- А ты, мелкий, не желаешь послушать славного приключенца, что сейчас выступает на перед публикой. - сказал его сопровождающий с какой-то хитрой улыбкой.

Блин, так, я семилетний говнюк, так что действуем по сценарию.

- Дяденька, у меня животик бо-бо.

Так, вроде бы хорошо отыграл.

- Этим спектаклем ты сможешь обмануть разве что своих воспитателей.

А нет, хреново отыграл.

- Ну дядя, мне нужно идти.

Звероволк посмотрел на меня с ухмылкой и сказал:

- Знаешь, мелкий, ты мне ответь честно, почему ты не хочешь слушать, как твои друзья, я отпущу тебя.

Перевожу взгляд на воспитателей, а они отвернулись и сделали вид, будто нихрена не происходит... Вот вы твари, а я ещё себя сыкуном считал. Так и что мне этому стероидному волчьему Вин Дизель уговорить? А была не была.

- Но ведь посмотрите на этого... - я замялся - лиса, по нему же видно, что из него искатель приключений такой же, как и из меня, вот если бы выступили вы, было бы более внушающе.

- Ну мелкий, во-первых, я не клановый, а наёмник, и должен сопровождать это...

- Недоразумение?! - блядь, Маси что ты несёшь, придурок, ты сейчас прилюдно оскорбил кланового пидорка... То есть искателя приключений.

Кажется, у бедного зверо-волка начали вылезать глаза из орбит, я уже мысленно подготовился к тому, что меня будут прилюдно казнить за мой паскудный язык, но...

- П... П... Пхахаха, богиня милосердная, мелкий ты только что сделал мой день, - он резко затих и наклонился к моему уху - только не вздумай это сказать возле какого-нибудь кланового павлина, потому что смерть это не худшее, что может быть с тобой из-за них.

Я сглотнул слюну и начал кивать как болванчик.

- Вот и славненько, - мужик улыбнулся, хотя это больше смахивало на оскал... Волчий - знаешь, если вдруг ты окажешься поумней своих собратьев и не подашься ни в какой из кланов, то в "степных волках" тебе будут рады, встречу тебя там как родного, ибо я не смеялся так последние пару лет.

Я попрощался с воином, кивнув ему на прощание, и поспешил в уборную, чтобы как можно скорее покинуть это место.

Оказавшись в уборной, я решил задержаться и сделать важное дело. Я сполоснул руки, радуясь, что в этом мире есть водопровод и канализация. После этого я направился к окну, которое, хоть и было высоким и небольшим, не должно было вызвать у меня проблем.

Я начал вылезать в окно, зацепившись за трубу. Подтянувшись, я начал выталкивать своё тело наружу, но штанина зацепилась за какой-то штырь. Я не мог отцепить её, потому что уже наполовину оказался на улице.

Тем временем тавра уже стояла под окном и ждала меня.

- Мумини, помоги выбраться, я застрял, — обратился я к девушке.

Вместо того чтобы зайти назад в туалет и отцепить мои штаны, она схватила меня за руки и сильно потянула на себя. Как оказалось, у девушки была очень сильная хватка.

В результате я вылетел из окна почти как пушечное ядро, прямо на неё... Без штанов. Как и предполагалось, я упал на неё сверху, и законы гравитации сделали своё дело — мы вместе повалились на траву.

Всё было бы замечательно, если бы не толпа детей, которые вышли из здания и увидели меня без штанов на тавре.

- Извращенцы! — закричали они хором.

Я перевёл взгляд на девушку, которая покраснела как рак и улыбалась, как душевнобольная.

Иногда мне кажется, что она всё делает специально. И это не первый подобный случай за последние полгода.

Однажды мы помогали работникам детского дома во дворе и нас попросили принести верёвку из сарая. Вроде бы простая просьба, но что из этого вышло?

Тавра не смогла самостоятельно достать верёвку, так как она лежала на верхней полке сарая вместе с другими инструментами. В итоге вся полка обрушилась на неё вместе с верёвкой. Она пыталась выпутаться, но у неё ничего не получалось, и она только сильнее запутывалась. Создавалось впечатление, что она настоящий мастер в искусстве шибари — так много узлов она завязала на себе.

