Что я могу сказать о том, что представлял из себя лагерь Шепчущихся? Грубо говоря, дикари. Здесь были как простые палатки, так и сделанные из кожи ходячих – от них тянуло гнилью, смешанной с сыростью. Тут же стояли самодельные клетки, сбитые на скорую руку из разного хлама, ржавой арматуры, досок и кусков сетки. Валялись какие-то ящики, которые сейчас грузили в один из пикапов. Вокруг были разбросаны тела в масках, а также виднелась кучка выживших, которые сидели на сырой земле, прижимаясь друг к другу. Рядом с ними стояли охранники в скафандрах из моей бригады они держали гвоздомёты наготове, но было видно, что напряжение уже спало.

– Айзек! – мне махнул рукой мужчина возле «Хамви» и судя по голосу, это был Кенни.

Я подошёл к нему и спросил то, что волновало больше всего:

– Как у вас тут дела? Что с потерями?

– Да нормально всё. Одного из наших правда зацепило, пуля прошла между пластинами, но думаю, жить будет, если затягивать не станем. Повезло, что у них огнестрела почти не было. Только вот в живых никого не смогли взять эти придурки дрались до последнего.

Сзади подошёл Карвер и заговорил:

– Хреновенько конечно, ну туда им и дорога, в что насчёт огнестрела это не удивительно. Тут много не постреляешь, особенно когда тебя окружает вонючее войско. Воздух вокруг и так пропитан смрадом, а выстрелы только привлекают лишнее внимание.

– Угу. А у вас что там? – спросил Кенни с интересом.

– Четверых потеряли, но Шептунов вроде всех перебили а если кто и остался, то разбегутся как тараканы от включённого света.

– Это радует, надеюсь, эти твари больше не побеспокоят. – Кенни повернулся и махнул нам рукой. – Пошлите, осмотрим выживших. Один из этих пид... Кхм... В общем, похоже, держал здесь целый гарем.

В итоге мы все вместе направились к выжившим и когда подошли практически вплотную, Карвер замер, словно увидел призраков, а потом с его уст сорвалось одно слово:

– Диана...

Я проследил его взгляд и увидел, как он смотрит на одну из девушек, что сейчас была побрита налысо. Вообще, она немного отличалась от остальных пленниц у тех взгляд был как у дохлой рыбы, они казались сломленными и практически ни на что не реагировали. А эта девушка, увидев Джона, расплылась в улыбке.

– Мой Ниган... – протянула она шёпотом, и в этом шёпоте слышалась странная нежность.

– Джон? – я вопросительно посмотрел на него.

– Это... Это Диана. Я... Я говорил тебе о ней.

– Это та самая?

Но он не ответил просто подошёл к девушке и стиснул её в объятиях. Та прижалась к нему, словно искала защиту, и я заметил, как её плечи дрогнули.

– Мой Ниган... Ты пришёл за мной...

– Всё будет хорошо, Диана. Теперь я рядом.

Мы с Кенни тактично отошли в сторону, давая им время побыть наедине. От лагеря всё ещё тянуло гнилью и сыростью, но этот момент встреча двоих среди всего этого ада казался почти нереальным.

– Повезло твоему другу, – сказал Кенни, покосившись на обнимающуюся пару.

– Да, Джону очень повезло. Всё-таки чудеса иногда случаются.

– Ага, лишь бы только они хреновыми не были. Да и вообще, она какая-то мутная.

Я выгнул бровь.

– Чего так?

– Да в ней вообще какого-либо страха не чувствуется, словно её тут не в плену держали, а в гостях. И этот её вечный бред, что он скоро придёт...

– Ну, возможно, она имела в виду Джона.

– Наверно, плевать на чужие тараканы в голове, своих хватает.

– Согласен, Кенни, – я вздохнул, оглядывая лагерь. – Ладно, давай соберём всё ценное, что здесь есть, и свалим уже наконец.

– Угу. От этого места у меня мурашки по коже. Уже назад к Кате хочу...

Мы понемногу начали собираться. Всё было бы хорошо, если бы одна из пленниц не подошла к телу убитого Шептуна, не взяла его мачете и не вскрыла себе горло на глазах у всех. От этого вида меня переколотило, а в мозгах невольно всплыли воспоминания о том, что творили люди после «знакомства» с обелиском... Эти твари просто поломали девушек. Повезло, что эта Диана ещё выглядит более или менее адекватной, хотя от её улыбки мне становится не по себе. Но в принципе, такое пережить и не поехать головой, нужно иметь неимоверную силу воли.

