— Глазок камер пошевелился...

Я с интересом посмотрел на это. Пройдя в другую сторону к одной из дверей, я увидел, как камера последовала за мной. Интересно, она так делает автоматически или за нами действительно кто-то наблюдает?

— Эй, есть кто-нибудь? — крикнул я.

Но в ответ была лишь тишина.

— А ты действительно думаешь, что там кто-то есть?

— Не знаю, Теодор, но сейчас нам предстоит это выяснить. Держи оружие и сумку, не подпускай ко мне ходячих, если что-то пойдёт не так, говори, но не ори.

Передав все предметы Ти-Догу, я взял только набор отвёрток и мультиинструмент. Я начал внимательно осматривать двери, а камера продолжала следить за мной. Вскоре я обнаружил небольшую панель с кнопками и прорезом для карты.

— Видишь ли, Теодор, обычно подобные системы блокируются изнутри, и попасть внутрь крайне сложно. Это сделано на случай утечки вируса. Но они не могут не оставить лазейку, по крайней мере для экстренных служб. Чаще всего у уполномоченного лица есть доступ к такой системе, чтобы в случае чего была возможность ликвидировать последствия вспышки, если вирус вырвется наружу. — Я аккуратно начал откручивать болты и пытаться отковырнуть панель. — У таких замков всегда есть один принцип, с помощью которого можно обмануть систему...

Однако договорить я не успел — двери, которые были возле Теодора, открылись, и на нас полился яркий свет из помещения.

— Заходим? — осторожно спросил Теодор.

— Ну, если нас приглашают, почему бы не зайти, — сказал я и едва слышно добавил — на всякий случай держи пистолет под рукой.

Он передал мне обратно гвоздомет, и мы спокойно вошли во внутрь, держа оружие наготове.

Мы вошли в просторный холл, который действительно был большим и светлым. На стене перед нами был огромный плакат материков, а посередине — логотип этой организации. Пол с первого взгляда можно было принять за мрамор, а стены были выложены крупной плиткой. В целом всё смотрелось довольно органично, богато и красиво. Даже стойка регистрации сбоку была довольно богатой. Как бы то ни было, организация не бедствовала, только как оказалось, толку от неё ноль.

— Эй! — крикнул Ти-Дог, и эхо его голоса разнеслось по зданию.

Чуть вдалеке от нас послышался щелчок затвора. Повернувшись на звук, мы увидели мужчину, который выглядел так, будто его оторвали от просмотра футбола за банкой пива. На нём была белая майка... Ну точнее условно белая, сейчас она была скорее серой, а также потрёпанные синие джинсы. Его короткие светлые волосы были растрёпаны, голубые глаза и высокие скулы, а нос немного смотрел влево. Телосложение его было вполне обычным, хотя и угадывалось то, что он когда-то давно занимался спортом или тяжёлым физическим трудом. Он навёл на нас штурмовую винтовку, которую я отсюда не мог разглядеть, и сейчас он пристально смотрел за нами, но не спешил открывать огонь, за что я искренне был ему благодарен.

— Кто вы такие и что вам нужно? — спросил мужчина, наставляя на нас автомат.

— Мы обычные люди, которые просто хотят выжить, — ответил я, слегка опустив дуло своего оружия, чтобы не вызывать лишних подозрений. По его лицу было видно, что он не собирается стрелять, а держит автомат скорее для защиты.

— В наше время это не так просто, — произнес он. — Среди вас есть укушенные?

— Нет, — покачал головой я.

— Тогда почему этот хромает? — Он указал дулом на Теодора, который заметно нервничал.

— У него пулевое ранение, — я демонстративно убрал оружие за спину, показывая свои руки.

Ти-Дог, посмотрев на меня, тоже сложил оружие. Мужчина, видя, что мы не представляем угрозы, повесил автомат на плечо и убрал его за спину.

— Что вам здесь нужно? — снова спросил он.

— Ответы. Мы хотим узнать, что это за вирус и как с ним бороться, а также, если возможно, взять что-нибудь с оборудования.

Мужчина некоторое время сверлил нас взглядом.

— Вы должны будете сдать кровь, — сказал он.

— Без проблем, — ответил я.

