— Извините, не видел, что вы отложили. Может другие покупатели их нечаянно купили? — равнодушно ответил молодой парень лет 20 — ти.

— Какие другие? Здесь же нет никого! — возмутилась она, но парень лишь пожал плечами.

Оплатив парик, она раздраженная и расстроенная вышла из магазина:

«Ну вот, теперь придется шить по памяти! Но елки — палки, какой же красивый костюм был! Эх, я, балда!» — мысленно корила себя Оливия за нерасторопность.

***

— Фелиция, давай быстрее, мы уже опаздываем! — громко крикнул Эндрю, — я собрал детей, мы тебя ждем!

— Никуда мы не опаздываем — на ярмарку нельзя опоздать, — возразила Фелиция, спускаясь по лестнице.

Эндрю смотрел на нее влюбленными глазами: для него эти 6 лет пролетели как миг. Он обожал каждое ее движение, каждый взгляд и слово. Он был бесконечно благодарен судьбе в лице Юники, что свела его с этой женщиной.

— Там еще представление будет! Можем не успеть!

Они сели в машину и направились в центр города, где проходила ежегодная ярмарка.

Припарковав машину, Эндрю сразу повел детей на трибуны, откуда зрители могли наблюдать шоу.

Взобравшись на верхний ряд, семья заняла свои места. Мужчина разместил детей у себя на коленях, чтоб им лучше было видно, а Фелиция села рядом.

Там, внизу, разворачивалось фантастическое действие: актеры в рыцарских латах бились на мечах, их сменяли трюкачи с огненным шоу, потом акробаты взмывали в небо и кувыркались в воздухе. А под конец представления на поле вышли всадники.

Они показывали конные трюки: прыгали через огненные препятствия, рубились на мечах и метали на скаку ножи. Под самый конец в центр арены вылетела девушка в черной переливающейся куртке, черных штанах и сапогах с затейливыми узорами. Ее конь резко отличался от остальных: он был вороной масти и значительно крупнее других лошадей.

Она пустила его галопом вдоль арены мимо трибун и встала ногами на спину лошади, затем развернула коня и пронеслась обратно уперевшись плечом в седло и вытянув ноги вверх. Снова развернувшись, она свесилась сбоку коня и держась одной рукой за седло, второй помахала зрителям.

Эндрю внимательно наблюдал за ней. Ее образ был слишком похож на его давнюю знакомую. Циничный доктор не верил в совпадения. И тут он почувствовал, как стало противно ныть такое забытое и вновь ожившее чувство — интуиция.

Пересадив детей на колени Фелиции, он быстро стал спускаться вниз.

В ту же секунду ребенок из первого ряда уронил мяч, который бодро покатился прямо под ноги несущегося во весь опор коня. Лошадь, увидев мяч, резко отпрыгнула в сторону и девушка сорвалась. Её нога запуталась в стремени и она повисла вниз головой.

Обезумевшая от страха лошадь начала носиться по арене. Люди повскакивали со своих мест: кто-то кричал, дети заплакали, кто-то начал прорываться к выходу. Ассистенты бросились на поле ловить лошадь.

Эндрю набирал телефон клиники:

— Пришлите скорую на центральную ярмарку, срочно, здесь чп! Готовьте операционную: чмт, переломы множественные, — кричал он в трубку сквозь гвалт и вопли.

Затем, убедившись, что скорая выехала, он бросился на поле. Лошадь наконец поймали, высвободили ногу всадницы из стремени. Девушка лежала неподвижно. Крови не было видно. Нога была неестественно вывернута в нескольких местах. Голова была вся в пыли, из-под съехавшего на бок черного парика выбились локоны светло-русых волос. Это была Оливия.

— Пропустите, я врач, — скомандовал Эндрю. Окружавшие девушку люди расступились, и он подошел ближе и наклонился к ней.

Эндрю начал осматривать ее, и воспоминания нахлынули и облили его ледяной водой: та же куртка, сапоги, штаны, но лицо другое. Нет, это не Юника, но так похожа на нее!

Подъехала скорая, погрузили носилки, и Эндрю поехал вместе с ней.

Фелиция наблюдала за ним сверху: она понимала, что по-другому сейчас нельзя. Для Эндрю нельзя. Когда толпа рассосалась, она неспешно спустилась вниз и повезла детей домой. Мудрая женщина слишком хорошо знала своего мужа: он не успокоится, пока не решит, что для пациента опасность миновала. Ей казалось, что он всегда был такой самоотверженный, но он-то помнил, как менялось его сознание с момента знакомства с Юникой.

