Девушка смертельно побледнела, ее дыхание стало прерывистым и хриплым.

Она прижала руки к груди, пригнула голову и начала покачиваться вперед — назад.

Это заметили все присутствующие и стали недоуменно переглядываться. Кроом, увидев ее позу, сразу все понял.

В этот момент громовой раскат прокатился над городом и тут же новая вспышка резанула по глазам.

— Идем, быстро! — скомандовал он девушке и потянул за локоть к челноку.

Но Юника не слышала и не видела ничего вокруг. Она еще ниже наклонила голову и стала подвывать, так тихо, что расслышать ее мог только стоящий рядом Кроом.

Поняв, что она себя не контролирует, он поднял девчонку на руки и почти бегом бросился к челноку, провожаемый удивленными взглядами своих друзей.

Лишь Даара смотрела ему в спину с ненавистью и обидой.

Вечеринка внезапно подошла к концу. Никто не обсуждал происшедшее. Молча они разъехались по домам.

Челнок мчал назад на самой высокой скорости. Небо то и дело озарялось вспышками и за окнами уже стучали крупные капли дождя, которых с каждой секундой становилось все больше, пока они не слились в сплошной шум.

Челнок остановился у подъезда, и Кроом с Юникой на руках быстро заскочил внутрь. Когда они оказались в комнате девушки, вспышки прекратились, а за окном бушевал теплый летний ливень, смывая пыль и наполняя воздух озоном.

Девушка сидела на кровати неподвижно. Она затихла и перестала раскачиваться, но руки были по-прежнему прижаты к груди и голова опущена вниз.

Кроом положил ей руку на лоб и начал читать мантру. Довольно быстро Юника расслабилась и облегченно вздохнула. Подняв голову, она удивленно посмотрела на зеленоглазого князя.

— Мы дома? — тихо спросила она, оглядываясь.

Он присел рядом с ней и обнял за плечи:

— Дома, милая, все хорошо.

— Спасибо! — опять шепнула Юника, — я не знаю, как получилось, я не помню ничего.

— Ну и хорошо! Не думай об этом! — он наклонился к ней и поцеловал ее в губы. Юника была исполнена благодарности за то, что он увез ее, и просто не могла проигнорировать его заботу. Она осторожно ответила ему на поцелуй.

— Ты с девчонками едешь? — спросил парень, переводя разговор на другую тему.

— Еду, — тихо ответила она.

— Молодец! Я знал, что ты сможешь вписаться в любой мир! Я очень этому рад.

Он потянул ее за руку к себе и снова поцеловал в губы. Но Юника больше не ответила. Она просто послушно, из благодарности, позволила сделать то, что ему хотелось.

Впрочем, его, похоже, это вполне устроило, ну или он сделал вид, что устроило. Кроом почувствовал, что Юника хочет остаться одна, и ушел к себе в комнату.

Придя в себя, девушка решила, что спать ей не очень хочется, и продолжила занятия медитацией.

В этот раз ей удалось достучаться до сознания Кузи. Она вошла в его разум и не спеша проследовала по аллее его памяти. Ровно до момента, когда они с Кроомом уезжали из замка Радогора, чтобы спасти планету. Дальше был тупик. Но девушка не сдавалась. Она решила, что будет по крохе долбить эту стену, пока не пробьется дальше и не узнает, что происходило с конем, пока они были разлучены. Зачем ей это — она сама не понимала, но точно знала, что не успокоится, пока не пробьет.

Все дни, пока она проводила дома, Юника не вылезала из медитаций. Теперь она легко могла отслеживать перемещение всех работников да и не только их. Она наблюдала за растениями, за птицами, которых было в изобилии в округе, находила даже мышей, кошек, белок и наблюдала за их движением.

***

Однажды утром Кроома пригласил к себе в кабинет отец.

— Доброе утро, папа, — поприветствовал наследник отца.

— Проходи, присаживайся, — мужчина указал рукой на кресло, — надеюсь, ты хорошо проводишь время?

— Да, спасибо! Все замечательно! — ответил Кроом, зная, что эта часть разговора является лишь этикетом.

— У меня к тебе есть несколько вопросов по поводу той планеты. Мы готовим туда экспедицию. Нас очень интересует камень Чангора, который мы там обнаружили.

— Что ты хочешь узнать?

