– Так ты уничтожил платформу?

– Нет. Моя жена... Ну, точнее, Нигана, в общем, она сдала меня в дурку, потому что любимый муженёк сильно поменялся. Вообще, меня сначала хотели в тюрьму упрятать, особенно когда в гараже нашли целый арсенал. Правда, повезло, что это была лишь маленькая часть всего, а инкассацию приплести не смогли, адвокат попался вполне хороший, и вместо двадцати лет тюрьмы меня приговорили к пяти годам «лечения». Полгода меня держали под такими жёсткими транквилизаторами, что единственной мыслью было дойти до туалета и не обосраться, а когда всё началось, то мне стало не до Юкатана. Тут главное было самому не сдохнуть. Пусть эти твари и не некроморфы, но крайне заразные, да и люди озверели моментально, особенно когда всякая шваль вылезла наружу. Конечно, я собирался туда поехать, да только сначала у меня начались стычки с бандами, а потом вылезли эти долбанные Шептуны. И эти твари уже пару лет не дают нормально продохнуть. Сейчас у меня с ними просто война на истребление: либо скоро в округе кончатся ходячие, либо что более вероятно кончатся патроны, и тогда, сука, будет вообще грустно. Так что, как бы то ни было, ты приехал крайне вовремя.

– А где вообще обитают эти Шепчущиеся?

– У них нет постоянной базы, они постоянно кочуют и, как грёбаная саранча, сжирают всё, что есть. Потому и отловить их крайне проблематично, а уж когда бензин пошёл по пизде... Можно было бы, конечно, перестроить все машины под спирт, да только при нынешних запасах особо много спирта не выгонишь, тут думаешь, как бы самим от голода не сдохнуть. В общем, понемногу мы начали скатываться в средневековье. Зато я смотрю, ты не бедствуешь, и, сказать честно, я рад, что ты здесь.

В салоне ненадолго повисла тишина. Я в свою очередь думал о том, что вообще пришлось пережить Джону.

– Джон, ты поможешь добраться мне до этой нефтяной вышки?

– Тут без вариантов, конечно, помогу. Но только для начала помоги мне покончить с грёбаными некрофилами, а то эти твари просто сотрут всех здесь с лица земли.

– Без проблем.

Дальнейший разговор шёл на разные темы, но в основном Джон спрашивал о том, что было со мной. Я коротко рассказал ему, как очнулся, как собрал вокруг себя людей, как мы зачистили город, да и про Вудбери немного рассказал.

– Нда... Как-то ты слишком мягко обходишься со своими врагами, – тут он задумался. – Вот, видимо, так личность этого шерифа влияет на тебя. Пацифист, блядь.

И после этих слов я невольно задумался... И возможно, он был прав. Зачем мне было щадить Губернатора и сажать его в «тюрьму»? И то, что было с Лили... И то, как я очень легко принял Карла как сына. Я повернул голову в сторону Клементины... она сейчас просто спала, пуская слюни на обшивку сиденья. Джон повернул голову и усмехнулся.

– Вот у кого крепкие нервы.

– Да, она необычная девочка.

– А она кто тебе? Твоя девушка?

– Нет, она мне как дочь.

– Дочь... А та, с дредами, которая всё рядом с тобой крутится и смотрит на тебя так... своеобразно?

– Ну у нас с ней... Кхм, дружеские отношения.

– Хех, секс по дружбе, это святое.

– Да пошёл ты в жопу, Карвер.

– Мы уже давно в ней, и уже давно из неё не вылазили, причём с прошлой жизни.

– Тут, пожалуй, с тобой соглашусь.

Дальше путь прошёл в относительной тишине, лишь изредка мы с Джоном перекидывались разными фразами. Вообще, хотелось бы нормально поговорить, да только вот приходилось отвлекаться на дорогу, да и местные пейзажи совсем не радовали. Мы ехали по самому пригороду Вирджинии, и было видно, как город когда-то бомбили – многие здания превратились в руины, а что не превратилось, то заросло травой или небольшими деревьями. Природа понемногу начинала брать своё.

