Она шевельнула рукой и почувствовала, как холодная сталь впилась ей в запястье.

«Ну, это предсказуемо, я и не сомневалась, что так будет», — печально подумала она и глубоко вздохнула:

— Вечер добрый.

— Ночь уже давно, — без капли любезности ответил Эндрю.

— Сколько я была без сознания? — ей было плевать, сколько, но девушка тянула время, чтобы обдумать, как быть в этой непростой ситуации.

— У меня часа четыре, а до этого — не представляю, — Эндрю ликовал: он видел, что она пытается вырваться и не может, и понял, что, наконец, ухватил удачу за горло. Сейчас он эту чуду-юду раскрутит по полной, как миленькую, никуда она не денется.

«Бороться и гнуть цепи, конечно, можно, такой рекорд тоже есть, только руки после этого будут травмированы. А судя по тенденции последних месяцев, лечить их будет тот, кто эти цепи и навесил. А вдруг он не захочет? Резона упираться нет», — здравый смысл шептал ей единственное верное решение.

— Ладно, — вздохнула Юника, — давай договариваться.

— Вот и молодец! — весело ответил Эндрю, — ты прям как джинн, да? Три желания можешь исполнить? — его тон перешел на издевку.

— Ну так развяжешь? — в голосе слышалась обреченность: попалась птичка - не вырваться.

— А вдруг ты убежишь? — он уже знал, что она не убежит, но никак не мог отказать себе в удовольствии помучить ее этим беспомощным состоянием. Это была месть за предыдущий раз, когда она оставила его с носом.

— Не убегу, обещаю, — твердо ответила Юника.

Эндрю взял ключ от наручников и неспешно расстегнул их.

— Кофе угостишь? — спросила Юника.

— Я не умею его варить, — зачем-то соврал Эндрю, видимо продолжая сводить счеты за бесполезную трату времени в попытке проверить в лаборатории материалы, что он собрал в прошлый раз.

— Тогда я сварю. Ведь кофе у тебя есть? — предложила девушка, надеясь выкроить себе еще 10 минут и придумать хорошую правдивую ложь — вот, что сейчас требовалось.

— Да, на кухне, — слегка обескураженно ответил ее мучитель.

Доктор не торопился. Хотя внутри он просто изнемогал от любопытства, но внешне был холоден и равнодушен. Он отвел Юнику на кухню и достал из шкафа кофе и турку.

— Кофемашины нет, — хитро глянул он на нее, решив оценить кулинарные способности.

— Не надо, — сухо ответила она и принялась за дело.

Вскоре по кухне потянулся аромат свежесваренного кофе. Юника разлила его по чашкам, и они сели за стол друг против друга.

— Начинай, — скомандовал Эндрю.

— С чего? — так и не сумев выдумать более-менее достойное вранье, она приготовилась к худшему.

— Да с самого начала!

— Совсем с самого?

— Да!

— Хорошо. Что ты знаешь о параллельных вселенных? — печаль и обреченность слышалась в ее голосе. Юника мысленно начала готовиться к худшему.

От этого вопроса у Эндрю просто перехватило дух.

«Вот это да! Я, конечно, догадывался, что здесь какие-то секретные разработки, но чтоб вот так!» — пронеслось в его голове, вслух же он ответил:

— Будем считать, что ничего!

Девушка знала, что вот за ЭТО ей точно раскурочит загривок еще раз. Никогда и никому на свете ни в этом, ни в другом мире она ничего не рассказывала о себе и своей работе, и тем более, о тех, кто ее создал. Такую информацию она не должна выдавать!

Юника закрыла глаза, поняв, что сейчас стоит перед очень трудным выбором. Снова принять боль, которую она испытывает при ударе молнии и возможность жить дальше, хоть и зависеть от того, кто сейчас сидит перед ней, или понадеяться на то, что эта встреча у нее последняя и больше сбоев не будет. Девушка никогда не жила иллюзиями, по крайней мере последние тридцать лет.

Страшно! Это как прыгнуть с обрыва.

«Я храбрая, я смогу! — настраивала себя девчонка, - он нужен мне, без него не выжить — это факт, но если не скажу как есть, он может попытаться добиться информации по-другому… Шантаж, например. Лучше не портить отношения с начала, чем потом стать окончательно зависимой. И как знать, что он в будущем захочет потребовать за мое исцеление.»

