Когда многострадальный обед был закончен, князь предложил проводить девушку в ее покои.

Они поднялись на второй этаж и пошли по анфиладе в сторону покоев Радогора.

Юника разглядывала люстры и стены, украшенные портретами предков в золотых рамах, канделябры и ковры. В прошлый раз ничего этого она не успела заметить.

В нескольких местах углядела небольшие дыры — следы от ее звездочек, которые она щедро раскидывала во время боя.

Ее комната была напротив комнаты хозяина замка. Внутри было очень богатое убранство: стены обшиты дорогим шелком приятного бордового оттенка, посередине стояла массивная кровать с пологом, пара изящных кресел с резными подлокотниками и ножками, выкрашенными в золотой цвет и оббитыми дорогой парчой, прекрасный интерьер довершала прикроватная тумба и будуар.

Огромное окно давало много света. В дальнем конце комнаты была пара дверей: одна дверь вела в просторную гардеробную, а другая- в санузел. Юника не верила своим глазам: рукомойник был подсоединен к трубе с водой, а рядом висела душевая лейка, также подсоединенная к водопроводу, и сбоку стоял настоящий унитаз, выполненный из какого-то сплава металла, типа бронзы.

Да, эти десять лет, что Морок с Юникой покоряют местных аборигенов, князь времени зря не терял. Он активно использовал у себя все их наработки. Единственное, к чему пока так и не смог он подобраться — это порох. Секрет его изготовления Юника хранила в строжайшей тайне.

Маленький рюкзачок девушки сиротливо притаился у ножки кресла. Вещей у нее было немного — только самое необходимое: щетка зубная, порошок для зубов, мыло, полотенце, расческа, зеркальце. Кроме чисто девчачьих принадлежностей, там еще были нож, кремень, бинт, баночка с антисептиком. Ее одежда по-прежнему работала на сто процентов: не промокала, не пачкалась, в жару в ней было прохладно, зимой тепло, поэтому никакой другой одежды девчонка и не брала с собой никогда.

Вечер подкрался быстро. Юника устала с дороги и готовилась ко сну.

Она заранее поставила у комнаты двух охранников из своего отряда, но решив перестраховаться, проникла на знакомую ей кухню. Украв оттуда маленький глиняный горшок, она зафиксировала его на ручке двери изнутри, затем приняла душ, и нырнув под шелковое одеяло, мгновенно уснула.

Наступило утро. Радогор был внимателен к гостье, поэтому завтрак ей подали прямо в комнату, чтобы она могла спокойно и без напряжения поесть так, как ей удобно.

Юника, конечно, учла свой промах и как следует изучила этикет того времени. Скорее всего были нюансы, но то мелочи, по сравнению с тем позором, что ей вчера пришлось пережить.

Жена Радогора с детьми в этот день отправлялась к скалам.

Оба родителя ответственно относились к воспитанию отпрысков, поэтому у мальчиков были ежедневные тренировки как физические, так и умственные. Радогор нанял лучших учителей и заставлял детей скрупулезно изучать все науки, которые были доступны в те времена.

Кроме этого, у них была еще верховая езда, бой на мечах, стрельба, плавание, скалолазание и уроки выживания в дикой природе.

Надо отметить, что примерно третья часть земель Барса — это горы. И уметь по ним взбираться- непременный навык, который осваивался с детства и детьми Радогора, и им самим когда-то, и его предками.

Не случайно именно снежный барс был эмблемой его княжества.

— Доброе утро, госпожа! Как спалось? — Радогор прислонил правую руку к груди и слегка поклонился. Таким жестом он каждое утро, пока они были в походе, приветствовал Юнику.

— Спасибо, очень хорошо, и завтрак был прекрасен, — она улыбнулась.

— Рад, что все понравилось. У меня есть еще несколько кандидатов на просмотр, желаете взглянуть?

— Да. Разумеется.

— В таком случае пройдемте, они здесь, в замке, — он повел ее длинными переходами куда-то в сторону стены, окружавшей замок. Стена замка была полой. Эти помещения тоже использовали в разных целях.

— Этих людей я обнаружил в разные периоды времени. Скажем так, они выбиваются за рамки обычных, но все-таки их особенность ближе к сумасшествию, — начал повествование князь.

