Люди Гильермо те, что были с ним, подняли руки. Показали, что не при делах, но оружие с них никто не сводил.

Я подошёл к Гильермо. Он стоял, сжав челюсть, и смотрел на своих бывших союзников без капли сочувствия.

— Вот эти твари, — сказал я, кивнув на распластанных по земле, — здесь, в нашем городе, не будут. Либо они сейчас собираются и уёбывают, либо пойдут на удобрение в огород. А с тобой Гильермо у нас будет отдельный разговор.

Тот самый здоровый, которого Теодор уложил первого, лежал на земле, уткнувшись лицом в грязь. Его держали двое военных. Он заорал, захрипел, начал брыкаться.

— Сука! Гринго! Я тебя убью! Ты, белая мразь! Да я тебя...

Он нёс какую-то дикую смесь из испанского и английского, переходя на крик и слюнявые оскорбления, глаза бешеные, красные и непонятно то ли бухой, то ли обдолбанный. Может, и то, и другое.

Гильермо посмотрел на него, потом на меня.

— Он не из наших, — сказал он тихо. — Они прибились к нам когда мы уезжали. Мы не могли их выгнать сил не было, но они не мои люди.

— Мне плевать, чьи они, — ответил я. — Они тронули моего человека, на моей базе. Ты понимаешь?

Гильермо кивнул.

— Понял. Я сам с ними разберусь.

— Нет, — сказал я. — Они уходят сейчас, Живыми... Или не уходят вообще.

Гильермо посмотрел на меня, потом на своих. Те молчали.

— Хорошо, — сказал он. — Я скажу им.

— Не надо, — я повернулся к своим. — Обыскать, забрать всё оружие и вывести за ворота. Если кто-то рыпнется, стрелять без предупреждения.

Военные кивнули, начали обыскивать, выворачивать карманы, снимать рюкзаки. Придурки орали, но не сопротивлялись, слишком много стволов было направлено в их сторону.

Гильермо отошёл в сторону, встал рядом со своими. Я слышал, как он сказал кому-то тихо:

— Я же говорил. Я же говорил, что эти гринго серьёзные люди.

Через десять минут восьмёрку, без оружия, без припасов, вытолкали за ворота. Они стояли, оглядывались, орали что-то, но назад не лезли.

— Если увидим ещё раз, стрелять, — сказал я Харрису.

Он кивнул, а я повернулся к Гильермо.

— А теперь поговорим.

Он кивнул. Мы пошли к ангару. Сзади кто-то вытирал грязь с рук, кто-то успокаивал Эми. Жизнь продолжалась. Но осадок остался. И его придётся смывать...

***

Бен приходил в себя, и чувствовал себя чуть лучше, чем вчера. Немного отоспался, вылежался, пропотел и теперь даже ощущал какую-то лёгкость, а ещё желудок громко заурчал, напоминая, что пора бы что-то съесть.

Он поднялся, кое-как оделся и, слегка пошатываясь, начал более детально обыскивать дом. На кухне нашёл здоровенный нож взял, чисто на всякий случай. Бен начал обыск и обшарил тумбочку за тумбочкой, только к его разочарованию все было пусто, здесь уже побывали и вынесли всё, что можно было и нельзя.

Бен уже хотел уходить, когда нога зацепилась за бугорок под линолеумом. Сначала не обратил внимания, потом присмотрелся, а и было видно что линолеум поднимали неоднократно. Больше немедленно секунды он откинул его и увидел люк.

Сначала он хотел просто его открыть, но его рука остановилась возле самого крючка, он подумал и постучал по крышке, прислушался, так как учил Айзек... Ни звука и только после этого он его распахнул. Внизу темно и тихо, он достал из кармана зажигалку, ту самую, что нашёл у трупа. Щёлкнул ею, и опустил вниз, чтобы посветить.

А когда увидел, что там... у него потекли слёзы.

В небольшом подвальчике стояли банки с закрутками. Огурцы, помидоры, компот, тушёнка домашняя. Всё, что нужно, чтобы не сдохнуть с голоду.

Бен спустился, сел на корточки и просто смотрел на эти банки. Потом вытер слёзы и начал собирать всё очень аккуратно, стараясь не разбить.

