— Хорошо, я доволен вами, — произнёс я после того, как они перестали кричать WAAAGH. — А теперь, бойцы, ты, ты и ты. Идёмте копать яму, в которую будете ходить в туалет.

— Туавет? — спросил орк, стоявший рядом со мной.

— Не туавет, а туалет, — поправил я его. — Это место, куда вы ходите ссать, а не везде, где только можно.

С этим были большие проблемы, так как они опорожнялись там, где ходили, и никого это абсолютно не смущало. Но я собирался это исправить.

— А как копать и куда? — задал он вполне разумный вопрос.

— Как любят говорить в армии, вон от туда и до ночи, а теперь вперёд! Песню запевай!!!

— Я родился, подрос, ну а дальше война,

Не одна и не две — в общем-то до хрена,

Я бы точно сказал, но застали врасплох,

Считать я умею только до трёх... — начали они петь нестройным хором.

Я еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Ведь я им не выдал даже лопат которых здесь в принципе то и нет.

Если я решил остаться здесь, то, конечно, стоит позаботиться о комфорте. Поэтому следующим шагом мы отправимся к ближайшему водоёму, чтобы помыться и привести себя в порядок. Я уже давно пытаюсь внушить им, что настоящие бойзы не должны пахнуть, а должны благоухать.

Многие элементарные вещи мне приходится объяснять им, как детям. Меня поражает, как быстро они учатся. Из этих зеленокожих действительно можно сделать как элитных бойцов, так и добропорядочных граждан, в зависимости от того, по какому пути мы пойдём.

— Ну что, приступим к нашим любимым упражнениям? Пятьсот отжиманий, пятьсот приседаний! Перерыв и повторить.

Чем бы орк ни тешился, лишь бы заебался и не жрал людей. Как поётся в песне, они больше трёх не умеют считать, поэтому качаются до тех пор, пока не устанут, потом отдыхают и продолжают снова. Я же, полюбовавшись этим прекрасным зрелищем, направился в большой шатёр, где меня ждало не менее прекрасное зрелище.

— Снова что-то варишь? — спросил я у шаманки. У неё было забавное имя — «Палка». Как оказалось, у них у всех довольно забавные имена: каменный лоб, гора, тупица... В общем, как таковых имён у них нет, только скорее обозначение их особенностей.

— Да, я, варить, — сказала она с сильным акцентом.

— Что ты интересного варишь? — поинтересовался я, подойдя ближе.

— Зелье, чтобы делать много «хек-хек».

Я отпрыгнул от неё, как лягушка от мощного поджопника, и мне сразу вспомнилась та орчанка, которая пыталась прорваться в мою клетку.

— Бррр, слушай, не говори больше «хек-хек», лучше говори как-нибудь по-другому.

— Как? — она повернулась ко мне и посмотрела с интересом.

— Не знаю, говори например «секс», «сношаться», «ебаться», «чебурекаться», «попрыгать на горе», «кинуть палку», «пошлёпаться»... — я перевёл дыхание — в общем, всё что угодно кроме того, что ты говорила.

— Эм, ладно. А ты хотеть пошлёпаться? Я доделать зелье, и можно.

– Кхм, это довольно прямолинейно, – сказал я. У них, видимо, всё просто: захотел — взял и пошёл. Я хотел спросить о зельях, что они из себя представляют.

– Это для того, чтобы хотеть, – она указала на склянку, – это чтобы живот не болел, а это для поливания ран.

Тут я обратил внимание на связку сушёных грибов, которая висела в её хижине. Эти грибы ценятся сами по себе, они невероятно питательны, хотя обычно у грибов на Земле с этим проблемы, и их питательная ценность меньше, чем у семечек. Каменный гриб, как их называют, сам по себе довольно ценен, из него делают множество блюд, которые по вкусу напоминают копчёную мойву. Но главная их ценность в том, что они растут исключительно в дикой степи, и сбор может осложняться орочьими племенами, поэтому за них идёт довольно большой ценник.

– А почему вы не едите эти грибы? – спросил я, указывая на связку.

– Так от них умирать, – произнесла шаманка со своим неизменным акцентом.

Точно, вспомнил я, сырыми их ни в коем случае нельзя есть — они ядовиты. Но обычная термическая обработка в течение 20 минут делает гриб абсолютно безвредным и съедобным. Судя по тому, как здесь едят всё сырое, неудивительно, что здесь умирают.

