— Идём, — сказал я. — Работаем... Ведь времени в обрез.

Тайлер стоял в гуще толпы своих, стискивая винтовку так, что побелели костяшки, а мушка смотрела куда-то в сторону балкона, но он не целился, а просто ждал.

Их командир, этот криворотый говнарь, которого Тайлер ненавидел с первой минуты их знакомства, сейчас стоял, выпятив грудь колесом, руки в боки, и нагло усмехался, он сыпал угрозами железных, как конфетами на детском празднике: «Завтра утром мы приедем и вы пожалеете, что родились». Тайлер стиснул зубы, в надежде на то что их не расстреляют прямо с балкона.

Блять. А ведь сколько сил и времени потратили на поиски этих так называемых «железных дровосеков» разведки, засад, опросов выживших, анализа маршрутов патрулей. Тайлер лично прочёсывал леса в паре миль от Саванны, пока не наткнулся на свежие следы от шин.

Те, кто был с Мёрлом, рассказывали им небылицы: мол, «железные» способны вырывать оружие из рук на расстоянии, стреляют молниями, облачены в какие-то футуристические скафандры, от которых отскакивают пули, и выглядят как пришельцы из дешёвых научно-фантастических фильмов. Тайлер тогда подумал, что это бред долбанных наркоманов, ведь Мёрл и его подельники уже разок попадались на приёме запрещённых препаратов, и с тех пор их показания принимали с большой долей скепсиса.

Но сейчас Тайлер видел их воочию.

И они действительно смахивали на инопланетян. Шлемы закрывали лица полностью, только узкие прорези для глаз, из которых струился бледно-синий свет. У одного на спине он заметил устройство, похожее на светящийся синим позвоночник, а торс, руки, ноги... всё было скрыто под бронёй, составленной из сегментов. Не цельные листы, а пластины, накладывающиеся друг на друга, как чешуя. Грудь и плечи прикрывали более массивные фрагменты, а суставы — гибкие сочленения из плотной, странно блестящей ткани. Броня не выглядела тяжёлой; казалось, она двигалась вместе с владельцем, как вторая кожа. Похоже, защита весьма эффективная, особенно против ходячих.

Но не это главное.

У некоторых железных в руках были странные пистолеты, а именно массивные, с широкими раструбами на конце, а из этих раструбов исходил бледно-синий луч, которого гулял по их толпе, переползая с груди на лоб, с лба на винтовку, и от этого движения по спине Тайлера бежали мурашки и он передёрнул плечами, отводя взгляд. Луч казался почти осязаемым... холодным, липким, обещающим смерть.

Их придурка-командира просто послали на хер, причём жёстко, без лишних слов и девку с мечом не выдали. Теперь командир шёл назад к машине, скрежеща зубами так, что казалось, сейчас привлечёт этим скрипом ходячих со всей округи.

— Вот же суки недоделанные, — цедил он, плюнув на землю. — Я им, блядь, по-хорошему предлагал, ну хотят по-плохому, значит получат.

— Шеф... — начал было один из бойцов, кто-то робкий, новенький.

— Пасть закрой и поехали! — рявкнул командир, даже не оборачиваясь.

Они расселись по машинам. Тайлер забрался на заднее сиденье, рядом с каким-то молчуном, который всю дорогу пялился в пол и поехали на базу. Время пролетело быстро, может, час, может, два, но на душе у Тайлера кошки скреблись и сразу гадили прямо в душу.

Сам он был молод, двадцать пять, может, двадцать шесть. До апокалипсиса работал на заправке... ночные смены, бензин, сигареты, редкие пьяные драки под камерами. Жизнь казалась скучной, пресной, серой. А Тайлер ненавидел своё существование. Особенно когда пьяные мудаки начинали хамить, требуя налить им «по знакомству», угрожая разбить витрину, избить его, вызвать начальника и он ничего не мог сделать, так как у него было несколько кредитов, а работу найти непросто, в принципе, как и у любого среднего американца. Тайлер держался за свою работу, при этом ненавидя её и тех, кто туда приходил. Злоба копилась постепенно... капля за каплей, день за днём.

А когда начался апокалипсис... это открыло новые перспективы.

