С западной и восточной стороны от них полукругами располагались двухэтажные дома — тоже общежития, но уже для избранных, для представителей магических родов. Тут тоже шло заселение, но уже спокойнее. Диски свернули еще, полетели по основной дороге, мимо четырехэтажных общежитий. Сергей ощущал завистливые и восхищенные взгляды, наверняка были еще и перешептывания, но вслушиваться не хотелось.

Цель их полета располагалась севернее.

Отделенные невидимой, но ощутимой — при помощи обостренной чувствительности Гарольда — магией, здесь располагались особняки Священных Родов. Широко, не прижимаясь друг к другу, они занимали берег огромного Русалочьего озера. Виднелись пристани, лодки и катера, видимо не запрещенные, в отличие от маголетов. За озером, как Сергей знал из путешествия по образу Академии, располагались различные полигоны и тренировочные площадки, включая поле для маботов, а также заповедник БАМ, с теплицами и полями, засеянными магическими растениями.

Сейчас, когда они летели с юга на север через всю Академию, Холлоу — поселение рядом, выросшее для обслуживания нужд магической школы, ставшей БАМ, оставалось по правую руку и позади. В каком-то смысле эти особняки Священных Родов находились в самом сердце Академии.

Двумя полукружьями, повторяя дуги общежитий для магических родов, и, словно бы очерчивая еще один защитный круг, располагались здания факультетов, каждый из которых специализировался на той или иной разновидности магии. Там же располагались исследователи, раздвигающие границы и возможности магии.

А затем они подлетели к особняку Чопперов, воротам, украшенным гербом Рода — скрещенными топором и палочкой, и неизменным девизом «Руби, не глядя!»

— Прошу вас, глава Гарольд, — сказал паренек, служитель Академии, как-то незаметно оказавшийся впереди.

Сергей коснулся ворот, немедленно ощутив отклик, проверку на силу крови. До Дживса, магического искусственного интеллекта, тут было далеко, да и магических слуг не предвиделось — ведь источника в этом подобии мэнора не имелось. Да и дядя Альфард говорил, припомнил Сергей, что главы Рода тут еще не учились.

Имело ли это значение? Непонятно.

— Церемония Распределения состоится в девять часов вечера, в главном зале, — сообщил паренек напоследок, после чего быстро укатил прочь на диске, прихватив все остальные с собой.

— Церемония Распределения? — повернулся он к Саманте.

— А, это больше для новой крови, — отмахнулась та, — тебе, братец, церемония не нужна, с тобой же и так все ясно.

— Саманта, — негромко, но с нажимом и намеком в голосе произнес Сергей. — Мы не дома.

Та сделала вид, что смутилась, после чего пояснила уже нормально.

— Общее собрание для тех, кто только приехал учиться, чтобы, значит, ощутили себя общей семьей, а остальные на них могли посмотреть. Профессора там, преподаватели, объяснение общих правил, потом еще Гамильтон выступит, с приветственным словом.

— Выступит? — переспросил невольно Сергей.

— Ну да, — не так поняла его Саманта, — но не жди откровений и рассказа о сути магии, так, обычное приветственное слово, да напоминание о высокой миссии магов, ничего особенного. И сама церемония, определение, кто к чему больше склонен. У тебя вот боевая магия и пилотирование. Если хочешь, можешь пройти Распределение — может, эти умники из Академии еще что у тебя найдут. Они постоянно совершенствуют свою магию и приборы, благо подопытных свинок-студентов хватает.

Саманта хихикнула, намекая, что к Священным Родам это, конечно, не относится.

— Ты же говорила, что два года обучения — для выявления специализации?

— И это тоже, — согласилась Саманта. — Ну что, может, все-таки войдем внутрь или так и будем болтать у ворот?

Трусость? Робость? Сергей не знал, но понял, что да, тянет время этим разговором. Сделал приглашающий жест, затем обернулся на Дэбби и Барри. Первая робко озиралась, словно подавленная обстановкой, второй просто стоял с непроницаемым лицом, словно видел такое сотню раз.

Они прошли к особняку — привольно раскинувшемуся дому, в каком-то старинном стиле.