Мася, как добрый мальчик, поспешил на помощь. В итоге она лежала связанная на животе, а я, чтобы было удобнее развязывать, уселся на её седельное место и начал распутывать узлы на спине. В этот момент выбежала куча детей и увидела всю эту картину. Они сразу же позвали воспитателей...

Воспитатели решили, что я связал её специально. Они видите ли подумали, что это мой метод воспитания, так как из буйной Тавры я сделал послушную девочку, и сейчас у меня идёт очередной воспитательный процесс. Но эти умалишённые идиоты меня даже слушать не стали. Они просто покивали и ушли, даже не попытавшись помочь развязать девушку.

Поэтому среди детей приюта у меня сложилась репутация жестокого и извращённого человека. Как же глупо всё получилось!

Сейчас воспитателям всё доложат об этом случае, и те будут делать вид, что так и должно быть. Лилиана скажет что-то вроде: «Маси, ты уже большой мальчик и интересуешься девочками, какой ты молодец!» Как же это раздражает!

Как объяснить, что это просто случайность, причём постоянная? Как же всё сложно! Мне всего семь лет, а меня уже считают каким-то извращенцем и извергом. Что будет дальше? К десяти годам стану тёмным властелином? Сутенёром? Или вообще не доживу до этого возраста, а если и доживу, то в дурдоме?

Не раскисай, ты мужик, пусть пока и маленький, но мужик. Так что возьми себя в руки и крепись. Ты выдержишь Масяня... Блин, я по моему сам себе не верю.

***

От аФтыря: ребят надеюсь вам зашла моя очередная глава, надеюсь некоторых моментов вы поймали своё гыгы, и это будет для меня лучшей наградой

P.s. финансовая награда тоже подойдёт)))

Вот мне уже десять лет, и я большой мальчик, которого все любят и хвалят. Но другие дети обходят меня стороной, потому что со мной происходят всё новые и новые забавные случаи, которые только усугубляют мою репутацию.

В нашей семье появилось ещё одно «душевнобольное» существо — за обеденным столом, где обычно сидим мы с Тавриком, теперь сидела девочка с чёрными волосами и кошачьими ушками. Она всегда носила лёгкую чёрную одежду: короткие шорты и топ. Её лицо выражало полное безразличие и апатию, словно она была готова смириться со всем и мечтала только о том, чтобы поскорее умереть.

Теперь эта девочка постоянно таскается с нами и, как преданная собачка, старается не отходить от нас ни на шаг. Но я не защищал её, не спасал и не делал ничего подобного. Всё дело было в следующем.

***

Пол года назад.

— Маси, мы пойдём сегодня в город? — спросила у меня тавра за обеденным столом.

— Нет, Мумини, Лили тоже иногда нужно отдыхать от нас.

— Да, ты прав.

Не успела она договорить, как к нашему столу подсела девочка-кошка, на вид ей было лет тринадцать, четырнадцать. Она выглядела как типичный гот из моего мира, только зачем-то нацепила ободок с кошачьими ушами. Это маленькое чудо плюхнулось с нами за стол и просто начала есть. Рядом с ней лежала большая книга в кожаном переплёте, на обложке которой было написано: «Полторы тысячи способов принесение в жертву».

Самое забавное, что она даже не сказала ни слова, а просто начала есть, игнорируя наше присутствие. Всё бы хорошо, но она была с нами и на ужине, и на завтраке, и на обеде. А если мы с Мумини выбирались куда-то во двор, она просто молча шла с нами.

Честно говоря, первую неделю я просто пытался игнорировать её, не обращать на неё внимания и вообще делать вид, что её не существует. Она делала то же самое, но не отходила от нас.

Спустя две недели моё терпение лопнуло, и я решил с ней поговорить.

— Эм, тебе нужна помощь? — спросил я.

— Нет, спасибо, не нужно, — ответила она, сидя рядом за обеденным столом. Её лицо выражало усталость от жизни и бренности бытия.

Я подумал, что было бы лучше пристрелить её, чтобы избавить от страданий, но вспомнил, что в этом мире с огнестрельным оружием проблемы.

— А почему ты всегда рядом с нами? — задала ей вопрос моя подруга, которая тоже не могла терпеть эту ситуацию.