Сначала он и двое его друзей выживали и причём довольно неплохо, ведь у них был тайник с оружием, запасы еды, пара машин. Но потом Мэтта покусали, и Тайлеру пришлось застрелить его самому, а Джошуа поймал пулю от мародёров, когда они пытались отбить аптеку. Тайлер остался один и тогда он случайно попал в Вудбери.

В Вудбери Тайлер зарекомендовал себя хорошим бойцом, стрелял метко, не паниковал, умел молчать, когда нужно. А потом Губернатор, но же Филипп Блейк помог ему устроиться в «особый отряд».

Для всех это был обычный отряд, который занимается поиском выживших и ресурсов на периферии, а на деле это отряд зачистки, их задача была простой: найти поселение, оценить ресурсы, и если те отказывались добровольно делиться, то уничтожить. Тайлеру это не нравилось... Но потом... открывались некоторые перспективы, да и он распробовал, что такое власть над чужими жизнями и видеть, как тебя умоляют... Смотреть в глаза людям, которые знают, что умрут через минуту, и не иметь ни капли сочувствия, весь мир изменился, и чтобы в нем выжить пришлось измениться самому.

Сейчас он отбросил лишние мысли в сторону.

Они приехали в Вудбери уже под вечер. Командир сразу ушёл докладывать Губернатору. Тайлер остался в казарме, чистил винтовку, слушал, как стучат колёса по брусчатке, как перекликаются часовые. Его не позвали, что искренне радовала.

Филипп Блейк — вышел на площадь только через час и собрал всех жителей. Стоял на крыльце ратуши, заложив руки за спину, и смотрел на толпу тяжёлым, прожигающим взглядом единственного глаза.

— Вы знаете, — начал он, — что последние недели мы искали тех, кто убил людей на подступах к Саванне... Тех, кто убил наших братьев, наших сыновей.

Толпа загудела.

— Сегодня мы нашли их, — продолжил Губернатор. — Это опасная группировка, они вооружены современным оружием, которого у нас нет. Они угрожают убить и захватить всё, что нам дорого.

Тайлер заметил, как женщины в первом ряду побледнели. Дети прижались к матерям.

— Они уже присылали человека, который требовал от нас повиновения, — голос Губернатора стал жёстче. — Они хотели забрать наших женщин и детей, в рабство, но я отказал им и теперь они ждут момент чтобы напасть на нас.

Тайлер стиснул приклад винтовки. Он знал, что это ложь, он был там и никто не требовал ни женщин, ни детей, но слова Губернатора падали в подготовленную почву, как семена в жирный чернозём.

Местные жители замерли, кто-то трясся в страхе, закрывая лица руками, а кто-то сжимал кулаки, и в глазах загоралась ярость. Каким бы человеком ни был Губернатор, он умел влиять на умы.

— Я знаю, где они находятся, — сказал он, обводя всех взглядом. — Мы должны уничтожить этих мразей первыми! Не ради мести, а ради наших семей, ради будущего!

— Уничтожить! — крикнул кто-то из толпы.

— Сжечь их!

— Повесить!

Толпа загудела. Мужчины, женщины, даже старики все были полны энтузиазма и все готовились вломить обидчику.

Губернатор поднял руку и толпа затихла.

— Завтра утром выезд, — сказал он. — Все, кто может держать оружие может стать добровольцем и мы покажем этим выскочкам, что Вудбери не сдаётся!

Толпа гудела ещё некоторое время, ну потом люди разошлись готовиться. Тайлер остался стоять, глядя на пустую площадь.

Он знал, что «железные» не угрожали им... Не требовали ни женщин, ни детей... Но правда сейчас была не нужна.

Ночь пролетела, но Тайлер не спал, так как какое-то непонятное чувство не давало уснуть, это был не страх, не тревога, а что-то другое, липкое, грызущее изнутри. Он ворочался на жёсткой койке, перебирал в голове вчерашний разговор с железными, их молчаливые фигуры на балконе, бледно-синий свет из прорезей шлемов... Паника... Она поднималась откуда-то из желудка, сжимала горло, не давала дышать, но Тайлер заставлял себя лежать с закрытыми глазами, считал до ста, дышал через раз и в какой-то момент он провалился в сон без сновидений, но продлился он не больше пары часов.