В этот момент она уловила знакомый запах - такой же, как от вина. Его кожа, волосы - все источало легкий сладковато-дурманящий аромат. Теперь Юника была уверена в своих догадках: Арбетия прекрасная — ядовитое растение, которое используют для того, чтобы приворожить кого-либо. Обычно подмешивают сок Арбетии в вино или воду тому, кого хотят приворожить. Затем нужен простой телесный контакт- небольшое прикосновение, и тогда объект ворожбы начинает сходить с ума от любви к тому, к кому прикоснулся.

В вино был подмешан этот сок, но Юника не пила вино, а Радогор пил. И это странно. Значит кто-то хотел, чтобы они вместе выпили роковой напиток. Зачем?

— Я схожу с ума! — шепнул он и прижался губами к ее губам. В этот момент она ощутила, что яд проник к ней в кровь прямо через кожу его губ и начал действовать на нее. Но эффект был вовсе не такой, как у Радогора. Ей стало плохо: закружилась голова, затошнило, она начала задыхаться и упала в обморок. Радогор в ужасе отшатнулся, но подхватил ее на руки и бросился в замок.

Состояние Юники слегка отрезвило его.

— Лекаря сюда, быстро! — крикнул он, пробегая мимо охранников.

Через несколько минут в комнату Юники прибыл лекарь.

— Что произошло? — учтиво спросил он.

— Не знаю. Ей стало плохо, — его разум уже почти вернулся в нормальное состояние, хотя сердце все еще билось о грудную клетку.

Тот самый лекарь, что когда-то привез своего хозяина к Юнике, наклонился к девушке, пощупал пульс, послушал ее, посмотрел зрачки и произнес:

— Она очень слаба. Такое ощущение, что ее отравили.

— Кто посмел? — рявкнул Радогор, но ответа, конечно же не получил.

Лекарь стал готовить какой-то отвар:

— Начнем с противоядия широкого охвата. Оно слабенькое, но должно облегчить ситуацию.

— Ростих. Скажи, какой прогноз? — испуганно спросил князь.

— Не знаю. Понять бы, чем отравили.

Близилось утро. Лекарь по капле вливал в Юнику снадобья, но они не помогали.

Князь сидел рядом в кресле белый, как мел. Не шевелясь и не мигая, он смотрел на безжизненное тело девушки.

Когда очередная попытка закончилась провалом, он встал, подошел к лекарю и сгреб его за грудки:

— Если она умрет, я тоже жить не буду, понял? — глаза Радогора сверкали злобой.

И тут лекарь действительно понял. По неадекватной реакции князя он понял, чем именно отравили их обоих. Он знал об арбетии прекрасной и ее свойствах.

Мигом обернувшись, Ростих вернулся с баночкой противоядия и залил в Юнику приличную порцию.

Затем, обернувшись к Радогору, налил ему и протянул бокал. Тот вопросительно смотрел на лекаря.

— Вы отравлены, ваша светлость. И отравили ее.

— Я? Отравлен?!

— Да. Вам подмешали сок ядовитого растения, которым привораживают людей. Вас кто-то хотел приворожить.

— Но кто?

— Не знаю. Но принцип действия простой: вы выпиваете напиток, затем нужен телесный контакт: например, взять объект за руку на пару минут, и все. Но так как вы и стали объектом, то ваши чувства оказались направлены на первого, к кому вы прикоснулись. Вы прикоснулись к Юнике, и яд заработал. Однако в вашем теле оказалось его так много, что когда вы поцеловали ее … А вы ведь целовали, не отпирайтесь, яд через кожу проник к ней в кровь. И по идее, она должна была воспылать к вам чувствами, но на нее этот яд подействовал как обычный — она просто отравилась.

Прошло сколько-то времени, и Юника очнулась: князь понуро сидел рядом с ней. Стыд и смущение теперь обуревали его: он проявил слабоволие, оказался униженным, повел себя дико. А ведь Юника начала что-то говорить про предательство, но он не слушал - был охвачен каким-то животным желанием обладать ею прямо там!

— Арбетия прекрасная… у меня, видимо, аллергия на нее! — первое, что произнесла Юника, открыв глаза, — тебя отравили, Радогор!

