Сергей, честно признаться, не любил вина, считая их переводом денег на ветер. Даже теперь, когда о деньгах можно было не думать. Но и заказывать что-то крепкое, возможно, было не слишком разумно. А собравшаяся компания была недостаточно дружеской для посиделок за пивом.

Поэтому он просто молча принял бокал.

— Все-таки обычному вину не сравниться с магическим, — удовлетворенно заметил Дункан, извлекая сигариллу и подкуривая от пальца.

Сергей тоже так умел, кстати — теперь умел. Заработали заклинания, ни запаха, ни дыма от сигариллы не ощущалось. Сергей испытал знакомое, пускай и забытое ощущение — желание предаться порокам, без вреда для учебы. В прошлой жизни вред учебе его не остановил, а в этой? Стоило ли повторять прошлые ошибки?

— Так что, Гарольд, не сомневайся, здесь нет посторонних простаков, только доверенные, — продолжал Дункан, глядя куда-то вверх. — Те, кто не умеет держать язык за зубами, те, кто не умеет сдерживаться, те, кто не приносил клятв — никогда здесь не окажутся. Твои тайны останутся твоими тайнами, вот только есть пара оттенков серого, если ты понимаешь, о чем я.

Вроде посторонних наблюдателей из числа самих студентов, а также возможности того, что персонал стучал лично Гамильтону. Тайна сохранялась, но в то же время Гамильтон получал рычаг влияния — возможно, именно с его помощью он прикрылся от Матери-Магии. Академия и влияние на разумы студентов! Если они все считают Гамильтона хорошим… Сергея словно ударило под дых осознанием. Неудивительно, что Мать-Магия не рискнула напрямую обрушить свой гнев.

Но Гамильтон-то! Каков гад!

— Не стоит так пугаться, — добавил Дункан, похоже неправильно понявший вид Гарольда, — таков магический мир, и право слово, будь он иным, насколько скучно было бы жить!

— Это… неважно, — повел рукой Сергей. — Давайте насладимся отдыхом и едой.

И без того урок Дункана был понятен — держи язык за зубами на публике, веди себя так, чтобы не вызывать подозрений. Перед приемом и после родственники толковали о том же, но там, в мэноре, была облегченная версия, в каком-то смысле.

— Чтобы завтра с новыми силами взяться за работу! — вскинул палец Дункан. — Особенно за такую важную и нужную, как тренировки сборной Академии! Гарольд станет нашим новым нападающим, вот увидите! А потом и капитаном!

— Оллин не справляется? — удивился Сергей.

— Все мы по очереди становимся капитанами, управляя сборной — не во время турниров, конечно, но легче от этого не становится, поверь. Когда вокруг звезды и асы пилотирования, все из Священных Родов, знаешь, отлично развивает навыки управления.

Ведь дома не то — дома ты все равно главный, так как принадлежишь к Священному Роду, а семьи и рода, входящие в клан все равно подчиняются тебе. А здесь ты первый среди равных, вся власть которого — пост капитана.

— Мгм, — промычал Сергей, решив не уточнять, правильно ли он понял.

После этого они уже не говорили о делах, допили бутылку вина и на том остановились. Легкая приятная расслабленность, без опьянения, и именно она подтолкнула Сергея к следующему шагу. Незаметно подмигнув Саманте, мол, не теряйся и бери Дункана в оборот, он повернулся к Барри.

— Барри, сопроводи Саманту Чоппер домой.

— Милорд, — растерянно ответил Барри, но осекся под его взглядом.

От Дункана, конечно, не ускользнули эти оттенки, но он, как ни в чем ни бывало, полетел обратно в Академию на пару с Самантой. Барри летел следом.

Когда они скрылись, Сергей повернулся и пошел к магазину «Магическое оружие на все случаи жизни».

7 сентября 1991 года

Стены ячейки раскрылись, являя взору Сергея «Чайку». Он бросил взгляды по сторонам, осознав, что таких ячеек тут — у этой стены ангары — полсотни, по числу Священных Родов. Ключ все тот же, что и в особняке — сила крови, с возможностью закрытия доступа.

Предусмотрительность или паранойя?

Через две ячейки возился со своим маботом один из Лагранжей, проводил какой-то осмотр и мелкий ремонт. На Гарольда он старательно не смотрел. Помимо него в ангаре находился еще десяток студентов, включая Дункана Малькольма, и все из Священных Родов. Затем появились еще трое, цвета и эмблемы которых Сергей не узнал — так как их рода не входили в число священных. И двое из числа новой крови.

