— К тебе взываю, Мать, — тихо прошептал Сергей, активируя оживляющие чары камня на статуе.

Перезвон колокольчиков и багровая вьюга, задувшая ритуальные свечи и в полумраке глаза статуи Матери-Магии, шагнувшей вперед с пьедестала, засветились также багровым светом. Верховный жрец так быстро склонился, что разбил себе голову, и кровь потекла по плитам храма, и почти в унисон раздались удары голов жрецов и жриц, но те отнеслись к себе бережнее, ничего не разбили.

Верховный же тем временем взвыл дурным голосом:

— О великая матерь всего сущего!!! Ты снизошла к нам!!!

Этой ночью в Мамапе многим пришлось проснуться не по своей воле. Кто-то и вовсе просыпался лишь для того, чтобы тут же умереть, некоторым вкрадчивый голос нашептывал в ухо, что лучше сидеть дома и не подавать голоса, другие получали щедрые предложения, а и то вовсе гору денег посреди своих спален. Одной из аристократок так и вовсе привиделось, что к ней явился сам император-Солнце и божественно овладел ей, поведав попутно, что на троне в Куско сидит самозванец.

— Как магический брак? — спросил Сергей у Грега, в перерывах между телепортами и взломами защит.

— Необычно, — отозвался тот, — но сыном я тебя звать не буду, даже не надейся.

— Можете звать Барри сынком, — оскалился Сергей, подчиняя себе очередной артефакт, — ведь это правда!

Который пригодился бы и здесь, хотя бы для охраны или изображать из себя Гарольда. БАМ, подумал Сергей, надо, надо преодолеть себя и съездить, сунуть голову в пасть или задницу льва, и еще раз провести разведку, с высоты новых знаний, умений и сил. «Слышишь время гудит БАМ, на просторах крутых — БАМ!» вдруг заиграла у него в голове музыка и Сергей едва не ошибся.

— Что-то рано развеселился, — проворчал Одноглазый, посох которого удержал руку Сергея. — Мало я тебя гонял!

— Да, — согласился Сергей для вида.

Ясно было, что песня из родного мира, но где он ее слышал, почему вылезла из глубин подсознания? Намек от Матери? Предупреждение? Сергей вообще ожидал «штрафов», а то и явления божества лично, раз уж откликнулась в отличие от прошлых обращений, но ничего так и не произошло.

— Самоуверенность силы — частое явление, — продолжил было Грег, но Сергей уже доломал защиту.

Просочился внутрь, сгустком теней и уже привычным жестом прикрыл рот коменданту городского гарнизона, одновременно с этим страхуя магией от возможных выкриков. Одноглазый свернул лекцию о технике магической безопасности, не стал нудеть.

— На что ты готов, — спросил его Сергей на кечуа, одновременно с этим вплетая в слова магию русалок, — ради избавления сына от проклятия?

— Кто вы? — невнятно промычал комендант, пытаясь вырваться.

Затем до него дошел смысл, и он перестал дергаться, посмотрел с безумной надеждой. Лица Сергея он, конечно же, не увидел, лишь сгусток теней. Историю о проклятии поведал верховный жрец и Сергей решил рискнуть, дабы не вламываться опять разъярённым медведем, то есть драконом, в Источник и бить хранителя по голове. Утомительно и опасно, наверняка слухи и новости уже разошлись.

Сын коменданта несколько лет назад схлопотал проклятие, от кого-то из «проклятых европейцев», скорее всего британцев, но может и французов в Гвиане. Молитвы, целители, кровавые ритуалы, ничего не помогало, лишь ослабляло на время и комендант перевелся в Сантьяго, по совокупности своих причин, но сына вылечить так и не смог.

— Твой сын избавится от проклятия и встанет на ноги, — сказал Сергей, — а ты присягнешь новой власти, то есть мне, и выманишь губернатора Юру Пинчи за пределы его источника, под каким-нибудь благовидным предлогом.

Губернатор, конечно же, был предан императору в Куско, иного тут и держать бы не стали, и верховный жрец подтвердил данное предположение. Глаза коменданта сверкали, лицо дергалось, он хотел верить и в то же время не хотел тешить себя ложными надеждами.

— Новая власть? — все же спросил комендант.

