А там уже завязалась битва. Часть команды было ранено, часть укрылась за деревьями и отстреливалась.

Меж деревьев быстро мелькали люди, одетые в одинаковые доспехи. На этих доспехах красовался герб: снежный барс в прыжке.

Сайфор понял, что это люди Радогора. Он был уверен, что до серой зоны их отряд не дошел, а значит люди Радогора нарушили установившееся правило и ввалились на территорию царства Морока. Это явно была провокация!

Кузнец подобрал лук раненого бойца и притаился за деревом. Он не спеша натянул тетиву и ждал, когда из-за ствола высунется голова врага. В этот момент позади себя он услышал звук ударов топора по дереву — один из бойцов Радогора рубил канат, на котором висела Юника.

В несколько прыжков он подскочил к врагу и, ухватив его за горло своей огромной ручищей, второй рукой выхватил кинжал и воткнул его под нагрудник вражескому солдату. Тот повалился навзничь. Сайфор отпустил его горло и наклонился к канату, чтобы вытянуть девушку. В этот миг веревка лопнула. Юника полетела в воду.

Ни мгновения не раздумывая, отважный парень прыгнул за ней.

Бурный поток поглотил девчонку с головой, завертел, притопил еще несколько раз и выкинул ниже по течению. Она барахталась, но никак не могла всплыть. Ее все время затягивало под воду. Девушка стала захлебываться, но кузнец подоспел вовремя. Он подхватил ее одной рукой и подтянул вверх, чтобы ее голова была над водой.

— Держись за шею! — крикнул он ей, перекрикивая шум бурлящей воды. Она уцепилась двумя руками за шею и прижалась к нему.

Сильными гребками кузнец уверенно подплыл к берегу, но никак не мог ухватиться: отвесные камни были скользкими и гладкими — руке не за что было зацепиться.

Еще с полчаса они боролись с водной стихией, но течение становилось все быстрее, и в скором времени впереди показался водопад. Как ни старался Сайфор, но силы уже покидали его, и через несколько минут они полетели вниз вместе с потоками воды. Юника разжала руки и отпустила шею Сайфора. Ее ударило о воду и затянуло глубоко на дно, а через несколько секунд вытолкнуло обратно на поверхность.

После водопада, течение стало спокойным, а река разлилась широкой полосой.

Сайфор вынырнул рядом, поймав девушку, снова зацепил ее себе за шею, придерживая рукой. Сил у нее уж не было даже чтобы держаться. Кое-как он догреб до пологого берега, и они смогли выбраться на сушу.

С полчаса они просто лежали на песке. Сайфор был вымотан и еле дышал. У Юники болела голова: при падении в водопаде, ее течением протащило по дну, и она ударилась о камни. Ей было плохо.

Отдышавшись, кузнец поднялся, отряхнул песок со штанов и огляделся. Противоположный берег возвышался отвесной скалой, а тот, куда выплыли Юника и Сайфор, зарос лесом: деревья подступали почти к самой воде.

— Ты как? — спросил Сайфор.

— Голова. Я сильно ударилась, — ответила Юника слабым голосом.

Он подошёл к ней и осмотрел голову: на затылке пульсировала огромная лиловая шишка, из которой сочилась кровь.

— Жить будешь. Надо идти. Они могут нас догнать, а у меня оружия нет, только кинжал.

Юника медленно встала и, пошатываясь как осинка на ветру, пошла за Сайфором. Ноги ее не слушались, голова кружилась, и тошнота подкатывала к горлу.

Парень понял, что она не ходок, а сил нести ее на руках у него нет, и решил немного углубиться в лес и там заночевать, тем более что уже смеркалось.

Наломав лапника, он сконструировал ей лежанку и ушел набирать веток для костра.

«А ведь еще нужно хоть какой-то еды раздобыть», — думал он, ломая ствол тонкого деревца.

«А чем же я костер-то разведу?!» — эта мысль пришла ему в голову, когда он притащил охапку веток.

Юника лежала закрыв глаза. Она слышала, как Сайфор возился с ветками, но костер не разжигал. Сквозь пелену боли, она вспомнила, что разжечь нечем, а значит он будет мокрый всю ночь мерзнуть. Усилием воли девчонка приподнялась и огляделась: перед глазами плыло, но она смогла рассмотреть небольшой каменистый выступ.

— Сайфор! Вон там, видишь? Выступ. Камень должен быть твердый, попробуй найти отколотый кусок и высечь искры.