– Бери связку и давай за мной, – сказал я девушке.

Мы вернулись в центр лагеря, где был разведён мой первый костёр. Я нашёл пустой котелок, который, видимо, был трофейным, набрал в него воды и поставил на огонь. Ждать пришлось недолго, около двадцати минут. Вода закипела, и я закинул туда грибы. Всё это время шаманка наблюдала за мной с интересом, ожидая реакции. Видимо, она догадалась, что я собираюсь их есть.

После того как грибы утратили свой серый оттенок и стали более тёмными, я с помощью пары палочек извлёк один грибок, подул на него и закинул в рот.

– Ммм, какая вкуснотища, – пробормотал я, вылавливая следующий гриб.

Орки, которые были рядом, смотрели на меня с открытыми ртами, видимо, ожидая, что сейчас я начну биться в агонии. Но я продолжал закидывать в себя грибы один за другим. А потом протянул шаманке один из них. Сначала она с недоверием на меня покосилась, но потом, видя, что я не собираюсь умирать, решила попробовать. Пожевав его немного, она едва не вылезли глаза из орбит.

– Вкусно, – только сказала она. После чего сунулась к котлу.

Окружающие, видя эту сцену, тоже решили подтягиваться к нам. Хватило всего лишь для троих, и запасы в котле закончились.

Затем началась настоящая суматоха: орки отправились в степь собирать грибы, а я, сытно перекусив, направился в свой шатёр. Орки принесли туда солому и листья, а сверху я накрыл всё это кучами разных вещей, которые, видимо, остались от предыдущих пленников. Конечно, постель получилась так себе, но всё же лучше, чем спать на голой земле.

Развалившись на своей лежанке, я задумался о том, как оказался в такой странной ситуации. Я вспомнил свою первую жизнь и прошлый мир, и мне стало грустно. Там я жил тихо и спокойно, даже размеренно. Но в том мире я был больным и слабым, и ни одна красотка не взглянула бы на меня, разве что какая-нибудь извращенка, которой нравятся такие страшные парни. Но, к сожалению, я таких не встретил.

Если бы я вернулся в тот мир, но в этом теле, я бы, вероятно, не знал горя. Я бы жил тихо и спокойно, завёл бы себе жену и ни о чём не беспокоился. Мой родной мир действительно очень спокойный, хотя и там есть вероятность нарваться на неадекватных личностей, которые могут ни за что пырнуть тебя ножом. Но эта вероятность очень мала.

А здесь неправильно чихнул — и на тебя вылез Василиск, подружился не с той девушкой — и вот ты уже гладиатор на арене. Я думаю, если бы мне предложили выбор: вернуться в старый мир и жить таким же убогим, каким и был, или остаться в нынешнем и мой «пиздец» продолжался бы в том же темпе... Сказать честно, я не знаю, как бы ответил на этот вопрос. Я просто не знаю...

Такие мысли продолжались у меня почти до самого вечера.

— Наставник духа, — в шатёр зашла арчанка, которая была с именем палка, — я прийти к вам.

Она подошла к моей лежанке и опустилась рядом. В нос сразу ударил запах каких-то терпких трав, а её бидоны были совсем близко от моих глаз. Ещё раз вдохнув аромат девушки, я спросил:

— Ты мылась? — спросил я с удивлением.

— Да, я смотреть, как вы мыться, я тоже мыться, и все бойза мыться, — проговорила она со своим неизменным акцентом, и мне почему-то это в ней нравилось.

Она встала на четвереньки и поползла ко мне. Я часто осознавал, что мои проблемы связаны с тем, что я не очень разборчив в выборе женщин. Но, чёрт возьми...

Она стояла на четвереньках. Её изумрудно-зелёная кожа блестела, подчёркивая мускулистую, но женственную фигуру. Массивные клыки выглядывали из-под полных губ, а длинные чёрные волосы, заплетённые в две косы с, каскадом спадали по широким плечам.

Она двинулась вперёд, удивительно грациозно для своего крупного телосложения. Каждое движение было текучим, как у хищника, преследующего добычу. Её карьи глаза с не отрывались от меня, а мощные бёдра и упругие ягодицы покачивались в такт шагам. Низкое рычание, похожее на мурлыканье, исходило из её горла.