- Да, но отыскать новых тоже нужно. У него большая территория и много народу проживает. А еще он просил протестировать своих сыновей на наличие у них каких-либо талантов, - продолжила девушка.

Кроом вздохнул: явственно упорствовать - лишь обострять отношения, а отпустить ее он очень боялся.

С другой стороны, не отпускать - значит не доверять. Да, он не доверял, но не Юнике. Он слишком много знал о кознях и дворцовых интригах.

- Ладно. Когда планируешь выехать?

- У меня такой план: чтобы не терять времени, Радогор прибудет сюда. Мы пустим паровоз, и первые несколько десятков километров проедем на нем, затем двинемся через серую зону, заглянем к Сайфору, а потом он сразу поведет меня показывать свои владения.

- Я так понимаю, что договоренность уже есть?

- Да, он прибывает через неделю! - она заулыбалась, гордясь таким масштабным и многофункциональным планом, который ей удалось разработать без вмешательства князя Морока.

- Хорошо, хорошо, за твою улыбку я готов отпустить тебя даже к Радогору, но с условием: возьми Сайфора, - Морок изо всех сил искал точки соприкосновения с ней, поэтому хватался даже за такую банальщину, как прямая лесть.

Но Юника проигнорировала его заход:

- Сайфор занят. Ты мне не доверяешь? Или ты Радогору не доверяешь?

- Радогору, конечно, - как-то совсем спокойно ответил князь.

- А я доверяю!

“ Ну и зря,”- подумал князь, но вслух сказал:

- Как скажешь.

Свое недовольство он надёжно утаил от девушки.

На том они и порешили.

Ровно через неделю в их замок прибыл Радогор. Почти без свиты. Его сопровождало лишь несколько воинов, которые вели с собой навьюченных лошадей. Выглядело все так, как будто он собрался в дальний поход, только оружия при нем было мало.

“Ну да, старается показать, что он безобиден, ага, знаем, знаем”, - Морок критически оглядел гостя и, холодно поздоровавшись, двинулся вместе с Юникой и ее отрядом к пункту отправки поезда.

***

Громадный черный паровоз у деревянного перрона пыхтел и вздыхал. Это было что-то абсолютно новое для этого мира, но несмотря на свою величественность и пугающую мощь, он не вызывал страха у обывателей, наоборот, лишь любопытство и заинтересованность. При этом он был точной копией первой машины, созданной в мире Юники на Земле.

Суровое изделие: грубо обработанный цилиндр, в котором находились паровой котел и топливная камера для сжигания угля и древесины, грозно гудело и грело теплом окружающее пространство.

Над цилиндром виднелась труба, из которой вырывался темный дым от сгораемого топлива.

Локомотив завершался кабиной машиниста, который радостно выглядывал в окно и махал руками людям. Следом за локомотивом был прицеплена небольшая платформа с топливом. И уже дальше был пристегнут один пассажирский вагон и два грузовых.

Лошадей и свиту погрузили в грузовые, а сами расположились в пассажирском, на мягких диванах, оббитых тончайшей кожей.

Диваны располагались так, чтобы собеседники могли сидеть напротив друг друга.

Громко, свистнув, паровоз зашипел, закряхтел и сдвинулся с места.

Изумлению и радости не было предела: удивлялся Радогор, а радовалась Юника. Морок же был спокоен и равнодушен. Он смотрел в окно на медленно уходящие вдаль крыши и стены замка.

Радогор низким голосом, не спеша, рассказывал о своих детях, о том, что им хочется попробовать себя в чем-то новом, необычном. Потом поведал о том, что сам разыскал и подобрал несколько человек, которые, по его мнению, могут заинтересовать Юнику.

- Так что в целом, много ездить не придется. Я подготовил короткую программу, чтобы не утомлять вас, ваша светлость. Ваши специалисты уже ведут разведку в области ге-о-ло-гии, - он с трудом, по слогам произнес сложное для него слово. А также есть первые подвижки в сельском хозяйстве. А еще очень неплохо бы использовать вашего коня. Мы приготовили маточный табун, чтобы он улучшил поголовье наших лошадей и передал им свои прекрасные качества.