— Я хочу понять, что ты там делал, и как вообще вы оказались на той планете?

Кроом помолчал. Это оказалось не простой задачей. Он знал, что отцу неинтересна эта информация. Он просто начал издалека. Его интересует сам камень.

Энергия, что Кроом когда-то направил в камень, нужна для стабилизации планеты. Минерал должен выдавать ее плавно, не сбивая ритм, и тогда планета будет жить, однако парень понял, что цель экспедиции — изъять камень. А значит, с вероятностью 99% планета погибнет. И еще он знал, что выдав эту информацию про энергию, он ровным счетом ничего не изменит. Камень все равно заберут только с еще большим энтузиазмом. И тогда жертва Юники окажется бессмысленной.

— Юника меня перенесла туда, — аккуратно подбирая слова, начал он повествование.

— А почему именно туда? — и это было странно, так как отец даже не спросил, каким образом девчонка умудрилась это сделать.

— Я должен был помочь ей спасти эту планету.

— Ты? Помочь ей? Не наоборот? — уязвленная гордость отца заставила его продемонстрировать недовольство тем фактом, что дикарке помогал человек из высшей расы.

— Да. Она проводник. А я лишь посредник между камнем и ею. Отец! Пойми, нельзя этот камень оттуда забирать! — вдруг Кроом повысил голос. Он решил, что играть в игры с отцом не станет:

— Ты не знаешь предысторию! Это камень сбил все энергопотоки планеты, и если бы Юника не собрала в себя волну и не убрала дисбаланс, то планеты бы не было, и нас тоже не было!

— Не убрала? Как, позволь спросить, могла что-то убрать девчонка из века освоения космоса? — отец прекрасно знал как, но решил послушать другую версию.

— Она принадлежит Поводырям… — сознался сын, — ее руками они меняют судьбы не только людей, но и целых миров.

— Ого! Так она проводник, значит! Мы об этом только слышали, что у Поводырей есть проводники, но никогда еще не встречали. Ну хорошо, допустим, а почему так долго вы там пробыли?

— Связь. Она потеряла связь с ними. Она просто не знала, что должна делать. И, к сожалению, за тот период, что мы там провели, мы лишь усилили энергетический перекос, потому что ускоряли прогресс. Вмешались в естественный цикл.

— А как она восстановила связь?

Кроом понял, куда ветер дует, но очень хотел верить, что это лишь вопросы, без попыток решительных действий.

— Связь она восстановила три раза. Импульс. Это должен быть очень мощный энергетический импульс. Прости, отец, но большего рассказать не могу. Я прошу лишь об одном: дай нам просто жить. Столько, сколько пережила эта девочка, никому тут не под силу выдержать, поверь. И я всего лишь хочу вернуть ее к нормальной жизни.

Чернобог понял, что сын не готов к разговору про девчонку, и решил закончить беседу.

Когда Кроом покинул его кабинет, вошла Мара:

— Ну что? Как наш ребенок? — спросила она, облокотившись на плечо мужа, — все еще пылает чувствами?

— Еще как. Жаль. Ему будет очень больно! — хмуро ответил пожилой князь.

— Ничего, я работаю над тем, чтобы их разрыв прошел для него безболезненно или с минимальными потерями. У меня есть отличная помощница Даара. Вместе мы одолеем эту дикарку, — уверенность в голосе жены его не обнадежила, потому что великий князь мог смотреть гораздо дальше и глубже нее.

— И что? Получается? — скептически спросил он.

— А как же! — она чмокнула мужа в щеку и удалилась.

***

Утром, в назначенный день, одевшись в скромный летний сарафан, Юника села в челнок, который повез ее к девчонкам на массажи.

День обещал быть насыщенным: сначала массажи и обертывания, потом еще массажи, потом сауна и в финале контрастные процедуры.

Юника внутренне изыскивала в себе силы, чтобы все это выдержать. Она терпеть не могла, когда ее трогает кто-то чужой. А здесь ее будут лапать разные руки во всех местах. А еще она терпеть не могла липкое и вязкое на своем теле. Это вызывало отвращение. Но она должна была принять все эти муки, потому что считала себя должной Кроому, доказывая, как она счастлива в его мире, стараясь принимать все, что ей было предложено, без сопротивления. Девушка не хотела его огорчать.