— Вы держите в плену психов? — испугалась Юника.

— Нет, не в плену. В моем владении, простите, в вашем, теперь в вашем, — он сразу поправился, — периодически появляются люди, которые не могут жить в обычном обществе. Таких у нас принято забирать на попечение в специально для этого оборудованное место. По мере сил мы заботимся о них.

— Что-то вроде лечебницы для психбольных?

— Что-то вроде, — подтвердил Радогор.

Они вошли в узкий коридор стены: слева рядком были расположены небольшие двери с зарешеченными окошками.

— Несколько лет назад ко мне привели мужчину, который до того момента был вполне адекватен и даже имел семью. Но вдруг с ним приключилось несчастье: в него ударила молния. Он выжил, но с тех пор не может существовать в обществе, и его родственники привезли сюда. Интересен он тем, что все время зациклен на каких-то странных событиях и голосах. Он постоянно повторяет, что его зовут, что он должен с кем-то связаться срочно, что должен передать какую-то информацию. На уточняющие вопросы не отвечает. Вот он, — Радогор отпер дверь и вошел в маленькую келью.

В углу на кровати сидел растрепанный мужчина неопределенного возраста: он раскачивался взад- вперед и что-то бормотал.

— Озьма! Опять плохо спал? — поприветствовал мужчину князь.

Тот резко обернулся, и не обратив внимания на князя, впился в Юнику взглядом. Она, в свою очередь, ни на миг не вздрогнула и не опешила, а наоборот, смотрела ему в глаза неотрывно, как будто хотела там увидеть что-то.

Прошла минута или две в молчании. Радогор наблюдал со стороны, как двое пожирают глазами друг друга.

— Ты, это ты! — вдруг очнулся мужчина, как будто пробудился, — почему бездействуешь?!

— Я не бездействую, — ответила она строго, но в глубине души ей стало страшно.

— Они ждут, они готовятся, ты не отвечаешь им!

— Кто они? — переспросила Юника.

— Мало, очень мало времени осталось, — и тут он взвыл и бросился на девушку, но Радогор ловко успел перехватить его за шкирку и отбросить обратно на кровать.

— Простите, госпожа, это было не умно с моей стороны, — они вышли из каморки, и князь запер дверь.

— Как давно это с ним? — спросила Юника.

— Лет десять примерно. Не сразу началось.

— Он еще что-то говорил вам?

— Да, он все время повторяет, что нужно держать связь, но он никого не слышит, и от этого начинает тосковать и плакать.

Они прошли в самый конец коридора и Радогор открыл последнюю дверь.

Немолодая женщина с длинными спутанными волосами каштанового цвета, местами с проседью, сидела неподвижно и смотрела в крохотное окошко своей комнаты.

Она никак не отреагировала на вошедших. Ее глаза были устремлены куда-то вдаль, а губы беззвучно что-то шептали.

Князь и Юника молча наблюдали за ней.

Через несколько минут, она повернула голову и стала внимательно рассматривать девушку, а затем заговорила:

— Ночью в небе зажигаются звезды. Но одна упала, закатилась далеко — не достать… Ту звезду сорвали злые люди, поиграли и выбросили, как ребенок ненужную игрушку. Мается она среди чужих… нет ей покоя…, но и назад ей нельзя. Ничего ее там не ждет.

Юника дрогнула от этих слов. Она почему-то стала чаще моргать, как будто ей в глаз попала соринка.

А женщина продолжала свою речь:

— Та звезда должна путь свой пройти, чтобы вновь обрести потерянное. Путь долгий, сложный… — на этой фразе она отвернулась и стала снова смотреть в окно.

Они подождали еще немного и, поняв, что больше общения не будет, вышли из каморки.

— Ну, ваше сиятельство, что скажете?

— Ничего пока не скажу: непонятно все это. Но они не похожи на сумасшедших.

«А больше похожи на зомбированных, как будто Морок с ними поработал,» — подумала Юника, но вслух не сказала.

— Ну что ж, предлагаю прокатиться в горы: там как раз маточный табун у подножия собран. Нужно, чтобы конь поработал ваш, а мы пока развлечемся — полезем на скалы. Там очень красиво в это время года. К тому же княгиня и дети уже там. Это недалеко - всего пара часов спокойной езды.