— Выдержит. Он и не такое выдерживал! — ее взгляд был хмур и сосредоточен.

Кузя рванул с места, унося всадников вперед, к лесу, а кобылка, оставшись посреди поля без седока, устало смотрела, как они удаляются все дальше.

Вот уже и лес. Конь ломился через заросли и буераки, не разбирая дороги и не сбавляя скорости. Всадникам только и оставалось, что лежать на его шее да уворачиваться от веток и стволов.

И вот впереди замаячило знакомое болото. Сейчас тепло, и болото оттаяло полностью. Какая глубина — неизвестно, но Юнику это не беспокоило. Девчонка была решительна и упряма, как будто что-то знала.

И она действительно знала. Как только ее огорошили новостью о том, что Морок в плену, она почувствовала внутри мощнейший всплеск энергии. Как будто взрыв в самом центре солнечного сплетения всколыхнул ее и волной разлился по всему телу: она точно знала, что происходит и чувствовала, что должна сейчас же оказаться там, где они с Кроомом прожили самое счастливое время — в родной избушке.

Поэтому уже несколько часов гнала Кузю во весь опор туда, где был их дом, и с каждой минутой все сильнее ощущала ее — свою силу.

До болота оставались считанные десятки метров:

— Держись крепче, Сайфор, и не бойся ничего, — крикнула она кузнецу, который сидел сзади, впившись обеими руками в луку седла.

«Расшибемся… как есть расшибемся», — животный страх накатил на него, и тот уж подумывал, не сигануть ли с лошади прямо на скаку. Однако уверенность девушки его слегка обнадеживала.

Седоки подскакали к самому краю, и Кузя мощным толчком, пружиной взмыл вверх, в небо. Они летели среди деревьев, набирая высоту, пока не оказались над лесом.

Сайфор зажмурился от ужаса, но через несколько секунд открыл глаза: под ними разлился бесконечный океан зелени. Это было потрясающее зрелище: ветер обдавал прохладной свежестью, облака, казалось, вот-вот поглотят их в свои уютные пуховые колыбели, а там, внизу, расстилался и шумел лесной ковер, украшенный синими нитями рек.

Вскоре они стали снижаться: впереди, за рекой, на поляне, показалась крохотная избушка — бывшее жилище Юники и Кроома.

Приземлившись, кузнец с трудом слез с лошади: руки и ноги затекли, а дыхание перехватило так, что говорить он не мог, лишь махал руками, то показывая сторону избушки, то в сторону реки, и вращал полубезумными глазами.

— Да, Сайфор, знаю, прости, что напугала тебя, но мне очень нужна твоя помощь здесь, — сказала Юника, не глядя на своего спутника. Привычным движением она поправляла подпругу на седле.

— Это ваш дом? — наконец справившись с шоком от полета, произнес он.

— Да, мы жили здесь. Временно. Это место моей силы.

— Силы? Что за сила такая? — испуганно спросил кузнец.

— Мне дана сила, но здесь я ее потеряла. Когда узнала, что Морок в опасности, я почувствовала ее импульс и поняла, что мне нужно вернуться сюда, чтобы обрести силу вновь. Теперь я готова навестить Радогора, — ответила она, повернувшись лицом к Сайфору.

— Ты поедешь одна? — тревожно спросил спутник.

— Неа! Полечу одна! — с каким-то задором ответила девчонка.

— Ты справишься? — недоверчиво переспросил кузнец.

— Не сомневайся. Но ты нужен мне здесь: наведи порядок в избушке, пока меня нет, и жди Кузю. Когда он вернется — действуй по обстоятельствам, — девушка вдела ногу в стремя и вскочила в седло.

— А ты разве не вернешься? — с тревогой спросил Сайфор.

— Надеюсь, что вернусь, — ее лицо было спокойно и ничего не выражало, как будто это маска.

— Ты какая-то странная стала, как не живая, — он с подозрением поглядел на Юнику.

— Глазастый! Да, есть такое, — она улыбнулась, но лицо осталось неподвижно.

— Глаза! Глаза только живые! — он ласково заулыбался.

— Жди Кузю, — подобрав поводья, Юника взмыла в небо и через несколько секунд превратилась в точку.

