Юника загрустила. Такая жизнь стала обременять ее. Однообразие — ее главный враг. Но в замке девушка обязана была подчинялась строжайшим правилам. А еще девчонка заметила, как слово «требовал» все чаще присутствует в ее жизни. Ее жених оказался очень щепетильным и требовал неукоснительного соблюдения правил и порядков, заведенных в его владениях.

Первым шоком для девчонки оказался… распорядок дня. Как в пионерском лагере, ну или в воинской части. Подъем и приемы пищи были строго по расписанию. С обязательным соблюдением этикета. Каждое утро фрейлины должны были в обязательном порядке помочь ей одеться, умыться, привести в порядок волосы. И хотя Юника могла и сама прекрасно расчесать свои короткие стриженые лесенкой волосы, но она должна была смиренно сидеть и терпеть, пока это сделает за нее специально приставленная дама. Затем в компании придворной дамы девушка должна прибыть в обеденный зал, и строго соблюдая все нормы этикета завтракать в компании с Радогором. После этого она была предоставлена самой себе до обеда. Однако и тут был ряд условий: ей не позволялось входить в кабинет любимого, пока он вел прием вассалов и вообще работал. Выезд с территории замка только с разрешения князя. Поэтому просто покататься на Кузе девушка уже не могла, да и вообще любые поездки стали весьма затруднительны. Радогор лично сопровождал ее, а так как времени у него для этого было крайне немного, то поездки были редкими и очень непродолжительными.

Опаздывать на прием пищи не разрешалось. Пару раз девчонка задержалась, на что получило крайне неодобрительный взгляд и замечание, что княгиня обязана соответствовать своему статусу во всем, в том числе соблюдая пунктуальность. Хотя сам князь мог позволить себе не явиться на обед, но тогда его камердинер объявлял заранее, что господин занят и присутствовать на приеме пищи не будет.

Пару раз Радогор организовывал деловые обеды с князьями из соседних вотчин. Юника должна была присутствовать в качестве его почти жены. Ей было очень интересно и она даже высказала свою точку зрения по одному из вопросов, однако, извинившись перед гостями, Радогор объявил, что у княгини Юники «возникли неотложные дела», и взяв ее под локоть, вывел из помещения, и уже там, за дверями, не в самой лестной форме объяснил, что ее задача сидеть и молча улыбаться гостям, а свою точку зрения она сможет озвучить ему лично в приватной обстановке. Выгнав девчонку, он вернулся к деловому обеду как ни в чем не бывало.

Новые порядки стали сильно угнетать Юнику, привыкшую делать то, что она считает нужным. Теперь она стала догадываться, почему всегда так немногословна и сдержана была Чернава, бывшая жена Радогора.

Поняв, что ее знания здесь пока не нужны, девушка решила навестить Сайфора с целью заняться тем же, чем и раньше — двигать прогресс. Во время обеда Юника обратилась с этим предложением к Барсу:

— Радогор. Я собираюсь совершить поездку и навестить моего друга Сайфора. Я бы очень хотела посмотреть, как у него идут дела. Возможно, там требуются мои знания, — осторожно завела она разговор.

Князь сегодня был не в очень хорошем настроении — у него появились существенные проблемы в нескольких уделах. Однако девушку гордый правитель не хотел посвящать в эти дела. Он вообще считал, что женское дело — быть при муже, ждать его, поддерживать, принадлежать душой и телом, и уж никак не вмешиваться в государственные дела.

— Да, дорогая, конечно, давай съездим, но чуть позже, возможно через пару — тройку месяцев у меня найдется время, чтобы отправиться туда с тобой.

— Так я одна могу! — возразила Юника, — мы сообщим Сайфору, чтобы он выслал навстречу своих людей, да еще ты мне отряд дашь и, я думаю, что все пройдет вполне безопасно!

Радогору не понравился этот разговор. Он нахмурился и отложил вилку в сторону, стараясь сохранять учтивость, князь терпеливо продолжил объяснять девушке простую истину: она никуда больше без него не поедет. НИКОГДА!

