Усталость и хандра навалились на него. Он все время проводил в разъездах, воевал, вел переговоры или внушал людям нужные векторы. Князь почувствовал, что вымотался до предела и решил передохнуть.

Кроом понял, что должен сделать хороший перерыв. За то время, что стал править княжеством, он толком ни разу и не воспользовался всеми благами своего положения. Вся жизнь — бегом, бегом.

Однажды, разговаривая с камердинером, он с удивлением узнал, что у предыдущего правителя есть театр и музыканты, и вообще тот вел светскую жизнь на всю катушку.

Эта информация несколько расторгала князя: ведь дома у его семьи тоже был свой театр и актеры высокого класса.

Решив, что пора немного переключиться на внутренние хлопоты, князь потребовал от камердинера как можно быстрее подготовить театральное представление, однако тот радостно сообщил хозяину, что актеры все это время постоянно репетировали и готовы продемонстрировать свое мастерство буквально через пару дней — как только установят декорации.

Камердинер подробно ознакомил хозяина с репертуаром, познакомил с труппой, и даже показал зал, где устраивают представления.

Морок почувствовал, что это именно то, чего ему не хватает.

В тот же вечер все было готово и князь вошел в зал.

Небольшая сцена была расположена так, чтобы всех актеров можно было видеть практически из любой точки. В самом зале не было стульев или кресел, но стоял широкий диван с множеством подушек и одеял. Он был настолько огромным, что на нем могло уместиться сразу с десяток человек, причем на значительном расстоянии друг от друга.

Справа и слева от дивана располагались низкие столы с яствами и вином. Несколько девушек из обслуги стояли рядом, готовые подать ему со стола все, что он попросит.

«Ну надо же!» — подумал Морок и лег поудобнее, чтобы начать смотреть спектакль.

Заиграла тихая музыка, и актеры начали свое выступление.

Постановка, конечно, была достаточно примитивной, но ждать высокого мастерства от местечковых актёров было глупо. Поэтому Морок наслаждался тем, что есть.

Камердинер находился у входа в зал и следил, чтобы все шло как следует.

В этот момент позади него появился гонец от Юники.

— Куда прешь? — злобно шикнул на молодого паренька камердинер, — не видишь, отдыхает его светлость!

— У меня сообщение от княгини! — шепотом сообщил гонец, — она прибывает через несколько часов сюда!

— Ну прибывает и прибывает! Я распоряжусь, чтоб ей приготовили все, иди уже, вон, на кухню, там тебя покормят, — он снова отвернулся и стал через щель в двери наблюдать за происходящим в зале.

Гонец спустился на кухню. Там возился Горан:

— Ого! Вести от госпожи привез? — спросил тот гонца, наливая ему миску супа.

— Да, камердинеру доложил уже, а его сиятельство изволят спектакль смотреть, меня не пустили к нему, — он взял ложку и принялся хлебать суп.

— Странно. Готовиться ж надо! Что ж он распоряжение то не отдает? — удивился повар и начал доставать кастрюли, чтобы к приезду Юники подать хороший обед.

В этот момент в кухне появился камердинер. Гонец быстро дохлебал суп и удалился.

— Так, Горан, срочно поезжай к мяснику и закупи у него на завтрашний банкет мяса.

— Но Юника же скоро приезжает с отрядом, их то я когда кормить буду? — удивился Горан, но он формально подчинялся камердинеру и выполнял его приказы.

— Да она не скоро еще, ты успеешь.

Горан вздохнул и начал собираться — до мясника ехать долго. Мясо повар брал лучшее, а для этого нужно было мотаться к фермеру, в деревню, а это приличное расстояние.

Камердинер ушел наверх, а Горан вышел во двор и приказал запрягать повозку.

Пока конюхи возились с лошадьми, он размышлял о таком странном поведении камердинера. Ведь абсолютно логично было встретить княгиню, а не ехать черти куда за мясом на ночь глядя.

Повозку собрали, и он выехал. Но проехав половину пути Горан решил, что мясо все-таки подождет и развернулся обратно.

В это время Юника прибыла в замок. Она приехала одна, оставив свою охрану и Сайфора далеко позади. Ей не терпелось увидеть Морока, и девчонка пустила Кузю во весь опор, чтобы приехать побыстрей, а ее охрана банально не могла за ней угнаться.