Путь до замка Радогора не занял и десяти минут. Кузя превосходно летал, но все-таки не так, как раньше — со скоростью света.

Долетев до земель Барса, она поднялась повыше, чтобы ее не могли рассмотреть снизу. Добравшись до замка врага, всадница внимательно рассмотрела его расположение, определила, где входы -выходы. В целом, это была типовая постройка тех времён.

Все замки так или иначе были схожи: двойные стены, ров, подъёмные ворота, башни, темницы, хозблок. Но у Радогора было исключение: в самом центре, помимо донжона, был отстроен настоящий дворец. Это каменное сооружение, примыкавшее к донжону с одной стороны, но высотой этажа в два, с колоннами и витражами. Прямо эволюционный прорыв! Явно хозяин не сильно беспокоился о нападениях врагов, потому что никакой функциональной пользы от дворца не было — только для развлечений или приема гостей с шиком и очень комфортного проживания.

Наметанным глазом она определила, где вероятней всего может располагаться темница.

Теперь нужно спуститься и незаметно пробраться внутрь.

Дождавшись ночи, девушка неслышно спикировала во двор замка. Спешившись, она велела Кузе спрятаться и ждать, а сама нырнула в одну из хозяйственных построек — предположительно птичник. Там очень удачно обнаружился замызганный фартук и пара плетеных корзин.

Свернув руками курице голову, она положила ее в корзину, напялила фартук и пошла к донжону. Обойдя его, Юника нашла вход для прислуги и нырнула туда. Охрана, глянув в ее корзину, спокойно пропустила девушку внутрь, решив, что та следует на кухню.

Через несколько метров Юника повернула в боковой коридор и стала искать спуск в подземелье.

Впрочем, искать долго не пришлось: зловоние и темная лестница впереди указывали на то, что она идёт правильным путем.

Спустившись вниз, при тусклом свете единственного факела, она прошла вглубь, мимо ряда запертых дверей с махонькими окошками — камерами заключенных. Осторожно заглядывая в каждую, она разглядела своих бойцов. Их было около одиннадцати человек. Но Морока среди них не было. Однозначно его держали отдельно.

Незаметно для узников, она выскочила из подвала и отправилась на поиски лестницы, чтобы попасть наверх.

Уже светало, и на кухне начали возиться заспанные повара, готовя блюда на завтрак.

Юника осторожно кралась мимо подсобных помещений, но вдруг ее внимание привлекла небольшая, в половину человеческого роста дверь, очень похожая на дверь в погреб, но из-под нее пробивался солнечный свет.

«Зачем свет в погребе?» — подумала она и приложила ухо к двери. Ее острый слух различил едва слышимый стон.

Дверь была заперта на засов.

Девушка вернулась назад и по очереди проникла в каждую подсобку. Затем наведалась в кухню: там грузная женщина чистила кастрюлю, а немолодой повар неопределенного возраста, жарил что-то на сильном огне. На кухне оказалось то, что искала Юника — окно нужного размера!

Она тихо подкралась к женщине и резко надавила ей на точку в области затылка. Та через пару секунд потеряла сознание и грузно повалилась на пол, выронив кастрюлю.

Повар, услышав грохот, обернулся в ее сторону и, бросив сковороду, подошел к упавшей. В этот момент Юника подобралась к нему сзади и движением руки тоже «уложила спать».

Затем она вернулась к погребу и открыла засов: на деревянной скамейке в полумраке, босой, в штанах и рваной рубахе, лежал Морок. Он тихо стонал.

Юника окинула его взглядом: все его тело было покрыто синяками и ссадинами, по неестественно вывернутому плечу можно было судить о переломе или вывихе, голова разбита, запекшаяся кровь на лице.

Она подошла к нему, и подсунув руку под шею, стала осторожно приподнимать парня. В этот момент Кроом очнулся. Лицо его исказилось от ужаса:

— Ты что тут делаешь? — шепотом спросил он, но Юника сильной рукой крепко обняла его за пояс и потащила на выход, а точнее в кухню.

Добравшись до окна, она открыла его и тихо свистнула. Окно находилось на высоте примерно трех метров от земли.