— Встань, — нетерпеливо бросил Сергей, — и иди сюда.

— Благодарю тебя за милосердие, муж мой, — поклонилась ему глубоко Люсита.

Пощечина наотмашь и ее швырнуло на стол, тут же обагрившийся кровью и пара выбитых зубов простучала, укатилась куда-то на пол. Сергей взвился и навалился на Люситу, ощущая себя коршуном, схватившим добычу. Стол затрещал и просел, Люсита пискнула дюймовочкой, на которую навалился великан.

— Ты тоже скучал, — простонала она болезненно в стол, впилась зубами в губу, прокусывая ее.

Сергей вошел в нее до конца, расплющил на столе и пришпилил к нему, дотянувшись до ядра, и начал оперировать. Треск стола и болезненные стоны, Сергей не сдерживал силы и магии, рвал Люсите задницу и лечил, правил каналы и ядро, накачивал магией и выжигал остатки яда и проклятий. На языке у него вертелась шутка про то, что тело ее стало меньше и туже, но в слова она так и не оформилась.

Кровь их смешивалась воедино, обновляя не только связь брака, но и родственные узы, и Сергей просунул руки, ухватил Люситу за маленькие грудки, после чего его вдруг пронзило странным воспоминанием. Словно он стал героем хентая, полного инцеста и любви между братом и сестрой, а то и сестренками. Возбуждение его начало резко падать, но в этот момент Люсита вдруг забилась под ним, задергалась так яростно, что тело Сергея уступило и тоже дошло до финала.

— Как мне этого не хватало, — прошепелявила Люсита, поднимаясь с окровавленного стола.

Синяк и деформированная щека, кровь капала из рта и с сосков, чертила алые линии на темно-красной коже. Люсита оскалилась довольно, демонстрируя щербины, и руки ее ощупывали ягодицы, а один из пальцев, кажется, даже скользнул в анус, спеша заткнуть его и не дать полученному вылиться наружу.

— Да, это было бы опасно для ребенка, — согласился Сергей, падая обратно в кресло.

Взмах руки и все раны с повреждениями словно смыло или стерло с Люситы, даже зубы прыгнули на место, и она заулыбалась еще сильнее. Уселась на шатающийся стол и откинулась, оперлась на руки, чуть раздвинула ноги, словно приглашая полюбоваться на себя и взять еще раз, только теперь уже правильно.

— Я не заслужила пока нового ребенка и не заслужила твоего прощения, — заявила она, — но я буду стараться и принимать твои новые наказания.

— Их тоже надо еще заслужить, — проворчал Сергей в ответ.

— Как ты жесток, — надула губки Люсита, явно подражая кому-то.

Ей не шло, и она сама это сразу поняла, прекратила ломать комедию.

— По поводу стараться — есть одна задача, которая давно уже маячит на горизонте, но которой так никто и не занялся, по разным причинам. Дедуля Фейн и его Джозеф Фокс кормят меня завтраками, Кристина что-то все мялась, потом словно забыла и занялась другими вещами, а все мои доверенные люди, связанные с безопасностью, недостаточно знатны и влиятельны.

Сергею приходила мысль подписать на это дело брата Барри и его новую жену, но так и не рискнул.

— Я собрал вас здесь, чтобы вы были в безопасности, но раз уж ты наказана, — посмотрел он многозначительно на Люситу, и та вздрогнула в радостном предвкушении.

— Для меня есть только один император и это ты, Гарольд, — сказала она, пытаясь дотянуться босой ногой до его груди. — Говори, что нужно сделать!

— Нужно достать из архивов СИБ отчет о расследовании смерти моих родителей. Наверху что-то темнят и все не дают мне доступа под разными предлогами. Было бы неплохо обойтись без привлечения внимания к этому вопросу, но как это сделать, я не знаю. Кристина выглядела идеальным вариантом, но теперь ее нет.

Еще предстояли похороны и объяснения с дедулей Фейном и той же Белиндой, от чего у Сергея во рту появился отчетливый привкус кислого говна. Подобными делами, если они не касались боевых союзов, следовало бы заниматься Кристине… хотя Люсита тоже получила схожее образование.

— Справишься и ты станешь моей новой Кристиной, — сказал он, ловя ножку Люситы и целуя пальчик. — Той, что стоит выше других жен, моей истинной Луной Империи.

Глаза Люситы сверкали, грудь вздымалась, и она снова прокусила губу, не замечая того.