Но княгиню никто не встречал ни у ворот, ни внутри замка. Все как будто вымерли.

Она тихо прошла в покои, потом поднялась в приемный зал, обошла почти все помещения, но даже слуг не смогла найти. Вдруг девушка услышала тихую музыку, спокойную и убаюкивающую. Она пошла на звук и, пройдя по коридору, увидела приоткрытую дверь в зал.

Юника осторожно заглянула внутрь: по периметру зала горели свечи, вдалеке, на сцене, музыканты играли что-то нежное, убаюкивающее, и полуобнаженные девушки танцевали незамысловатый танец. А в центре зала на диване лежал Морок и, как ей казалось, смотрел спектакль, но лежал он не один. Рядом с ним лежали девушки из новых горничных, которых недавно набрал камердинер. Они были совсем молоды, сногсшибательно красивы и не менее наглы, как и предыдущие, которых Юника сторонилась и побаивалась.

Зрелище, которое предстало перед ней, ошеломило ее настолько, что даже дышать стало тяжело: две нагие красавицы ласкали ее любимого, гладили и целовали, а третья восседала на нем верхом и мерно покачиваясь, стонала.

Мир ушел из-под ног девчонки, и в груди стало щемить и жечь так сильно, что боль отдавала в лопатку.

Не вполне осознавая, что произошло, она закрыла дверь в зал, и обернувшись, увидела камердинера. Тот учтиво поклонился и сообщил, что господин изволит так отдыхать уже несколько часов.

Юнике захотелось немедленно убежать как можно дальше и спрятаться. Лучше всего прямо сейчас уехать в следующую экспедицию, но ее отряд еще не добрался до замка. Оставаться здесь она не могла ни секунды. Но еще больше боялась, что ей придётся общаться и смотреть ЕМУ в глаза. Это будет пыткой.

Взяв себя в руки, она стала обдумывать, как теперь поступить. Единственное место в замке, где она могла себя сейчас почувствовать защищенной — это кухня, где работал ее друг. Девчонка со всех ног бросилась туда.

Горан уже вернулся назад и возился с посудой. Он готовил ужин для Юники и совсем не ожидал увидеть ее на пороге кухни.

По ее выражению лица, он понял, что что-то случилось:

— Я вижу, что вы не в духе, госпожа?

Юника села за стол:

— Горан, ты знаешь, что я не госпожа. Я не имею титула, так что давай просто Юника, ладно? — полушепотом, с трудом сдерживая слезы, проговорила несчастная девочка.

— Ну так ты расскажешь, что произошло? — он отставил посуду в сторону и смотрел вопросительно.

Она помолчала, собираясь с мыслями. Потом вздохнула:

— У тебя есть чего-нибудь перекусить? — сил не было не то, что рассказывать, а даже думать об этом.

Он улыбнулся и достал ей кусок ветчины, хлеба, овощей. Налил ягодный чай.

— Прости, я не успел ничего приготовить — гонец слишком поздно оповестил меня, что вы возвращаетесь.

-Нет, Горан, приехала только я, все остальные еще в пути будут часа три. Я просто хотела быстрее вернуться, увидеть Морока.

— Да, он сегодня смотрит театральную постановку. Но у него там много еды, почему ты не осталась? — Горан хотел ещё что-то добавить, но вдруг осекся.

При бывшем князе этот зал использовался не только и не столько как театр, а скорее как место, где его сиятельство устраивал вакханалии и с актрисами, и с наложницами. Юнике никто не сказал, что те горничные, которых она так недолюбливала, были при прежнем хозяине вовсе не горничными, а наложницами. Отчасти, это было причиной их наглого поведения. Они чувствовали свое превосходство над остальной прислугой. И хотя их уволили, но на смену им камердинер взял девушек гораздо моложе и красивее, и как оказалось, не просто так. И сейчас, там, наверху, ее любимый развлекался с ними.

Горан все понял без слов.

— Я тебе завтра приготовлю самые лучшие и вкусные пирожные в мире! Я сам придумал рецепт! — он смотрел на нее с сочувствием и жалостью.