Оливию ввезли на каталке в приемную. Дежурный врач начал заполнять документы.

— Ее в нейрохирургию нужно, срочно. Ее лошадь головой несколько минут по земле долбила, — начал Эндрю.

— Да разберёмся. Сейчас заполню и отвезём.

Но Эндрю ждать не мог:

— Кто сегодня в нейро дежурный?

— Нернсби, вроде, — не отрываясь от бумаг, ответил дежурный.

Эндрю быстро набрал номер Джейка:

— Джейк, давай вниз, тут экстренная, по твоей части, — коротко сообщил он и положил трубку.

Оливия была накрыта блестящим покрывалом. Сестра в скорой почему-то надвинула часть покрывала ей на лицо и зачем-то подтянула парик на место, пока они ехали в клинику.

Джейк влетел в приемную:

— Где? Показывай!

— Там, за ширмой! — кивнул Эндрю и увидел, как его друг побледнел и вцепился рукой в косяк двери. Белые губы Джейка что-то шептали, но ни чего не было слышно. Он переводил взгляд то туда, где была ширма, то обратно на Эндрю.

Эндрю обернулся и увидел, что из-за ширмы виднеется нога девушки, обутая в переливающийся огоньками сапог.

Он прошел к ширме и распахнул ее, затем сдернул одеяло.

Джейк выдохнул и заморгал часто, как будто ему соринка в глаз попала. Потерев пальцами переносицу, он несмело двинулся к каталке, где лежала девушка.

«Нет, не она, слава Богу, это не Юника», — он взялся за ручки каталки и повез к себе отделение. В коридоре подоспели санитары, которые бодро завезли девушку на этаж в операционную. Джейк скрылся за дверями. Выйдет он оттуда только через сутки.

Поздно ночью Эндрю вернулся домой, разделся и тихо нырнул к жене под одеяло.

— ну как? — спросила Фелиция. Она не спала — ждала мужа.

— Джейк взял ее на операцию, он сегодня дежурит.

— Ну и славно, значит за нее можно не беспокоиться, по себе знаю, что Джейк лучший, — Фелиция зевнула и отвернулась к стенке.

«Неспроста это все, ой неспроста, — уже сквозь сон размышлял Эндрю, — Ладно, завтра разберёмся», и заснул.

Наступил день. Джейк все еще находился в операционной.

Ближе к обеду он наконец закончил. Все показатели у девушки были стабильны, прогнозы хорошие. Он дополз до ординаторской и сел пить чай, когда к нему заглянул Эндрю.

Молча сев напротив Джейка, он принялся постукивать ногтями по столу:

— Ну, что скажешь? — наконец начал он.

— Прогноз хороший, надеюсь ей это без последствий обойдется, — вяло пробормотал Джейк.

— Ты ж понимаешь, что я о другом спрашиваю? — он пытался поймать взгляд друга, но тот, все время сидел потупившись.

— Подделка! — коротко ответил Джейк.

— Ты о чем? — не понял Эндрю.

— Об одежде ее… И сапогах. Сделаны из синтетики, в сапоги на аккумуляторе встроены неоновые шнуры, подделка, в общем, — равнодушно сообщил Джейк.

— Так это само собой, но где она могла это увидеть? Неужели ты веришь в совпадения? Ведь узоры в точности повторяют сапоги Юники, да и куртка похожа! Это не совпадение. Она ее где-то видела или контактировала, — стал настаивать Эндрю.

— Ладно, придет в себя — спрошу. Устал я, спать поеду, — Джейк отстранил от себя кружку с недопитым чаем и откинулся на спинку дивана.

Эндрю поднялся и вышел, решив вернуться к разговору позже.

Джейк добрался до дома, не раздеваясь упал на кровать и почти мгновенно заснул. Проспав около 16 часов, он встал, сделал себе кофе и стал вспоминать прошедший день.

«Эндрю снова был прав! Это не совпадение!» — махом выпив всю кружку, он быстро собрался и снова поехал в клинику.

Переодевшись в халат, Джейк направился к своей загадочной пациентке. Зайдя к ней в палату, он проверил показания: все было в норме. Теоретически она должна была скоро проснуться, если конечно, с ней не приключится такая же история, как с Фелицией.