— Разумеется, не забывая о Южной Америке и тех войсках, что прибыли сюда оттуда.

В голове пронеслись картинки, как за время его отсутствия инки уже сожгли и зарезали весь Париж, и Сергей чуть содрогнулся. Нет, Гефахрер доложила бы ему об этом, без исключений.

— Разумеется, — согласилась Люсита. — Империю не следует оставлять без внимания. Ты в курсе, что случилось на том приеме?

— Ширли замаскировала Кристину своими иллюзиями, чтобы выглядело так, словно живота и нет, и ей не предстояло вот-вот рожать, — произнес Сергей. — Кристина не дождалась обещанных мной изменений и ринулась помогать, исходя из того, что имелось под рукой.

— Вот именно, Гарольд. Умалчивания, помощь не вовремя, непонимание твоих планов и в то же время готовность помогать тебе погубили Кристину, — утерла кровь с подбородка Люсита. — Она тоже не предвидела такого покушения и тот факт, что Кристина была внучкой императора Фейна, можно и нужно использовать к пользе общего дела, твоего дела, Гарольд!

— Пляски на костях мертвых?

— Так мог бы сказать обычный простак, но ты Гарольд Топор! Гарольд Император! Вспомни, разве Кристина поддавалась подобным предрассудкам?

— Нет, — признал Сергей.

— Кристина использовала все, что могло пойти на пользу тебе и твоему величию, Гарольд, а значит и на пользу империи, — горячо зашептала Люсита.

Она уже переместилась со стола к нему на колени, опустилась, впуская Сергея в себя, благо они оба оставались обнажены. Застонала, прогнулась и опять застонала, когда Сергей ухватил ее под спину.

— Для пользы империи нам нужна помощь США, — заявил Сергей.

— Конечно, Гарольд, конечно! — Люсита протянула руки, вонзая пальцы ему в спину.

Рядом возникла Гефахрер и на мгновение замерла с пустым взором, словно загипнотизированная, даже шагнула ближе, будто собираясь принять участие.

— Новый штурм Парижа, милорд! — закричала она, очнувшись.

— Проклятье! — Сергей вскочил, но Люсита даже не подумала стряхиваться с него, повисла, словно обезьянка, пытаясь продолжить начатое. — Хм, ведь там же как раз контингент инков⁈ Заодно и покажешься им!

Вихрь магии окутал его, стряхивая Люситу, возвращая одежду и перенося всех троих прямиком в Париж.

Облака и еще облака, километровые стены облаков мчались на Париж и расходились, словно амбразуры в дотах. В разрывы вырывались первые лучи света, обрушивались на город уже лазерными лучами, стремящимися сжечь все снизу. Внизу вспыхивали зеркала, магические щиты, отражали лучи или уводили их вбок, били и стреляли в ответ, снаряды и чары влетали в облака и исчезали в них, словно и не было.

— Великая Облачная Стена! — почти прорычала Люсита, вскидывая руку.

Сергей бросил на мгновение взгляд вниз, Эйфелева башня еще стояла, но ей явно крепко досталось. Париж преобразился, стал больше похож на укрепленную крепость, которая, впрочем, не могла остановить атаку с небес.

— Сен-Лоран и Дамуры, — процедил сквозь зубы Сергей, — и кто-то еще с ними.

Облака были полны магии, но при этом у них находилось еще что-то внутри.

— Милорд! — выкрикнула Гефахрер, вскидывая руку.

— Ах вы ж бляди!! — выкрикнул Сергей зло.

Облака вспыхнули изнутри, словно налились багровым пламенем, и пролились дождем, ледяным, секущим, убивающим на месте, полном градин, льда и отравы. Магической отравы, проклятий Мальдиков! Где-то внутри Сергей невольно восхитился таким эффективным сочетанием сил трех родов и зарычал, ведь подобную комбинированную атаку они подсмотрели у него или выдумали на основе его, Гарольда Топора, ударов!

— Всем в укрытие! — выкрикнул он, телепортируясь ниже и щелкая по Эйфелевой башне.

Звук прокатился по городу, обрушился на горожан и здания, и даже облака слегка дрогнули, но тут же продолжили свой полет. Метеомаги и воздушники в связке с Мальдиками, проклинателями, и Сергей готов был бы поклясться, что внутри еще полно Риваров, Лабри и Перро, только и ждущих, когда же Гарольд Топор сам прыгнет в их новую ловушку.