-Да, Радогор, конечно, я думаю, будет такая возможность, - радостно соглашалась Юника.

Морок предпочитал молчать всю дорогу. Разговор шел строго в деловом русле и, как он не старался, не мог прочувствовать, где врет Радогор, а где нет. И это было плохо.

Через пару часов они доехали до первого пункта назначения.

Слуги вывели лошадей и навьючили их.

В то время, пока Морок готовился отправиться на поезде в обратную сторону, Юника и Радогор уже сидели в седлах.

Князь испытующе строго смотрел на Юнику своими зелеными глазами:

— Буду ждать, — коротко бросил он ей, и развернувшись на каблуках, зашагал туда, где шипел и готовился к отправке паровоз.

Не дожидаясь, когда железная громадина поедет в обратный путь, всадники выдвинулись к серой зоне, поднимая пыль дорог.

Их путь петлял, проходя по лесу и сворачивая в ущелья, где они решили заглянуть к Сайфору на рудник. Дела там шли превосходно, поэтому бывший кузнец не нашел времени, чтобы водить господ по экскурсиям: новая партия руды готовилась к отправке, и все находились в штольне. Однако Радогор отметил, что масштабы разработок действительно колоссальные.

Они, практически не останавливаясь, поехали дальше и вскоре оказались в землях Барса.

***

Радогор с Юникой ехали чуть впереди всех, так им доставалось меньше пыли. И хоть охрана ехала поодаль, им не было тревожно - места эти были обжитые и разбойников тут давно не попадалось.

— Госпожа. Я могу задать вам вопрос? — начал Радогор осторожный разговор: его волновал один момент из прошлого, который он хотел бы для себя разъяснить.

— Да, конечно, — учтиво ответила девушка.

— В тот день, когда вы… ранили меня, ваш помощник, Сайфор, кажется, он приехал на вашей лошади, ведь так?

— Да, так.

— Эта лошадь, она необычная?

— Ты верно подметил, необычная.

— Но как?! Как она летает?! — вдруг его тон из спокойного и делового изменился на возбужденный.

Князь явно был переполнен эмоциями и уже не очень мог их сдерживать.

- Радогор, честно, я не знаю, как он летает, но это умение у него не всегда проявляется. В тот раз мне повезло — и конь полетел, — девушка не горела желанием рассказывать князю о своей силе.

— Простите мне мою бестактность, но я уверен, что этот конь необычный для … нашего мира.

— Для вашего? — переспросила Юника.

— Да. Давным-давно одна старая провидица говорила о звезде, упавшей в наш мир.

— Очень интересно! И что же она рассказала? — интерес ее стал неподдельным. Если в этом мире есть реальные провидцы, которые могут как минимум знать о ней или о Мороке, то не мешало бы с ними познакомиться. И, возможно, выяснить для себя что-то важное.

— В ее словах было много необычного, сейчас, за давностью лет я уже и не вспомню, потому что тогда отнесся к ней с пренебрежением — я не поверил, но теперь мне кажется, что речь шла о… вашем коне (он не стал прямо говорить, что речь шла о Юнике).

На самом деле он прекрасно помнил то пророчество: ему суждено было повстречать упавшую с неба звезду — свою судьбу, которая принесет ему счастье и горе. Кто именно был его судьбой — не ясно. И что именно подразумевалось под словом «судьба» — тоже не выяснено.

Помолчав немного, он все-таки решился спросить:

— Вы ведь не отсюда, я прав? — он пристально смотрел ей в глаза, ожидая ответа.

Юника молчала, впрочем, этот ответ его тоже вполне устроил: по ней было ясно, что он прав.

Дальше они ехали не проронив ни слова. Князь пытался успокоиться и прийти в себя от этого открытия, а Юника просто предпочитала лишний раз не открывать рот — ибо чревато неприятностями.

— Ваша светлость, мы сейчас приедем в одно поселение, здесь я обнаружил любопытного типа, — после затяжного молчания обратился князь к Юнике, указывая на мелькавшую за деревьями впереди крохотную деревеньку.