Больше суток давления по всему фронту, нет, этого мало, чтобы Франция выдохлась.

— Гертруда, — позвал он.

Та вывалилась, словно пьяная, из-под сарафана, но все же поднялась, выпрямилась. Лицо ее блестело.

— Зарядилась энергией? Отлично. Сейчас у тебя будет шанс проверить свои навыки. Корнелия, не прощаюсь, обсудим новые детали союза ближе к вечеру.

Галдящая и орущая толпа мчалась по дорогам и в воздухе, по реке, на катерах, автомобилях и платформах. Мчалась и хватала встречных, тащила к себе и зомбировала или сворачивала шеи. Машины врезались во вражескую технику и взрывались, врывались в городки и поселки, хватали всех подряд, и Сергей щедро разбрасывал все новые и новые артефакты. Местами возникало сопротивление и сразу же рядом появлялся Первый и обрушивался, подобно карающему ангелу возмездия, рассеивал и брал новых пленных, швырял их в битву.

Сергей повторил «живую волну» монголов, возможно, даже буквально, недаром потомки Чингисхана славились, как менталисты, и эта волна мчалась на Париж. Армейцы пытались остановить, и Сергей атаковал, разбивал их ряды и зомби врывались, хватали и кусали, грызли, взрывались и разносили, и трупы поднимались, вливаясь в общую армию.

Наглый, безумно дерзкий поход на Париж — лишь первый слой общего плана по отвлечению сил. Он мог активировать закладки, мог сломать щиты или воспользоваться тем, что ранее вписывал себя в портальные сети Франции, но этот козырь Сергей тоже приберег на потом. Здесь и сейчас задача стояла иначе — отвлечь на себя силы и ослабить давление на Руан и окрестности, а может дать и дать бой, разгромить основную армию, чтобы потом легче было брать Париж.

Группа охраны тоже мчалась рядом, помогала и прикрывала и при необходимости обрушивалась с ударами. Французы отреагировали не сразу, но уже состоялось несколько попыток нанести сильные удары, и каждый раз Сергей тут же швырял часть толпы на алтари и отбивал удары.

— Милорд, — голос Патрисии Салливан.

Французы сделали выводы из нескольких дней вторжения и затуманили свою страну для просмотра с чужих спутников. Сергей делал вид, что у них получилось и втайне качал информацию с их сетей, и рассчитывал, что эти лазейки продержатся еще минимум пару дней, когда он будет уже штурмовать пригороды Парижа.

— Вижу, — злорадно оскалился Сергей. — Купились.

Они промчались почти половину пути до Парижа, почти добрались до одной из петель Сены, и в общем-то можно было здесь и закрепиться. Только вначале следовало смести всю ту армию, что преграждала им путь. Несколько дивизий, закопавшихся по самые брови, техника и орудия, портальные площадки и ритуальные круги магов. Волшебники в небе и маботы, химеры и деревья, даже две стаи драконов, гигантская сила, возможно, придерживаемая в резерве как раз на такой случай.

Два источника, на которые опиралась армия и Сергей вскинул руку, собираясь отправить сигнал Биллу.

— Милорд, они подняли международный сигнал переговоров, — прозвучал голос Гертруды.

Всего час, но час сражений и она сбросила излишек энергии, жизненной силы, перестала вести себя как пьяная и показала, что не зря училась у Грега. Еще следовало вызвать отряд Вульфов вместе с Люси, чтобы меньше обижалась, но… переговоры?

— Неужели поняли всю бессмысленность сопротивления? — улыбнулся Сергей. — Поднять ответный сигнал.

В точку между двумя армиями он прибыл в сопровождении Энтони и Гертруды. Вперед выступил важный маг и Сергей вперился в него взглядом, припомнив, что уже видел подобные одежды там, на Турнире Академий. Личный посланник, да, и знак, как у самого Гарольда-Сергея, соответствовал. Неужели и правда решили сдаться⁈

— Германский Союз и Французская Республика, не в силах более терпеть бесчинства и преступления Гарольда Чоппера, главы-по-праву британского Священного Рода Чопперов, заключили между собой оборонительный и наступательный союз! — провозгласил громко посланник. — Гарольду Чопперу дается двадцать четыре часа на то, чтобы покинуть земли Европы и увести с собой вторгнувшиеся силы Британской Империи, иначе объединенные силы двух сверхдержав обрушатся на него и Британию, и уничтожат, не вступая уже более ни в какие переговоры!

