Уже менее чем через тридцать минут он увидел за припаркованными вдоль тротуара машинами знакомый силуэт: Юника. Она медленно шла вдоль дома. Кроом замер как хищник. Что-то ему очень не понравилось с первого мгновения, но что именно, пока не осознавал.

Через несколько секунд Юника появилась из-за машины. В одной руке она несла тяжелую сумку с продуктами, а в другой... в другой вела за руку мальчика лет пяти. Рыженький пузатенький шалун все время дергал ее за руку и что-то болтал без умолку. Юника улыбалась и односложно ему отвечала.

Кроом закусил губу: «У нее ребенок!»

Однако приглядевшись, он опешил еще больше. Под джинсовой тканью летнего комбинезона, в который была одета девушка, явно круглился животик. Юника была беременна!

Кроом бессильно откинулся на спинку скамейки и закрыл глаза.

Теперь понятно, почему Поводырь был так уверен. Никакие байки из прошлого не заставят девушку отречься от своих детей! Даже если он поможет ей вспомнить, кто она на самом деле, Юника все равно останется здесь.

Зеленоглазый мужчина сидел на скамейке до глубокой ночи в тяжелых раздумьях: он снова проиграл! Он потерял не только любимую, но и свою жизнь. Ну что ж. Остается принять неизбежное.

Однако, просто так, молча, он не уйдет. Он должен с ней поговорить. Просто поговорить. Нет. Он не будет открывать ей память или как-то воздействовать, но сказать о том, что любит ее, должен. А потом он готов вернуться в верхний мир и остаться там.

***

- И тогда девчонка выставила свой меч и сказала: «Сдавайся, ты проиграл, Радогор!» Князь поднял руки вверх и задрожал как осиновый лист: «Не нужно, я больше не буду!», - прислонившись спиной на подушку, Юника читала вслух.

- Мам, а что такое осиновый лист? Это лист, который из ос сделан? - спросил рыженький малыш, заглядывая к ней в планшет.

Они лежали вечером на кровати, и Юника цитировала сыну отрывки из своего произведения, стараясь их адаптировать для детского чтения.

- Нет, сынок, осина - это дерево такое. У нее все время листочки дрожат, даже когда ветра почти нет, они трепещут, - ласково ответила молодая мама, и чмокнув ребенка в макушку, встала с кровати, - все, спокойной ночи!

Заботливо укутав мальчика одеялом, она тихо вышла в другую комнату и прикрыла дверь.

В маленькой тесной кухне их малометражной двухкомнатной квартирки пил чай Сашка. За эти десять лет он еще порядком растолстел, но отказать себе в привычке попить чаю с чем-нибудь сладеньким на ночь не мог.

- Уложила? — прихлебывая горячий чай, спросил он.

- Угу. Я тут еще главу написала, почитать тебе? — спросила девушка, присаживаясь за стол.

- Все фантазируешь? — скептически посмотрел на нее муж.

- Да так, пока сюжет в голове сидит — нужно добить, - вздохнула Юника, - ну так что, послушаешь?

- Время позднее, — сказал Сашка, убирая чашку в раковину, - пора спать. В другой раз послушаю.

Он подошел к девушке и погладил ее по животу.

- И вам обоим тоже пора спать. И это не обсуждается! Режим! - твердо, но в тоже время ласково проговорил он.

Юника вздохнула. Да, ее муж был заботливым отцом и всегда делал все правильно. И требовал, чтобы и она все правильно делала. Девушка старалась, но ощущение того, что она в невидимой клетке, не покидало ее последние лет пять точно. С того момента, как она впервые забеременела.

Сашка переменился. Если до этого он легко шел на компромиссы, и вообще, казалось, что его все устраивало, то с тех пор, как Юника услышала под сердцем биение еще одного сердечка, ее мужа словно подменили: он взял под свой жесткий контроль всю ее жизнь.

Первым делом по его требованию она ушла с конюшни. Официально — в декретный отпуск, неофициально — насовсем, ну или по крайней мере надолго. Пока дети не вырастут. "Лошади - источник повышенной опасности" - это он прочитал на каком-то заумном сайте. А раз так, значит потенциально может возникнуть угроза их первенцу. Поэтому лошади первые покинули жизнь Юники.