Он кивнул и произнес:

— Вай, заблокируй двери.

Двери за нашей спиной тут же закрылись. Мы последовали за мужчиной, вошли в лифт и начали спускаться вниз.

— Я доктор Эдвин Дженнер, вирусолог, и последний обитатель этого места, — представился мужчина.

— Айзек Кларк, инженер, и немного шериф, — представился я.

— Теодор Дуглас, слесарь... Звучит не очень, да? — с усмешкой сказал Ти-Дог.

Слово взял вирусолог:

— Поверьте, если вам удалось выжить в этом мире, то это уже многое, ведь большинство этим похвастаться не могут, — произнес он с легкой грустью на лице. Вероятно, как и многие другие выжившие, он потерял своих родных и близких, но не стал развивать эту тему.

В итоге мы оказались глубоко под землёй. Мы шли по узкому коридору, вдоль стен которого было множество дверей. Некоторые из них были отмечены знаками, другие же — нет. Вскоре мы вышли в просторное помещение, где нас встретило множество компьютеров, встроенных в столы. Под потолком висела круглая лампа, освещая область, занятую компьютерами. Мужчина, встретивший нас, вышел в центр этого круга и развёл руки в стороны.

— Добро пожаловать в мою обитель, — произнёс он.

— Послушай, ты же с кем-то разговаривал, когда мы вошли? — поинтересовался Тео.

— Вай, у нас гости, поздоровайся с ними, — сказал мужчина, и со всех сторон раздался синтетический голос:

— Добро пожаловать, гости.

— Я один здесь, — произнёс он с лёгкой усмешкой, правда без радости.

Мы последовали за ним в небольшое помещение, напоминающее школьный кабинет, но без парт, зато с множеством стульев и огромной белой доской. Мужчина взял у нас кровь для анализа и осмотрел рану Теодора, убедившись, что это обычное пулевое ранение.

После небольшого разговора ни о чём, он предложил нам перекусить. Мы, естественно, не стали отказываться. Когда мы пришли на местную кухню, у бедного Теодора чуть челюсть не упала на пол. Да и я был впечатлён: здесь был огромный морозильник, забитый целыми тушами, множество консервов, включая рыбные и мясные, а также продукты долгого хранения, такие как макароны и крупы. На этих продуктах можно было бы прожить довольно долгое время даже небольшой группе. Как бы то не было, но я с точностью могу сказать что эта поездка была не зря...

— Неужели сюда больше никто не приходил? — спросил Тео, пережевывая лапшу.

Эдвин едва заметно усмехнулся:

— Люди были, но, увидев последствия прошедшей здесь бойни, они просто разворачивались и уходили. К самому зданию даже подходить боялись, а вы же прошли как у себя дома. Кстати, что это за устройство у тебя?

— Это переделанный гвоздепистолет, усиленный электромагнитной катушкой для большей пробивной силы.

Глаза моего собеседника едва не вылезли из орбит, а брови поползли вверх:

— Автомат Гаусса, что ли?

— Нет, для полноценного Гаусса-оружия у него не хватает мощности, хотя принцип во многом схож.

Мой собеседник улыбнулся, сделав очередной глоток вина:

— Не дотягивает... Что-то я как-то не слышал о работающей пушке Гаусса, конечно, прототипы были, но все они были как-то недееспособны. А у тебя в руках как раз рабочая вещь. Я наблюдал по камерам, как она выбивает мозги заражённым, и это впечатляет.

Я кивнул на его слова:

— Спасибо на добром слове, но мне бы сейчас хотелось узнать о вирусе некроморфизма...

Проклятая привычка, все никак не могу привыкнуть называть их просто ходячими, периодически у меня вырывается это название. Слишком много времени я провёл в борьбе с ними, и это въелось в меня так, что вытравить эту привычку у меня просто так не выйдет, и периодически будет проскакивать это название.

— Некроморфизм... Довольно любопытное название, только вот морфизма никакого нет, по сути клетки мозга просто реанимируются, выполняя некоторые базовые функции... Ну название весьма интересное, — он о чем-то задумался и начинает тарабанить костяшками пальцев по столу — перекусите, и сходим сейчас я вам кое-что покажу.