Сергей поглядывал на них, делая вид, что тоже занимается «Чайкой», хотя особого ухода мабот отца Гарольда не требовал. Импульс силы крови по «Чайке» показывал, что все функционирует исправно, а насчет полетов и подчинения… все неожиданно пришло в норму. Сила крови — подчинение чужих артефактов и Гарольд подчинил себе «Чайку», пересилив защиты Джонатана.

Собравшиеся были, как правило, студентами четвертого-пятого курсов — за исключением Дункана с его третьим. Два года общих курсов, затем три года специализации и экзамены каждые полгода. Затем шестой год, последний — дипломная работа, самостоятельный проект, под присмотром одного из профессоров. То есть, попросту говоря, остальные члены сборной уже превзошли большую часть магической мудрости Академии. В полетах Гарольд им может и не уступал, но остальное?

С Ивори и Прейерами у Чопперов был союз, пускай и не такой мощный, как с Малькольмами. Хаксли — кровники. Представитель Прудентов поглядывал на Гарольда так, что ясно было — хочет поквитаться за родственников-дуэлянтов, обидчиков слабых. Девушка из рода Лонгхэд выглядела мрачно, словно не знала, стоит ли ей теперь всем этим заниматься.

Почему-то Сергею казалось, что они все погибли вместе с мэнором.

— Так, все в сборе, отлично! — раздался голос Оллина, усиленный заклинанием.

Сергей увидел, что остальные оставляют маботов, подходят к капитану. Сила крови Вульфов сделала из них стаю или это просто сбор команды? Он тоже подошел ближе, затем увидел, что Оллин — тоже кстати студент пятого курса — жестом приглашает его выйти вперед.

— У нас пополнение, — произнес он, — самый юный участник Сборной, Гарольд Чоппер, Глава-по-Праву рода Чопперов. Думаю, все слышали о нем?

Кивки, утвердительное ворчание. Взгляды, прожигающие Гарольда. Любопытство, скука, желание вломить, похоже, разгон обострял не только чувства, но и восприятие окружающих. Или эти самые окружающие просто не утруждались сокрытием.

— Гарольд явил немалое мастерство, талант пилота, а также огромную мощь. Лично я вижу его в роли нападающего, но это мое личное мнение, не вердикт капитана. Поэтому, прежде, чем мы перейдем к обсуждению Турнира этого учебного года и построению тактик и стратегий, предлагаю желающим размяться и сразиться с Гарольдом. Да, он первокурсник, но заверил меня, что не отстанет от вас всех. А если отстанет, то согласен на индивидуальную программу.

Среди собравшихся девятнадцати пилотов, двенадцати парней и семи девушек, раздались смешки. Похоже, слухи о репутации Оллина — фанатика тренировок, маньяка, готового на все ради победы — не врали.

— Сражения, разумеется, в тренировочном режиме, на пару с ТОМом.

Это было хорошо, конечно, Сергей и без того потерял вчера три жизни, обнаружив, что пронести тонну взрывчатки в БАМ, даже в расширенном чарами кармане, невозможно. И вагон оружия тоже.

— Так что, есть желающие?

— Есть! — вперед одновременно ступили Лагранж, Прудент и Хаксли.

— Оу, оу, полегче, горячие головы, — вскинул руку Вульф. — У нас тренировочная дуэль, а не место сведения счетов!

Как видел Сергей, не слишком помогло. Несмотря на уверения, что они все помнят, эта троица явно горела желанием побить Гарольда. Даже без уничтожения мабота можно было как следует избить противника. Остальные мудро решили вначале посмотреть, что может Гарольд, а уже потом ввязываться в дуэли.

— А кто такой Том? — спросил он, вызвав еще пару смешков.

Представители Лагранжей, Прудентов и Хаксли отошли в сторонку, выясняя, кто первый будет бить Гарольда.

— Тренировочный Ограничительный Модуль, — пояснил Оллин. — Разработан на факультете маботостроения, вначале специально для сборной, но затем получил широкое распространение. Ставится и интегрируется с системами капсулы и батареей, представляет собой фильтр, ограничивающий выдачу энергии на заданный процент. Мы обычно используем ограничение в 10%, при десятикратно ослабленном вооружении и ударах достаточно трудно окончательно сломать мабота или убить пилота.