Затем он принялся за ее ритм жизни, который должен был выстроен так, чтобы будущему ребенку максимально шло на пользу.

Да, не поспоришь, вроде все правильно, но девушка уже через несколько месяцев такого режима стала чувствовать себя не женой, а инкубатором, потому что каждое ее действие, порыв, решение нужно было согласовывать с мужем. И если он считал, что это хоть как-то, теоретически, может повлиять на их ребенка, то он заявлял свое категорическое "нет". А опасений у него оказалось слишком много и далеко не все они были разумными.

Поэтому Юника стала жить по строгому распорядку: диета, прогулки, досуг были разработаны и составлены мужем. Он много и увлеченно рылся на различных медицинских порталах, выискивая информацию по этим вопросам, и методично и последовательно внедрял рекомендации медиков в жизнь своей жены.

Родился мальчик, и теперь все ее внимание было полностью приковано к нему. Ни шагу, ни взгляда в сторону. Она должна была максимально отдаться только одной цели - воспитанию ребенка. И Сашка стал следить за этим еще строже. Он искренне считал, что мать должна 24 часа в сутки посвящать себя ребенку и ничему больше. Весь мир девушки схлопнулся вокруг маленького человечка, который жадно съедал все ее моральные и физически ресурсы и требовал еще. Попытки хоть ненадолго выскочить из этого круга и передохнуть - просто переключиться, разбивались о непреклонное сашкино: "Ты - мать! Ты должна! Это не обсуждается!"

Для Юники совершенно непонятно было, откуда у него появилось это абьюзивное поведение. Скорее всего триггер из его собственного детства. Сашку растила бабушка, несмотря на наличие родителей, которые были вечно заняты и времени на собственного ребенка у них не находилось. Он рос в остром дефиците родительского внимания и заботы, лишь бабушка частично компенсировала ему эту потребность. И теперь, родив своего ребенка, Сашка как коршун следил за тем, чтобы его сын получил сполна все то, чего сам заботливый отец оказался лишен когда-то.

Его фокус внимания полностью сместился на ребенка. В погоне за результатом он и от Юники требовал неукоснительно следовать его личным представлениям о том, как нужно растить и воспитывать детей.

В основном все его аргументы были подтверждены железобетонными фактами от самых компетентнейших специалистов в области педиатрии и детской психологии, которые он вычитывал в интернете.

В попытке шепнуть мужу, что ее ресурсы тоже не бесконечны, Юника проигрывала раз за разом. Поняв, что стучаться в эту стену лбом бессмысленно, она стала искать внутренние источники энергии и однажды нашла.

Именно тогда Юника поняла, что если не начнет писать книгу, то просто сойдет с ума. Поэтому сначала тайком, когда муж на работе, или по ночам, пока он спал, она начала делать первые наброски своего романа. Все приключения, щедро сгенерированные ее мозгом в ту трагичную ночь, вдруг ярким калейдоскопом предстали перед ней, настойчиво требуя переместить их на страницы книги.

В целом, это не удивительно: хронический стресс, в котором она пребывала уже приличное время, запустил в мозгу глубинные процессы, и тот бодро откликнулся на ситуацию, выудив свою самую надежную защиту - фантазию.

Через некоторое время Сашка узнал о ее скромном хобби и был очень недоволен, что Юника что-то от него начала скрывать и заниматься самодеятельностью без его разрешения. Но в итоге с неохотой согласился, потому что это было лучше, чем если бы она рвалась на конюшню. А еще через время стал интересоваться сюжетом и однажды даже похвалил.

Прошло несколько лет. У Юники появилось чуть больше свободного времени, потому что ребенок начал ходить в садик, и девушка открыла для себя прекрасное место - небольшое уютное кафе в паре кварталов от дома. Теперь она отводила сына в сад, быстро расправлялась с домашними делами и шла туда, чтобы дописывать свою книгу. Последние недели работа продвигалась очень быстро и заключительная часть была уже не за горами.