Бен достал несколько банок — открыл одну с домашней тушёнкой, другую с огурцами. Пока ел, вспомнил, что таблетки так и не забрал из комнаты с ходячим... Голова тогда вообще не думала.

Он тяжело усмехнулся, а после тихо про себя проговорил.

— По-моему, до этого она никогда не работала, раз я оказался в такой ситуации.

Он доел, вытер нож о штаны и поднялся наверх. Постучал в дверь, прислушался, ничего. Бен отодвинул комод от двери и открыл её. Ходячий всё так же висел, и при виде Бена снова начал тянуть к нему руки. Он по привычке обошёл его по широкой дуге, взял коробку с таблетками.

У выхода остановился, повернулся висячему ходячему и тихо произнёс.

— Спасибо, — сказал он.

Тот не ответил, а только руки тянул к ему.

Бен вышел, задвинул комод обратно. Спустился на кухню, налил себе компоту, выпил и задумался. Стоит ли продолжать путь сейчас или лучше прийти в норму?

А потом просто он осознал простую истину, лучше пока прийти в себя. Самочувствие ещё слабое, сил нет никуда он не денется... Потому он решил для себя что сейчас вернётся назад в комнату и отдохнёт...

На этот раз лёг, укутался в одеяло и чужую куртку, а после уснул... С улыбкой на лице... Впервые за долгое время.

Разговор с Гильермо состоялся. Сказать по правде, никто из наших не горел желанием, чтобы они оставались на базе, да и сами они особо не стремились. Ребята они более адекватные, чем те, кого мы уже выперли за ворота, но они тоже не любят кому-либо подчиняться и привыкли сами за себя стоять.

Потому решили так: выделяем им часть города, большой супермаркет в западном районе. Место подходящее — стены крепкие, крыша ровная, подходы простреливаются, а так же я отправлюсь с ними, и часть людей, чтобы помочь зачистить супермаркет, а заодно и присмотрим, как они работают.

Гильермо вопросов задал много, сразу видно человек дружит с головой. Так же он успел коротко рассказать сколько дерьма им пришлось хлебнуть, причём в основном от других выживших...

— Как вы у их оружие отобрали? Что это за хрени у вас спинах? И костюмы эти... откуда?

— Сделал сам, — ответил я коротко.

Он посмотрел, но переспрашивать не стал, хотя очень хотел.

— А орда? В любом городе есть орда. Где они сейчас?

— Уничтожили... Полностью... Теперь в городе остались только одиночные ходячие да те, что заперты в домах, но это уже дело времени.

Гильермо кивнул, задумался, да и сказать по правде на его лице было полное охреневание и растерянность, кажется он сам не понимал откуда вообще нам все это досталось, как мы истребили орду, и прочее. Было видно как он хочет задать ещё кучу вопросов, ну похоже боялся, но он все же собравшись силами он задал главный для себя вопрос.

— И что вы от нас хотите?

— Помогайте с зачисткой. Контролируйте свой участок, чтобы левые личности через него не лезли. Докладывайте, если что-то произойдёт или найдёте, ну там припасы, оружие, инструменты... не беспокойтесь, в обиде вас не оставим и главное не создавайте проблем.

— А если мы не справимся?

— Всё зависит от того в чем именно вы не справитесь, с зачисткой города можете не помогать, просто оставим ваш участок в покое, а там уже сами разбирайтесь, вот если начнёте создавать проблемы, то это уже будет совсем другой разговор — ответил я. — Но пока я верю, что справитесь.

Гильермо усмехнулся.

— Ты дашь нам оружие амигос, хотя бы наше?

Ну, да... Их тоже разоружили на всякий случай.

— Вы получите стволы, да и отдадим те, что отобрали у тех идиотов. Оружия у нас их больше, чем стреляющих, и возможно получите кое-что из моих разработок, но только если вы зарекомендуете себя нормально... Без глупостей.

Он кивнул.

— А припасы? просто сейчас у нас осталось на пару дней, ну это если есть раз в день.

— Выделим немного. На первое время хватит, а дальше сами.

Гильермо протянул руку. Я пожал.

— Договорились.

— И ещё, — добавил я. — Пока ваши раненые не оклемаются, можете оставаться на базе, но только пока.

Как не странно, но ранеными оказались именно люди Гильермо. Те придурки, которых мы выперли, особо на рожон не лезли, и они не пострадали.