– Айзек, глянь.

Я подошёл туда, куда меня позвал один из военных Харриса. Сказать по правде, от этого вида мне чуть не стало тошно: в небольшой яме лежали кучи трупов, причём довольно свежих. Запах разложения смешивался с сырой землёй, и от этого воздуха хотелось надеть назад шлем, который я недавно снял.

– Похоже, это были пленники, – констатировал он.

Рядом заговорил ещё один боец.

– Похоже на то. Только вот почему эта пятёрка... Кхм... четвёрка выжила? Почему их не убили?

– А смысл их убивать? Они же и так уже в состоянии овоща. Их даже из клетки приходилось выводить.

Я стоял и смотрел на кучу тел, и не мог понять что-то важное. Словно что-то ускользало от меня, но я никак не мог ухватить эту мысль. Решив пока отбросить лишние мысли, я повернулся к бойцам:

– Закопайте яму. Это единственное, чем мы можем им помочь.

Развернулся и пошёл в автобус. Кроме меня, внутри никого не было, а потому я просто сел на стул возле рации и подпёр голову, чувствуя, как в висках всё ещё пульсирует боль от удара.

– Как же я устал... – тихо проговорил я в пустоту.

Тут раздался голос по внутренней связи:

– Ниган, ты на связи?

– Говорит Айзек Кларк. У него связь накрылась, говори через меня, я ему передам.

– Я разведку проводил в миле от лагеря труполюбов. Увидел их отряд причём довольно большой, около пятнадцати человек. Они перешли реку и скрылись в лесу. Что мне делать? Со мной трое.

– Ничего. Преследовать их в лесу может выйти нам дороже. Возвращайтесь в лагерь, скоро будем уезжать.

– Принято, возвращаемся.

Значит, перебили не всех... Это очень плохо. Возможно, кто-то из их главарей уцелел. А лагерь этот, видимо, оставили как приманку, чтобы нас задержать. Да и самих Шепчущихся тут было не слишком много: в самой орде мы перебили человек сорок, плюс в лагере меньше двадцати... Проклятие. Это ж сколько у них людей? И почему они убили пленных, оставив только этих девушек? Вопросы, ещё раз вопросы, на которые я не мог найти ответы, по крайней мере сейчас, когда голова вообще не работает. Ночь выдалась бурной, да и черепная коробка до сих пор гудит после того удара.

Тут слышу звук и в автобус заходят. Оборачиваюсь и вижу Джона вместе с его выжившей пассией.

– Всё, присаживайся, отдыхай, – говорит он ей. – Ты в безопасности, и никто тебя больше не обидит.

– Спасибо, – тихо отвечает девушка.

Она присела на сиденье, и её взгляд упал на маску ходячего, которую я так и не удосужился выкинуть. Она взяла её в руки и уставилась на неё абсолютно нечитаемым взглядом и в этом взгляде было что-то такое, от чего по спине пробежал холодок. Джон, увидев её реакцию, тут же выхватил маску и выкинул в открытую дверь.

– Извини за эту мерзость, – сказал он. – Скажем так, это был трофей.

– А хозяин маски? – аккуратно спросила девушка.

– Здоровяк такой? Можешь не переживать, больше он тебе вреда не причинит. Да и никому больше.

Девушка на секунду замерла, глядя в дверной проём, куда улетела маска. Я решил аккуратно поинтересоваться:

– Ты видела этого человека?

– М? – она вынырнула из своих мыслей. – Да... Его называли Бета.

Тут уже заговорил Джон:

– Скажи, Диана... Прошло ведь много времени. Я был в том вашем поселении... – было видно, как он старается подобрать нужные слова, но выходило так себе.

– Они хотели, чтобы я присоединилась к ним, – тихо ответила она. – Я... я нравилась Бете, а потому со мной не спешили что-либо делать. Хотели, чтобы я на добровольной основе перешла к ним.

– Ну теперь можешь не бояться, – сказал Джон, и в его голосе послышалась сталь. – Я рядом.

– Знаю, – она подняла на него глаза и улыбнулась той же странной улыбкой. – Ты сильный. Я с тобой... мне не будет страшно.