— Так, — Сергей коснулся входной пластины и неожиданно пришло понимание, что нужно делать, — Дэбби, коснись этой же пластины. Потом ты, Барри.

Он подтвердил мысленно разрешение, теперь Дэбби и Барри будут своими, защиты особняка не будут на них реагировать. Провести за собой кого-то они не смогут, это право есть только у Главы и тех, кому он доверил такое право. Можно и не доверять, но тогда придется каждый раз самостоятельно ходить к воротам, чтобы проводить внутрь гостей.

— А ты и так своя, — посмотрел он на Саманту.

Та лишь пожала прекрасными плечами. Спрашивать, жила она здесь или где-то еще, Сергей не стал — какая, в сущности, разница? Приказывать защитам дома Саманта не могла, остальное можно было узнать позже.

— Так, до церемонии еще есть время, как раз хватит осмотреться, разложить вещи, решить, кто где будет жить и, возможно, отдохнуть и перекусить с дороги. Кстати, а что тут с едой?

— Раз ты не привез с собой повара… — с притворным огорчением вздохнула Саманта.

— Чего? — вырвалось у Сергея.

Магических слуг и источника тут не было, так что если кто-то хотел (и имел возможности) наслаждаться и дальше беспечной жизнью, то надо было всё привозить с собой и заранее подавать заявки. На мабота, на поваров, на служанок, на всё и вся.

— Ничего, на второй год будешь умнее, братец, — улыбнулась Саманта.

А дядя Альфард промолчал, подумал зло Сергей, хотя знал, что Гарольд не знает. Мелкая месть? Щелчок по носу за то, что он отказался от руки Лоры?

— Ты тоже промолчала, — напомнил он.

— Ты бы видел себя в те минуты, — ничуть не смутилась Саманта. — Наверняка послал бы всех и вся, начал бы кричать, что ты независим и так далее.

Резон в ее словах имелся, злость на родственников была сильна.

— Я… я умею готовить, милорд, — робко заметила Дэбби.

Барри чуть улыбнулся, намекая, что его и Парри этому учили.

— Да я и так независим, без шуток, — усмехнулся Сергей.

По сравнению с его прежней жизнью и общежитием — даже те четырехэтажные здания показались бы огромным улучшением. Отдельный зачарованный особняк? Все равно, что скакнуть из нищих студентов в миллиардеры. Обстирать себя и приготовить что-нибудь уж так точно сумеет. А если разучить соответствующих заклинаний, так вообще.

— На самом деле не все так страшно, — поняла намек Саманта, — еду можно заказывать, все бытовые дела берет на себя персонал Академии, хотя, конечно, будет немного странно, если Глава рода будет носить белье в общественную прачечную.

— Я могу носить, — парировал Барри. — И готовить.

— Так, устраивайтесь, — сказал ему и Дэбби Сергей, — иначе так можно долго болтать.

Он сделал приглашающий жест, поманил за собой Саманту в гостиную. Там Сергей сел в кресло, Саманта привычно плюхнулась на диван.

— Я все понимаю, — произнес негромко Сергей, — честолюбие и желание возвыситься — страшная сила, а дядя Альфард был и остается Главой-по-Выбору. Со мной же все пока неясно, да и учишься ты тут последний год, а потом надо будет возвращаться в Род и Чоппер-мэнор.

Саманта, собиравшаяся что-то съёрничать, притихла, ощутив серьезность момента.

— Именно поэтому дядя Альфард никогда не возвысит тебя, он считает, что твои желания идут во вред делу.

— А ты так не считаешь?

— Я же воспитан простаками, что я могу понимать в магическом мире? Но при этом я все же Глава-по-Праву, не так ли?

Пауза затягивалась, Саманта разглядывала Сергея так, словно хотела просветить насквозь и узнать мысли. Доносилось оханье Дэбби, легкое постукивание, словно кто-то хлопал дверьми.

— Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать, — продолжил Сергей.

Если бы не прошедший месяц, если бы не подготовка к тому приёму, он, возможно, даже не стал бы затевать этого разговора. Махнул бы рукой, списал Саманту со счетов или причислил ее к «партии дяди Альфарда». Это уж не говоря о неловкости такого разговора и необходимости давления и принуждения.