Да, камень действительно оказался подходящим. Сайфор, быстро орудуя кинжалом, высек искру и разжег огонь. Теперь они могли обогреться. Стемнело. Девушка провалилась в болезненный сон, а Сайфор снял с себя одежду и сушил у костра, раздумывая над тем, как им дальше жить.

Утром девчонке стало легче. Она смогла подняться и дойти до реки, чтобы умыться. Нетвердой походкой Юника добрела до кромки воды и опустила руку. Прохлада проникла через кожу, и она почувствовала некоторое облегчение. Несколько минут девушка плескала себе на лицо холодной водой, ощущая, как боль становится все слабее. Затем не спеша пошла обратно на свою лежанку.

Вернувшись, она увидела, что Сайфор уже не спит: он раздувал потухший огонь.

— Нужно чего-то поесть, — вяло сказала Юника.

— Знать бы, где добыть. Для грибов сейчас не сезон, если ягод только поискать, — задумчиво проговорил он, дуя на разгорающиеся угли и подкидывая ветки.

— Нет. Рыбы наловишь. Расскажу, где и как найти ее, только нужно из твоего кинжала копье сделать. Я тоже покажу как, — медленно ответила Юника, осторожно опускаясь на колючую лежанку.

— Так ты у нас еще и охотница? — он ласково посмотрел и улыбнулся ей. В глубине души он был даже рад, что они остались наедине. Кузнец уже догадался, что могло произойти в замке между ней и ее возлюбленным, от чего девчонка бежала как от огня, и в его могучей груди зародился корешок надежды. Да, прошло уже не мало лет, а парень до сих пор не был женат, и тому была причина: он все еще любил Юнику. Безответно, без надежд.

Ей стало приятно от его улыбки. Она была благодарна ему за его поступок, ведь он спас ее, но почему-то вслух ничего не сказала.

— Да так, всего помаленьку, — еле слышно ответила она.

— Ну, копье я и сам сделаю, а вот рыбу ловить не пробовал никогда.

Юника с трудом доползла до берега и начала объяснять, как видеть рыбу и правильно направлять копье, чтобы не промахнуться. Привалившись плечом к валуну, она рукой показывала, куда и как ему двигаться, старательно описывая закон физики из раздела оптики. Они потратили на это часа два, пока Сайфор не приноровился и не зацепил наконец довольно крупную рыбеху.

Подхватив девушку, кузнец вернулся к костру. Осторожно уложив ее на лежак, он насадил на палку свою добычу и повесил рыбку жариться над костром.

— Нам нужно на тот берег, но как добраться? Там везде скалистый обрыв — не зацепиться, — начал он рассуждать, после того, когда рыбка была приготовлена и съедена.

— Мне немного отлежаться надо, дня три, как голова пройдет, двинемся вниз по реке. Как только увидим, что противоположный берег стал пологим или хотя бы есть, где зацепиться, мы построим плот и поплывем туда, — медленно произнесла Юника.

— Ага! Чем я тебе плот построю? Кинжалом?

— Да. Я покажу тебе деревья, которые ты сможешь свалить при помощи кинжала. Единственный их минус — не очень хорошая плавучесть, так как у них пористая древесина. Свяжем бревна с помощью нарезанной на ленты коры. Я тоже покажу. И весла будут из коры.

-Ну ничего себе! Да откуда ж ты все знаешь-то?! — присвистнул Сайфор, глядя на Юнику с уважением и каким-то благоговейным трепетом.

Но она как обычно не ответила, а закрыла глаза и задремала: в голове бил набат и сил говорить уже не осталось.

Следующие три дня Сайфор ловил рыбу, а Юника отлеживалась. Когда, наконец, боль отступила, и голова у девушки перестала кружиться, скитальцы двинулись вдоль реки. Они старались не забираться сильно в глубь леса, чтобы не потерять русло из виду.

Питались в основном рыбой, иногда попадались раки, а еще съедобные водоросли.

***

Так прошла еще неделя.

В один из дней кузнец снова ловил рыбу. На этот раз он зашел довольно глубоко, и двигаясь по пояс в воде, долго бродил вдоль берега, периодически с шумом кидая копьё в воду. Он решил наловить рыбы побольше, чтобы потом идти без промедления хотя бы два-три дня. В какой-то момент он понял, что вся рыба куда-то исчезла, хотя только что их спины мелькали тут и там под водой. Собравшись было выходить на берег, кузнец услышал за спиной мощный всплеск и огромная волна через секунды толкнула его в спину.