Жара. Песок. Африка. Где-то в глубине континента, далеко от городов, расположилась махонькая деревушка. Несколько десятков хижин, мелкий скот, куры. Население занималось всем понемногу: кто-то промышлял охотой, разводили скотину, сеяли сорго и сладкий картофель. Обычная деревня, коих тут много.

Темнело. Юника залегла за чахлый куст тамариска и ждала. Она ждала часа «х». Объект — вон та женщина из племени, занимается хозяйством около хижины и сейчас возится с большой кастрюлей у тлеющего костра.

Песок. Песок везде: он набивался в обувь, в складки одежды, скрипел на зубах. Мелкая пыль, казалось, заполнила каждую клеточку кожи.

Чахлый куст тамариска источал слабый сладковатый запах. Под ногами изредка мелькали мелкие ящерки. Солнце медленно спускалось к горизонту, сумерки накрыли деревню, тени от редких деревьев и кустарников вытянулись и наконец стали давать кое-какую прохладу.

Юника сидела неподвижно. Очень важно не привлекать внимание и уметь ждать. За те годы, что носится по этой планете, она неплохо натренировала такой важный навык, как терпение. Ждать неподвижно в течение пары часов ей было совсем не сложно. Сначала она изучала обстановку, подмечала расположение объекта, и людей, попадавших в рабочую зону, а затем просто ждала. В такие минуты она предавалась фантазии или вспоминала приятные моменты. А еще мечтала.

Тихий шорох послышался где-то за спиной. Настолько тихий, что любой нормальный человек его бы не услышал. Но Юника не была «обычным человеком»: ее зрение и слух были очень остры. Настолько, что ни один современный человек с ней просто не мог бы соперничать.

«Ягуар. Но откуда он в Африке?! Впрочем, это же не ТА Африка. Да и какая разница? Хоть не белый медведь и то хорошо. Ну вот, теперь все ясно - предстоит встреча со зверем. Сумерки — самое время для охоты. Крупный экземпляр: явно не в первый раз он на людей нападает, — подумала Юника, вглядываясь в сгущавшуюся тьму, — и крадется уверенно».

«Да, этот точно людоед! В целом, задание не сложное, бывало и хуже», — она прищурилась и увидела, что зверь уже выбрал другую добычу — ее саму. Это хорошо: не придётся «светиться» в деревне, и она сможет уйти незамеченной. Нужно быстро принять решение, чем биться.

«Огнестрел привлечёт внимание — мне это не нужно, значит арбалет или лук», — мысленно она выбирала оружие из своего арсенала.

«Черт! Арбалет не доступен! В арсенале лишь холодное оружие. Да что ж такое происходит-то?! Совсем меня решили изжить?» — отправив вселенной свое недовольное послание, она выбрала копье с острием подлиннее.

«Будет сложно: опять сбой! Всего за месяц второй сбой. Сейчас нет полного доступа ко всему арсеналу! Шлепнула бы его тихо из арбалета и адью, а теперь придется повозиться как следует», — пронеслось в голове. Будет непросто: он килограмм сто пятьдесят весит, не меньше, а она — пятьдесят шесть. Да и работать нужно тихо.

Время на размышления больше не осталось. Она присела на корточки в пол-оборота к зверю и замерла в ожидании, приготовив руку с клинком для удара — ждала момента, чтобы воткнуть в него острие копья. Ягуар понял, что его заметили, но ничуть не смутился этим фактом, а, наоборот, резко ускорился.

«Быстрый, гад, и уверенный», — промелькнуло в голове Юники.

В тот же миг кошка сделала прыжок вперед, целясь ей в лицо своими когтями. Однако реакция Юники была гораздо быстрее, чем ожидал ягуар: голова ее резко ушла в сторону и вниз. Уже в полете зверь рывком вытянул вперед лапы, чтобы попытаться когтями достать добычу. Девушка среагировала мгновенно: пригнулась и отстранилась вправо, одновременно она выставила вперед копье и со всей силы сделала выпад. Зверь взвыл и кувырнулся через голову, приминая телом куст тамариска.

Боль мощно резанула висок и затылок, и по глазам Юники хлестанула кровь. Клок выдранных волос повис на куске кожи. Ягуар был мертв — удар оказался точный, прямо в сердце. Но перед смертью он успел ободрать ей голову в нескольких местах. Жгучая пронзительная боль на мгновение сковала ее. Девушка застонала, но старалась делать это как можно тише. Впрочем, это уже не помогло: местные аборигены заметили возню в кустах и сбегались на шум. Нужно убегать быстро.