— Юника. Ты должна понять, что такие выезды все равно могут быть чреваты. Я не могу рисковать тобой. И не только тобой. После войны с Премыслом моя армия сильно ослабла, и теперь мне нужно восстановить ее, поэтому каждый боец на счету и просто так выделять их на поездку в соседнее княжество ради удовольствия я не могу сейчас — это роскошь.

— Хорошо. Я могу попросить Сайфора, чтобы он прислал свой отряд сюда, и они проводят меня. Радогор, пожалуйста, я не могу сидеть все время на одном месте и ждать, когда у тебя закончатся все дела! Ведь они никогда не закончатся! — в этот момент девушка поняла, что перед ней снова тот самый Радогор, что когда-то беспрекословно требовал от нее выйти замуж. Он снова облачится в панцирь долга, чести и деловой репутации и погряз в государственных хлопотах, не замечая и не желая замечать, что его любовь тоскует от такой жизни.

— Юника! Нет! Разговор окончен! — рявкнул он тоном, не терпящим возражения, затем резко встал из-за стола и направился в свой кабинет, чтобы продолжить заниматься делами.

Девушка осталась одна. Ее взгляд потух. Она совершенно не понимала, как теперь жить: ее любимый запер ее в золотую клетку. И хотя где-то в глубине души она осознавала, что он прав, и это самое разумное и правильное, взвешенное решение, но ее характер, ее подвижность никак не желали принять такую простую истину: в этом месте все и всегда будет решать ОН, на том простом основании, что он здесь всем хозяин. Видимо и ей то же…

Юника почему -то невольно стала сравнивать его с Мороком, который отпускал девчонку везде, лишь обеспечив ей надежную охрану. Он почти никогда не перечил ей, а лишь посмеивался над ее грандиозными планами и помогал, когда это было в его силах. А если и он был бессилен, то помогал искать новые пути выхода из проблемы. И если таковых не находилось, то просто утешал, давая понять, что он рядом, здесь, она не брошена и не одна.

Внутри девушки появились легкие нотки неуверенности.

Ночью, когда они легли спать, князь все-таки решил, что был слишком прямолинеен и груб с девушкой, поэтому, стараясь загладить свою вину, начал разговор:

— Юника, — сказал он тихо, обнимая ее и притягивая к себе ближе, — прости меня за сегодняшнюю грубость. У меня возникли существенные проблемы в нескольких уделах, и я был несдержан. Конечно, ты права, и я не должен так с тобой поступать, но и ты меня пойми: у меня просто нет душевных сил взять и куда-то тебя отпустить. Слишком много было пережито опасностей и слишком ярки еще воспоминания, о том, что я не раз мог потерять тебя.

Зацикленность Радогора на статусе, помноженная на те жертвы, что он принес, чтобы добыть свой трофей, однозначно не позволят ей вести тот образ жизни, что был раньше. Да! Юника — трофей, но добытый в очень жестокой борьбе. И остается трофеем для конкурентов князя. Однажды его сосед Премысл уже совершал на девчонку покушение, и ему ничего не мешает сделать это снова. Ко всему прочему, Юника и сама проявила себя слишком незаурядно, продемонстрировав ему дважды готовность к необдуманному смертельному риску, когда показывала номер с быками или отдавала свою силу ему, чтобы он жил.

Нет-нет, князь будет держать ее мертвой хваткой до конца жизни, потому что ему более чем достаточно пережитых ужасов. Это не золотая клетка, это железные зубы снежного барса, который сжал свою добычу.

— Да, я понимаю, но как же мне жить? Я не могу быть наряженной куклой и сидеть все время дома. Меня это убивает, — девушка была рада, что он понял ее состояние и не стал упираться.

Радогор немного подумал:

— Надо начинать подготовку к свадьбе. Не пристало княгине оставаться на правах любовницы. Займешься?

Это был удачный ход.

Наконец он нашел повод занять активный мозг девушки и одновременно удержать ее на месте.

— Я не умею, — возразила девчонка.

— Ну, разве это проблема? Ты справилась с двадцатью моими охранниками когда-то, неужели свадьба тебя может напугать? Не верю! — князю было приятно еще раз вспомнить тот день.