— Простите меня, Госпожа, я повел себя недостойно и подверг вашу жизнь опасности. Мой долг…

— Хватит! — рявкнула Юника и поднялась с кровати, — забудь про долг, Радогор, ты не понял: тебя отравил кто-то из самого близкого окружения! - она очень недвусмысленно сделал ударение на слово «самого», — но вчера ты мне не дал договорить.

— Простите … — с тревогой и уважением он посмотрел на нее, не ожидая услышать командирский тон из ее уст.

— Простила уже. Кувшин с вином принесла твоя жена, — продолжила Юника логическую цепочку, - но вот так откровенно принести яд и подставляться она вряд ли бы стала, у кого еще кроме нее мог быть доступ к вашему элитному вину?

— У камердинера… и все.

— Хорошо, она могла где-то оставить кувшин и отвлечься?

— Вероятно, да, — князь помрачнел.

— Кому понадобилось, чтобы мы с тобой вступили в эм-м-м более тесный контакт? — Юника продолжала разматывать этот клубок вопросов.

— Надо думать. Слишком много путей ведет от этой развилки.

На том завершили разговор.

В тот же день Юника отбыла к себе. Они решили вместе искать виновного. Радогор обещал сообщать ей, если будут появляться новые детали и факты.

***

Прошло несколько дней после возвращения девушки домой.

Общение с Мороком было исключительно в деловом русле: обсудить планы, проблемы, найти решения, но и только.

Князь был сдержан и холоден, как когда-то давно, в самом начале их знакомства. Однако никакой грубости не проявлял, наоборот: был учтив и внимателен.

Однажды вечером, после активного трудового дня, Юника отдыхала в одиночестве в своей комнате. Она расположилась в кресле с чашкой чая, и закрыв глаза, слушала музыку.

В какой-то момент заиграла одна из ее любимых песен и тут же, как на экране кинотеатра появились образы: вот она захлопывает окно, вырывается из рук охраны князя и снова проигрывает в голове весь тот бой, вплоть до момента, когда песня заканчивается, и она оказывается в седле рядом с Сайфором.

Снова и снова она внимательно смотрит на Радогора и ловит в его взгляде странные вспышки восторга или удивления.

Стряхнув с себя наваждение, она допила чай и отправилась спать.

Однако на следующий вечер, когда у нее выдалась свободная минута, навязчивая песня снова зазвучала в голове, а вместе с ней и весь тот бой. И опять Юника стала жадно ловить эти вспышки. Она вглядывалась в его лицо уже с десяток раз, но никак не могла оторваться. Ей хотелось смотреть на него без конца.

С тех пор наваждение стало преследовать ее почти каждый вечер. Просто остаться наедине с собой она не могла. Как бы не старалась отвлечься, ее мозг раз за разом возвращал ее к той сцене.

Через некоторое время она поняла, что ей нравится это воспоминание. Теперь она стала с нетерпением ждать, когда появится возможность остаться одной и проигрывала эту сцену десятки раз.

Юника влюбилась. Какая-то невозможная сила заставляла ее думать о женатом князе почти каждый день. Она мечтательно вздыхала, была рассеянной, часто отвлекалась от дел и подолгу просто смотрела в одну точку. Ее стала разъедать тоска по белогривому гиганту.

Морок, конечно, же заметил в ней такие перемены. Он абсолютно точно был уверен, что его единственная открыла сердце кому-то другому. Выяснить, кто именно стал предметом ее любви, было для него делом несложным.

Во время очередного обсуждения проектов, он решил заговорить о Радогоре (у того уже была запущена стройка металлургического цеха):

— Нужно отправить наших специалистов. Там возникла проблема технического характера, им нужна помощь, — продолжая монолог, Морок ловко вставлял слово «Радогор» и наблюдал за невербальной реакцией Юники. Сомнений не было — она влюблена в него.

Он еще несколько минут говорил, затем перевел тему в другое русло и увидел, как Юника вдруг оживилась, как будто вынырнула из какой-то неги и, наконец, включилась в процесс.

В качестве подкрепления своей гипотезы, Морок вечером, когда Юника удалилась в свою комнату, подкрался к ее двери и мысленно приказал: «слушать»! Одна и та же песня повторилась не меньше десятка раз. Это было странно, ведь Юника не любила однообразия.