— Кузя! — позвала она слабым голосом. Огромный конь, вороной с подпалами, мгновенно оказался около нее и тут же лег на землю. Цепляясь онемевшими пальцами за гриву, она вползла в седло, легла на шею коня и приказала:

— Фиксируй! — черные ремни появились из седла и обвили ее ноги, еще один широкий ремень перекинулся через спину и затянулся на шее лошади. Как только конь почувствовал давление ремня, то тут же вскочил и рванул, подняв клубы пыли. Местные аборигены остановились в недоумении: нет, они, конечно, видели лошадей, но не таких огромных. К счастью, всадника было уже не разглядеть.

Через несколько минут Юника и конь были так далеко от любой цивилизации, что их точно никто не мог увидеть. Лошадь остановилась, и всадница медленно сползла на землю. Нужно подождать.

Обычно рядовая рана болела не больше трех минут, затем боль уходила и рана затягивалась. Так было всегда, до последнего задания, когда Юника познакомилась с Эндрю. Самая глубокая или большая рана заживала не более чем за два-три часа. У нее была только содрана кожа — это минут тридцать.

Прошло десять минут, и ничего не менялось, даже наоборот, боль нарастала.

«Опять сбой! Нет, они точно от меня избавиться решили!» — досадная мысль вяло ползла в ее голове. Кровь текла меньше, кусок кожи болтался у виска. Юника осторожно легла на спину, закрыла глаза и стала ждать. Висок пульсировал, затылок жгло. Вновь появилось спутанность в сознании, голова кружилась, становилось хуже. Восстановление не работало.

Прошел час. Пытаясь собрать остатки сознания, она приняла решение.

— Кузя! — позвала девушка, теряя силы с каждой минутой. Конь подошел и аккуратно лег рядом так, чтобы ей удобно было ухватиться за седло. Невероятным усилием воли она заставила себя вскарабкаться ему на спину и мысленно задала координаты Эндрю. Да. Вариантов не было. Первый сбой был у него, того самого врача, и удивительным образом он смог оказать ей помощь. Это не по правилам и ее могут наказать, но выбора не было: либо она будет умирать здесь, посередине африканского континента, либо попытает счастья.

Дождь. Снова грёбаный холодный дождь и темнота. Снова все тот же палисад около дома. Конь осторожно опустился на колени, и она сползла на мокрую землю. Впрочем, от такой погоды есть и плюсы: под дождем ей стало легче. Холодные капли ненадолго привели ее в чувство. Как попасть внутрь? Сил нет. Сознание пограничное. «Ладно, отлежусь немного, соберусь с силами и доползу», — вяло обнадеживало сознание. На этой оптимистичной мысли она отключилась.

***

Кузя.

Вообще это, конечно, абсурд, но кто обвинит вчерашнего подростка в таком романтичном выборе? Мда… Когда встал вопрос, какой транспорт она будет использовать, то ничего более умного, как лошадь, ей в голову не пришло.

Это выглядело красиво и романтично. Она, вся такая прекрасная, будет скакать на бесподобной красоты лошади и покорять сердца окружающих. Ну разве не прелесть?! Заглянем в тик ток или любую другую сеть: ах, сколько там фоточек и видюшек с девушками, скачущими на прекрасных лошадях — волосы назад. Это потом она поняла, что скакать-то она будет не для фоточек, а для работы, и здесь нужно что-нибудь компактное, современное, типа мотоцикла или авто, а еще лучше суперкостюма как у железного человека. Ну какая девушка захочет такой ужас на себя напяливать?! Эх! Все мы задним умом крепки… Впрочем, была б возможность вернуться и исправить, да она б точно не выбрала лошадь, она бы вообще тогда ничего не выбрала…

Однако несомненный и очень жирный плюс в этом выборе был. Кузя был живой. Его апгрейдили, снабдили искусственным интеллектом так, что, зачастую, он мог принимать очень правильные и своевременные решения, но, главное, оставался живым. Да, Кузя был единственной живой душой, с которой Юника могла просто поболтать и поделиться чем-то, ибо общение с людьми для нее было закрыто, несмотря на то, что она без выходных и праздников вращалась в этом (да и не только в этом) мире среди людей.