Когда мы доехали до места, мы увидели, что здесь тоже окраина, и когда-то здесь был огромный склад, или что-то из производств, и в этом месте жили люди. И сейчас, глядя на всё это, мне приходило в голову только одно слово: «бойня». Вокруг были раскиданы тела ходячих, у кого-то прострелены головы, а у кого-то из этих же самых голов торчали стрелы. Видимо, местные уже понемногу начинали переходить на другое вооружение. Сетка, которая ограждала территорию, в нескольких местах была порвана или вообще повалена, и было видно, как защитники на скорую руку загородили всё разным хламом, постаравшись таким образом сделать баррикады.

Когда мы подъехали, нас вышло встречать несколько человек с оружием. Вид у них был не очень, было видно, что они заляпаны кровью, злые и уставшие. Мы остановились возле въезда и вышли из машины. Вооружённые люди направились к нам, и когда один из них увидел лицо Джона, он подошёл вплотную и ткнул пальцем ему в грудь.

– Почему вы, сука, так долго? Мы вам платим, чтобы вы нас защищали, а вы, твари...

Договорить не успел, получил от Джона в лицо кулаком.

– Хватит истерить. Собирай всех выживших, мы увезём вас отсюда.

Мужчина, что получил по лицу, сидел на земле, закрыв лицо ладонями, и тихо всхлипывал.

– Куда вы нас увезёте? Нигде сейчас не безопасно, эти твари придут вновь.

– Сука, да соберись ты! – Джон схватил его за грудки и слегка встряхнул. – Собирай выживших!

– Моя жена... Мой сын... – продолжал он бормотать, глядя пустым взглядом прямо сквозь Карвера.

– Джон, – я положил ему руку на плечо, – ты же видишь, он сейчас просто в неадеквате.

Джон кивнул, потом повернулся к остальным.

– Ну и чего вылупились? Давайте собирайте всех. ЖИВО!

Те двое подскочили и побежали внутрь лагеря, где спустя меньше минуты начали появляться остальные выжившие. Вид у всех был действительно не очень – сразу стало понятно, что ходячие успели ворваться внутрь и натворить дел. Все подошли к автомобилям и уже хотели загружаться, но мы остановили их, а после по одному начали раздевать и осматривать. Тех, кого осмотрели, грузили в машины. Всего выживших было чуть меньше тридцати...

Раздался выстрел, причём очень близко. Я невольно вздрогнул, и рука сама легла на резак. Повернувшись, я увидел одного из выживших с дыркой во лбу, а Джон стоял рядом с пистолетом в руке.

– Карвер, какого хрена?

– Он был укушен, – проговорил он почти без эмоций. – Следующий.

Тут я вижу, как от общей толпы отделяются несколько человек и начинают убегать. Джон долго не думая берёт у одного из бойцов автомат и короткими очередями убивает бегущих в спину. Я в свою очередь с помощью модуля вырываю автомат из рук, из-за чего он с какой-то злобой смотрит на меня.

– Джон, ты совсем ебанулся? Зачем?

– Да твою мать, Айзек, включи ты блядь мозги и выключи свой пацифизм! Наверняка они были покусаны, и в скором времени они стали бы одной из этих тварей, а эти грёбаные некрофилы привели бы их назад под наши стены!

– А вдруг это были обычные люди, которые просто испугались такого мудака, как ты?!

– Я не собираюсь рисковать своими людьми ради каких-то идиотов. Если они сейчас убежали они сдохли бы в любом случае!

– Ты не можешь этого знать!

– Нет, блять, могу!

Было видно, как его колотит от злости, видно, как он хочет схватиться за пистолет – ещё немного и...

Джон тяжело выдохнул, а после посмотрел мне в глаза уже более спокойно.

– Извини, Айзек, это...

– Я понял, можешь не продолжать.

Видимо, это имел в виду Карвер, когда говорил, что личность тела влияет на разум.

– Да... – он ещё раз глубоко выдохнул, прикрывая глаза. – Но всё-таки так было необходимо сделать. Просто уже не раз под наши стены возвращались те, кто уходил из поселений.

– Я понял. Давай сначала осмотрим, а уже потом будем решать, что делать.

– Хорошо, будешь моей совестью подрабатывать, за полбанки тушёнки в день.

– Эту тушёнку можешь запихнуть туда, где мы, в принципе, и находимся...

Дальше мы начали планомерный осмотр, и когда закончили, у нас оказалось девятнадцать выживших, которые особо не пострадали: в основном это женщины и дети, не принимавшие участия в боях, и пятеро покусанных.