В один из дней, когда все отправились в горы, чтобы полетать на парапланах, она, снова отказавшись, устроилась поудобнее под сенью какого-то красивого дерева, очень напоминающего розовый дуб, и попробовала заняться медитацией.

Почему медитацией? Очень просто: устав об бесконечного самоедства, она просто решила переключить свой мозг на более продуктивное занятие и вспомнила, как когда-то давно смогла вскрыть информационное поле аж двух планет и увидеть судьбоносную нить Джейка.

Пока ее благодетель развлекался, у нее было масса времени покопаться в себе с пользой, потому разум решил, что медитация — это то, что нужно.

Устроившись поудобней, девушка сосредоточилась, но вдруг ненадолго потеряла связь с реальностью и увидела, как энергетические потоки кружатся и переплетаются вокруг нее. Это зрелище так заворожило Юнику, что она окончательно потерялась во времени. Девушка изучала их, пыталась прикоснуться, и смотрела, как те меняют цвет, форму и направление.

День пролетел незаметно. В прекрасном настроении они оба возвращались домой.

— Ты сегодня какая-то загадочная, — уловил Кроом настроение Юники.

Он по-прежнему ее считывал, но ненавязчиво. Юника знала это и старалась держать свои эмоции под контролем, настраивая себя только на позитив, хотя где-то в глубине души ее уже подташнивало от этой бесконечно — сахарной мины.

— Да нет, обычная, просто горы расслабляют, — уклончиво ответила она.

Сразу после ужина девушка ушла к себе в комнату и попросила ее не беспокоить. Оставшись наедине с собой, она снова села медитировать.

Осторожно прикасаясь к тонкой линии, девушка стала учиться читать и различать потоки. Вот серая волна, зыбкая, вязкая — она идет откуда-то снизу. Следуя за ней, Юника обнаружила, что волна исходит от одного из служащих, у которого был в этот момент очень неприятный разговор с начальством.

Она уловила нить, идущую от начальника. Та билась стальным цветом и пульсировала, как строка на экране компьютера, показывающего ритм сердца. Он кричал на работника, и поэтому его нитка ломалась острыми пиками.

Вдруг Юника поймала очень легкий, совсем нежный импульс, и проследовала за ним. Пастельно — розовая нить привела ее к Селестии, служанке, которая разговаривала со швейцаром с данный момент. Юника догадалась, что у них чувства, потому что нить швейцара тоже пульсировала в унисон, но была несколько темней.

Поразмыслив немного, Юника решилась на эксперимент и стала искать нить Кроома. Но сколько не перебирала, найти не смогла. Тогда она попыталась найти хоть чью-то нить из тех, кто принадлежал к элите. Но ей этого не удалось.

Выйдя из Омирона, она обдумала ситуацию и поняла, что скорее всего либо элита умело скрывает свои энергетические потоки, либо они находятся где-то еще.

И была права в своих догадках. Не зря они назывались элитой — сила их энергий была настолько мощной, что находилась на более высоком уровне, чем у низших каст. А Юника принадлежала к низшим, поэтому и не могла войти.

— Ну ничего, не боги горшки обжигают, — сказала не к месту пословицу и, удовлетворенная результатом, легла спать.

***

Наступил следующий день. После удачной медитации Юника провалялась в кровати до обеда. В обед, видимо не дождавшись, когда она появится из своей комнаты, все-таки пришел Кроом.

— Юника, — войдя к ней, он удивился, увидев ее в кровати, но ничего не сказал на этот счет, — а ты по Кузе не скучаешь?

— Скучаю, конечно, — зевнув, ответила она и потянулась. Сегодня девчонка впервые почувствовала себя не такой уязвимой, как раньше. Первая медитация и сразу успешная — это была ее крохотная победа!

— Ну так собирайся, у нас сегодня конная прогулка запланирована!

Юника мгновенно облачилась в свою куртку с сапогами, и ухватив со стола бутерброд, рванула к челноку, а за ней с трудом поспевал Кроом.

— Да куда ж ты летишь-то! — смеясь, догонял он ее.

Они прибыли на конюшню. Коноводы уже приготовили лошадей для господ и вывели их на улицу.

Кузю держал под уздцы здоровый толстый парень лет двадцати.