— Во мне течет кровь Юпанки, и в моей сестре-жене тоже, — ответил чистую правду Сергей и добавил, для усиления воздействия. — Старая власть не смогла тебе помочь, а я смогу.

— Если ты… вы сможете — я согласен! — сверкнул глазами в полутьме комендант.

— Договорились. Иди к сыну и не думай о страже, она нас не заметит, — сказал Сергей.

Слегка передернул, конечно, старая власть могла помочь, магия крови была и оставалась могущественнейшей из магий, старейшей и главной из них, что ни говори. Гекатомбы жертв, подъем Сил Крови, разведка и выяснение, кто же именно проклял и оплата специалистов из Европы, скажем. Просто никто не пошел на такие траты ради обычного вояки, да и в Британии тоже вряд ли кто-то стал бы влезать в расходы ради обычного Джона. Вспомнить хотя бы проклятия среди старших Чопперов, или ту же Аделию Келли, губернатора целой Австралии с Новой Зеландией, флоты которых уже плыли к владениям инков.

— Справишься? — тихо спросил Грег, когда они спрятались в тени коменданта.

— Не факт, — ответил Сергей, — но убить его мы всегда успеем.

— Сына или коменданта?

— Всех. На такой удар губернатор точно явится сам, — без тени улыбки ответил Сергей.

Комендант уже вышел в коридор, но далеко не ушел, начал открывать соседнюю комнату, возле которой стояли два стражника, причем один из них являлся магом. На шум выглянула и жена коменданта, индианка средних лет, с какими-то вычурными серьгами в ушах, поразившими Сергея — неужели даже не ночь не снимала?

Комендант рыкнул, жена скрылась, а сам он вошел в комнату.

— Все спокойно, господин, — поднялась сиделка, точнее сиделец.

— Выйди, — скомандовал комендант, — я хочу помолиться за сына без свидетелей.

Громила-сиделец посмотрел слегка удивленно, но вышел без лишних слов. Сергей вынырнул из теней, по комнате промчалась вспышка заклинания дезинфекции, вокруг стало намного светлее, появился стол для операций, а сына коменданта спеленало и обездвижило. Повинуясь жесту, комендант отступил, кидая взгляды то на сына, который безумно рычал что-то бессвязное, то на клубки теней вместо лиц Сергея и Грега.

— Мальдики, их работа, — уверенно констатировал Одноглазый, — проклятие отложенной смерти, если не ошибаюсь.

— Хреново, — отозвался Сергей, запуская диагностику.

Французский Священный Род, со специализацией в проклятиях, даже фамилию сменили в средние века, чтобы все сразу знали, с кем имеют дело. Их бы, может, и перебили под шумок, чтобы не портили кровь и ядра почтенным магам, но Мальдики успели отличиться в борьбе с хрономантами и благодаря этому выжили. Проклятие отложенной смерти, припомнил Сергей некогда механически усвоенную информацию, имитация болезни, якобы отступающей от стандартных заклинаний целительства, но на самом деле подпитываемое ими и потому ударяющее сильнее. Проклятый впадал в кровожадное безумие и убивал всех вокруг, уверенных, что они вылечили друга, родственника, пациента.

Отложенная смерть, только не самого проклятого.

— Секс? — спросил Одноглазый.

— Я не по мальчикам.

— А я в магическом браке, но ради дела поимел ту краснокожую аристократку. Сделай из него девочку!

— Отец не поймет.

— Он все поймет, лишь бы ты вылечил, даже сам тебе даст.

— Наставник, — закатил глаза Сергей, — мне хватило таких разговоров с женами!

Одноглазый пожал плечами, мол, хотел как лучше, зная методы лечения и самое противное, что он был в чем-то прав, ведь переговоры с Саннидейлами продолжались и их псевдосилой Сергей пока не обзавелся. Впрочем, он уже сталкивался с этой проблемой и легкий путь через секс не обязательно являлся единственным.

— Что тогда?

— Опробуем новую методику, то есть я опробую.

— А если сдохнет?

— Да и хер с ним, — равнодушно обронил Сергей, — все равно, чем так жить — лучше сдохнуть.

Сына коменданта, похоже, давно уже не лечили, проклятие расползлось по всему телу гнилостными метастазами. Сергей соединил руки лодочкой, и тело на столе окутало сиянием целительской магии, а комендант дернулся, затараторил быстро и неразборчиво на кечуа, брызгая слюной.