатки и готовил антисептик.

Прикоснувшись к ране тампоном, врач обнаружил, что жидкость не соприкасается с кожей — она стекает как будто масло по горячей сковороде. Сделав еще несколько попыток и не получив результата, он поразмыслил минуту и снял перчатки. Аккуратно взяв пальцами края раны, соединил разорванные ткани. И снова произошло чудо: ткани под пальцами начали стягиваться: быстро-быстро, как будто невидимая швея сшивала их меж собой. Медленно перемещая пальцы рук, Эндрю соединил кожу по всей длине раны, и она затянулась. На все про все у него ушло не больше часа. Убрав руки, мужчина увидел, что шрам стал выглядеть так, как будто ему уже несколько недель. Он подернулся корочкой, которая уменьшалась на глазах. Снова померив пульс и послушав сердце, он пришел к выводу, что Юника стабилизировалась и сейчас просто спит. Шоковое состояние ушло.

Перевернув ее на спину, ретивый исследователь приступил к решительным действиям. Достав две цепи прочностью на двести килограммов каждая и две пары наручников, он застегнул это все на запястьях своей пленницы и другими концами пристегнул к ножкам кровати. Цепи и наручники хитрый доктор купил заблаговременно.

Затем он принес нож, ножницы, маленькую спиртовую горелку, несколько видов кислот, щелочь, еще кое-какие реактивы, и решительным движением сдернул с ноги Юники сапог. Но к удивлению Эндрю, как только сапог покинул ногу, так сразу исчез из его рук и… Оказался снова на ноге девушки.

«Да ладно! Не может быть!» — подумал он. Затем упрямец взял ножницы и стал кромсать голенище сапога прямо на ее ноге. Но отрезать кусок ему так и не удалось. Он тут же прирастал обратно.

— Черт-те что! — сквозь зубы процедил упрямый доктор и резким движением расстегнул молнию на куртке. Но молния вновь оказалась застегнутой.

— Ну и ладно, я и так смогу, — отчаянный экспериментатор зажег спиртовую горелку, и оттянув рукав куртки вбок, стал ее нагревать. С удивлением через пару минут он обнаружил, что рукав так и не нагрелся. Вообще.

— Хорошо, отсутствие результата — тоже результат, — задумчиво произнес он и подтянул пробирки с кислотами поближе.

Сколько ни бился Эндрю, но материал не поддавался ни на микрон. Более того, он заметил, что даже при погружении в кислоту, материал как бы и не соприкасается с ней. Как будто между тканью и средой есть невидимый барьер.

Юника тихо всхлипнула и поморщилась.

«О! Начинается!» — подумал мужчина и поторопился убрать весь свой экспериментаторский арсенал. Он не хотел, чтобы гостья знала, чем он тут занимался.

— Отпустите, — тихо прошептала девчонка, и в уголках ее глаз появились слезинки. Затем она глубоко вздохнула, и слезинки исчезли, а лицо стало непроницаемым, как будто на ней надета маска. Еще через пару минут девушка открыла глаза.

«Ого! Знакомый потолок! Значит вот как Кузя решил. Впрочем, он прав! Если бы он отвёз меня по заданным мной координатам, то я бы уже и не очухалась…» — неспеша размышляла она, разглядывая потолок.

Затем перевела взгляд на Эндрю.

Он сидел в кресле напротив, как в прошлый раз, и подперев кулаком подбородок, не мигая смотрел на нее.