Вся компания была одета в красивые костюмы для верховой езды: зеленые, красные, черные и синие пиджаки, белые бриджи, черные лаковые сапоги. Лишь Юника была вся в черном.

Взмыв в седло, она подобрала поводья.

«Интересно, как он сейчас двигается, как обычная лошадь, или как раньше?» — подумала Юника про Кузю, оглядываясь на остальных.

В этом мире Кузя ничуть не отличался внешне от других лошадей. Они все были рослыми, длинноногими с красивыми шеями и выразительными глазами: рыжие, серые, гнедые, в общем всех мастей и расцветок.

Группа выдвинулась в поле, где головной Зроом подняв руку и указал вперед — это означало, что скачка начинается.

Всадники пустили лошадей в галоп и легко и непринужденно поскакали кентером по полю.

Юника не отставала, но чувствовала, что Кузя может и быстрей.

Проскакав поле и перелесок, они вылетели к ложбине, где были навалены деревья. Лошади друг за другом прыгали через лежащие стволы с изяществом ланей.

Скачка длилась минут двадцать. Люди и кони, подустав, решили передохнуть. Они рысью вышли к кромке огромного, бескрайнего поля. Куда ни глянь — простор и синева. Все перешли в шаг, кроме Юники. Азарт скачки так захватил ее, что шагать она была не готова.

— Кроом, извини, я продолжу, — крикнула она, проезжая мимо запыхавшегося Кроома, и рванула вперед.

Кузя был прекрасен! Он летел так, что ветер закладывал уши и выбивал слезы из глаз.

Ноги коня гулко отбивали ритм, прижимая к земле травинки и цветы, а сердце девчонки билось вместе с этим ритмом: та — ба — дам, та — ба — дам. Она бросила поводья и раскинула руку в стороны, как будто хотела обнять весь мир! В этот момент Юника почувствовала небывалый прилив счастья. У нее нет заданий, она ничего не должна делать, некуда спешить, она просто жила моментом, наверно, впервые в своей жизни.

Девушка потеряла счет времени, и когда, наконец, остановилась и обернулась, то решительно никого не увидела позади себя. Вокруг на километры простиралось бесконечное поле. Они с Кузей оба тяжело дышали от такой дикой скачки, но, похоже, и конь был доволен, он фыркал и тряс головой.

Юника развернула его и пошагала обратно по своим следам.

Прошла пара часов, а она так никого и не встретила.

«Это с какой же скоростью мы неслись, что вот уже второй час еду обратно, а все еще никого нет, эк я во времени-то потерялась», — думала она и тут обратила внимание, что солнце уже клонится к закату, да не просто клонится, а вот-вот зайдет.

«Елки — палки, мы выехали около трех — четырех часов дня, с час покатались, потом я… это сколько ж часов прошло?! А скорость какая? Километров 80 в час?» — пока она прикидывала свою скорость, солнце окончательно село и стало темно.

— Ну что, Кузя, будем выбираться или здесь переждем, чтоб со следов не сбиться? — спросила она коня, и тот остановился.

— Это правильная мысль, — констатировала Юника, — мы с тобой уже поблуждали как-то в ночи, — вспомнила она эпизод, когда в порыве эмоций уехала от Радогора к себе домой и на полдороги заблудилась в лесу. Конь кивнул и нырнул мордой в траву.

Юника не сильно беспокоилась за себя: одежда у нее прекрасная, летнюю теплую ночь она и без костра переживет. Спрыгнув с коня и распустив ему подпругу на седле, она села на землю. Аромат трав стелился понизу и убаюкивал.

— Ничего, — вслух рассуждала она, — человек такая скотина, что ко всему приспособиться сможет, — лежа на спине, и закинув руки за голову, девушка рассматривала звездное небо.

«Удивительная планета: ни одного комара не было и на километр вокруг, прям рай какой-то сахарный», — подумала Юника перед тем, как заснуть.

***

Резкий свет ударил ей в глаза, и она проснулась: приподняв голову из травы, девчонка увидела Кроома, быстрыми шагами идущего к ней. Позади него на то ли мотоцикле, то ли квадроцикле — не разберешь, т. к. никаких колес нет и в помине, в общем за рулем этого цикла сидел Зроом, а рядом в воздухе висел еще один цикл, за рулем которого были Миробуд и Пхивост.