Свиток вручили Сергею, и он с хрустом сжал его в руке, понимая, что все его хитрые планы провалились.

— Молитесь, чтобы это я не уничтожил вас, не вступая в переговоры! — процедил он сквозь зубы.

4 августа 1993 года, Париж

Сергей созерцал британские войска, марширующие по Парижу, под знаменитой Триумфальной аркой, на которой сейчас стояли два дежурных Вторых, и Псы в них зорко наблюдали за округой. Бледные пятна лиц в окнах, толпа на улице, мрачно взирающая на завоевателей, но все же среди настроений превалировало ошеломление и молчаливый вопрос «Как? Как британские войска оказались в столице Франции?»

— Обрушьтесь на меня теперь, — оскалился Сергей, — как раз срок ультиматума вышел.

— Милорд, — в голосе Энтони Кеннеди слышалась тревога, — вы слишком открыто демонстрируете себя.

— Все должны видеть, кто взял Париж, — еще больше оскалился Сергей, помахивая рукой.

Он ехал открыто, стоя на маботе Гефахрер, которая нервничала и непрерывно сканировала окрестности. Да, Сергей взял Париж одним ударом, но это не означало, что он захватил столицу окончательно. Удары в спину, помощь Убийц Смерти и заранее подготовленные диверсии, а самое главное — любимая жена президента Республики, не устоявшая перед Гарольдом-Сергеем.

Но еще оставались магические рода Франции, запершиеся по особнякам, горожане и системы защиты. Сергей взломал часть из них и все же победа до сих пор балансировала на лезвии, не зная, куда склониться. Тем не менее, он приказал устроить парад, для пущего воздействия на умы и выявления самых нетерпеливых, тех, кто непременно попробует убить его.

— Ми…

— Ры…

Голоса Билла и Гертруды раздались одновременно, но и они не успели. Что-то свистнуло и пуля, магический снаряд, зачарованный убивать магов, изукрашенный вязью знаков, созданный из каких-то зачарованных материалов, дернула щеку Сергея, который успел уклониться как раз настолько, чтобы его ранило, но не слишком сильно.

Словно хлестнули жгучей крапивой, отравленной крапивой, как он понял мгновение спустя. Где-то слева попытались взлететь несколько маботов, но рядом с хлопками появились Псы, вбивая врагов в землю вместе с окружающими домами. Какие-то горожане рванули из толпы, треск выстрелов, хлопки взрывов, огонь и дым, выкрики, войска, шагающие парадом, разворачивались и стреляли в ответ, сметая горожан десятками и сотнями, не разбираясь, кто там виноват.

Яд, нет, проклятие, призванное выжечь ядро, столкнулось с мощью Сергея и псевдосилой Саннидейлов, а также трансформациями Вульфов. Сергей перестроил тело, увел каналы, окружил рану укрепленными тканями и вел их в бой, словно собираясь взять проклятие в котел.

— Слева! Слева! — орал Кеннеди кому-то. — Прикрывайте Топора, лентяи!

— Милорд, спрячьтесь! Спрячьтесь! — орала Гертруда во всю мощь своей прекрасной грудной клетки.

Прошло буквально несколько секунд, но все вокруг уже превратилось в огненно-кровавый ад, призванный замаскировать основной удар.

— Руби, не глядя!! — взревел Сергей, нарочито эффектно взмывая в небеса, с огненным следом за спиной.

В небесах соткалась иллюзия перекрещенных топора и палочки, герб Чопперов, и топор вдруг устремился вниз, ударил по багровой капле, взмывшей снизу. Насыщенная магией, почти живая и разумная, капля крови была нацелена на Сергея, и он нанес встречный удар.

Разрубил каплю, выжег и дернул за нити, связывавшие ее с создателями. Два квартала Парижа взлетели на воздух, словно кто-то спустил огромную пружину. Орущие тела и машины, куски домов и деревья, части маботов и какая-то бытовая техника. Кто-то там еще пытался колдовать, но тут же все скрылось во вспышках разрывов — два десятка Псов телепортировались прямо в маботах и расстреливали заговорщиков, не жалея снарядов и магии.