Мысленно настроившись на то, что молния — это быстренько, вот прям р-раз, и она уже в отключке, девчонка открыла глаза, и собравшись с духом, продолжила:

— Ты не пугайся только, но то, что ты сейчас увидишь, тебе не понравится, однако по-другому никак.

— Я готов! — победным голосом ответил настырный доктор.

Уставившись на своего оппонента, девушка, медленно и старательно проговаривая слова, произнесла:

— Я не из этого мира. Меня прислали сюда выполнять поручения. Судьбоносные. Со мной никто не должен контактировать. Даже если я вынуждена близко взаимодействовать, то в памяти у людей не должен оставаться мой облик. Единственное, с кем я могу контактировать без ограничений: маленькие дети и сумасшедшие. Им все равно никто не поверит. Сейчас я нарушаю правила.

Она, вздохнув, закрыла глаза снова и замерла.

Ровно через секунду прямо в воздухе вспыхнула молния, раздался мощный грохот, и Юника замертво упала. На шее сияла точно такая же рана, как и несколько часов назад.

Эндрю, оглушённый, сидел неподвижно еще несколько минут и наблюдал, как кровь растекается по полу, окрашивая мраморную плитку в вишневый цвет. Опомнившись, он бросился к девушке и зажал пальцами рану. Ткани почти сразу начали стягиваться, а кровь остановилась. Пальцами он чувствовал, как незримые силы стирают последствия его опрометчивых действий.

Прошло примерно четыре часа, и Юника очнулась. Доктор сидел напротив все в том же кресле. Он был подавлен. Зрелище, которое он наблюдал несколько часов назад, оставило неизгладимый след в его памяти.

— Ты как? — робко спросил Эндрю. Вся его напыщенность и гордость давно улетучились. Сейчас его глодали лишь стыд за то, что вынудил девочку совершить такой самоотверженный поступок и страх от осознания того, что за ней стоят невероятные, неизученные, недосягаемые силы.

— Так же как и в предыдущий раз, — вяло ответила Юника, — но восстанавливаться буду дольше. Слишком частые удары не дают возвращаться быстро. Ощущение — как с похмелья, — усмехнулась она, не двинув при этом ни единой мышцей на лице.

— Это из-за моих вопросов, да? — понимая, что ответ будет утвердительным, он все еще тихо надеялся, что это не так.

— Да, — равнодушно ответила девушка.

— Почему ты не остановила меня?! Почему не предупредила? — как же ему сейчас захотелось переложить ответственность с себя на нее!

— А ты бы поверил? — она повернула к нему свое лицо и устало посмотрела на него. Впрочем, он этого не понял.

— Да, пожалуй, я бы захотел убедиться… — задумчиво согласился он, — прости меня! Прости, я больше этого не допущу!

Внутри него неожиданно что-то дрогнуло, заворочалось, какое-то давно потерянное ощущение, словно отголосок чего-то очень важного, но позабытого. Эндрю слегка поморщился. Да, он видел смерть и не раз, и ошибки допускал, но это было работой, и никуда не деться, ведь как известно, у каждого хирурга есть своё кладбище. А вот когда всего лишь любопытство, вопрос, заданный не тому и не тогда, на его глазах почти уничтожил живого здорового человека… К такому он готов не был.

— Послушай. Уже утро, я опаздываю на работу. Давай так: раз уж я могу тебя видеть и тебя за это не…

— Наказывают, — продолжила Юника.

— Да, не наказывают, ты можешь быть у меня в любое время дня и ночи. Я так понимаю, что войти в квартиру для тебя не проблема? Приходи, приезжай, прилетай, в общем, как и когда угодно. И… Даже если меня не будет дома, все равно… — он запнулся, неловкость слышалась в его голосе - мужчина явно нервничал. Стараясь загладить свою вину, он спешно искал возможность хоть как-то исправить ситуацию, понимая, что предложить-то нечего.

— Хорошо, договорились, — Юника посмотрела на браслет: там уже разгоралась красная точка — она становилась все крупней и пульсировала.

— Это твой… — начал было Эндрю и тут же умолк, — я могу спросить об этой штуке на руке?