— Юника! Он не идет! Он, наверное, только твои мысли читает!

— Возможно, тогда словами скажи ему.

— Давай вверх, в стратосферу! — приказал Кроом, и Кузя начал подниматься.

— Его Кузя зовут, между прочим! — крикнула она им вслед.

Кузя поднимался очень и очень медленно. У Кроома кончилось терпение, и он шлепнул коня по шее поводьями, но тот никак не ускорился. В результате они поднялись не выше, чем на пару километров и далее начали двигаться по горизонтали. Промучившись так минут пятнадцать, парень вернулся на поляну:

— Он меня не слушает! — раздраженно сказал зеленоглазый подопечный, спрыгивая с седла.

— Не может быть! — Юника взяла Кузю под уздцы, - Что случилось?

— Ну откуда я знаю?! — еще агрессивней ответил Кроом.

— Я не тебя спрашиваю! — осадила она его и посмотрела на Кузю. Но тот защипнул травы и стал жевать. Он вёл себя как обычная лошадь.

«Что-то происходит», — тревога вновь задергала ниточки в ее мозгу.

***

Голый торс Кроома ужасно смущал девушку. Да, он был прекрасно сложен, и даже шрамы его украшали, но ей все равно было все время неловко на него смотреть.

Она взяла его куртку и стала изучать пошив. Ткань была чуть грубее, чем на ее собственной куртке, но очень схожа. Поприкидывав так и эдак, она снова ушла за шалаш и выбрала самую крупную рыбу. Расковыряв ту, она выломала из позвоночника толстую реберную кость, из которой сделала иголку.

Теперь нужно было раздобыть нитки. Порывшись в седельной сумке, ниток она не нашла, зато она вытащила оттуда путлище. Оно было сострочено из двух длинных кожаных ремней. Ножом она распорола край и стала вытягивать черную нитку, пока не распустила полностью все путлище на два ремня.

Сняв свою куртку, девушка решилась на эксперимент: взяла нож, и воткнув его в ткань, полоснула сверху вниз, разрезав на две половины. В ту же секунду куртка появилась на ней снова, а в руках были обрывки старой.

«Ага! И тут вводные поменялись! Отлично!» — обрадовалась Юника. Раньше одежда лишь сама восстанавливалась на ней, а теперь еще и дублируется. Тут же в девушке ожил лучший портной, закройщик и швея одновременно.

Кроом уже спал, а она восстанавливала его одежду, кроя ножом и сшивая куски. К утру его куртка выглядела почти как новая, а на рубашке красовались аккуратно вшитые заплатки.

Проснувшись утром, парень с удивлением рассматривал расстеленную перед ним одежду. Изучив ночное творчество защитницы, он сложил куртку и убрал заботливо подальше в шалаш, а рубаху надел на себя.

Солнце уже основательно пригревало и катилось к полудню, Юники нигде не было видно. Он не спеша съел приготовленный ею завтрак, закусил остатками ягод и решил спуститься к реке.

Волны мирно набегали на песок, в глубине виднелись стайки малька, легкий ветер гулял, будоража водную гладь. Погода стояла отличная. Скинув штаны и рубаху, он вошел в воду. Свежеподернувшиеся раны стало чуть пощипывать, но Кроом не обращал внимания. Сильными и уверенными гребками поплыл на середину реки. Отмахав за считанные минуты около пятисот метров, он остановился и начал нырять. Течение в этом месте почти не ощущалось, и он все время видел берег.

Поплескавшись так минут тридцать, парень лёг на спину и поплыл к берегу.

***

Юника ушла с утра в лес за корешками для супа. Вернувшись с корзинкой, она спустилась к воде, чтобы помыть их. На реке ее взгляду предстала ужасающая картина: метрах в пятидесяти от берега барахтался ее объект. Его тело обвила какая-то здоровая змея, похожая на анаконду, только толще. Он безуспешно пытался вырваться, а она скручивала кольца вокруг него и извивалась. Они то уходили под воду, то появлялись на поверхности.

Выхватив из арсенала длинный нож, девчонка зажала его зубами и кинулась в воду. Мировой рекорд по плаванью на пятьдесят метров около двадцати секунд. Но у нее не было столько времени. Кроом все реже показывался из-под воды и каждый раз мог быть последним.

Юника улучшила этот рекорд, хотя сама и не догадывалась. Доплыв до Кроома, она нырнула глубоко под воду. Там развязалась борьба: девушка наносила удары по телу и голове змеи, пока кольца той не ослабли, и Кроом, наконец освободившись, быстро смог поплыть на берег.

Уже оттуда, с берега, он смотрел, как Юника с ножом пытается ухватить змею за голову, походу нанося ей удары в длинное гибкое тело. Змея изворачивалась и пыталась стянуть девушку кольцами или притопить. Еще минуты две они барахтались, затем все стихло. Огромное пятно крови окрасило воду в темно — бурый цвет. Защитница вернулась на берег и упала на песок. Ее волосы прилипли ко лбу, девчонка тяжело дышала, хотя лицо было абсолютно неподвижным, как будто она просто отдыхает.

Кроом с интересом рассматривал ее. В его мыслях появились первые ростки сомнений: «А стоит ли воплощать свой план, или лучше его слегка скорректировать»? Такая защита ему не помешает, пока он здесь: «Может надо еще раз все продумать, прежде пускать ее на обмен»?

— Почему ты стала ее добивать? Ты ж зря не убиваешь животных? — в своём обычном стиле начал издеваться парень.

— Пожалуйста! — коротко ответила она, услышав привычный язвительный выпад вместо «спасибо», и встала с песка. Удивительным образом ее волосы и одежда уже были сухими и чистыми.

Много недель Кроом изучал Юнику и понял, что силы ее небезграничны, но их предел достаточно высок.

«Скорее всего, ей дали все лучшее из ее мира, но ничего сверх того. Не очень щедро для таких могущественных покровителей», — размышлял он, совершая длительные прогулки по лесу и отыскивая подходящее место для свершения задуманного плана.

Однажды он набрел на бурелом, в центре которого была небольшая пещера, очень смахивающая на нору крупного животного.

Место это располагалось довольно далеко от их поляны, но парень прекрасно умел ориентироваться в лесу, поэтому легко запомнил дорогу.

Вечером он завел разговор:

— Мы торчим тут уже больше двух месяцев. Нужно что-то предпринимать. Сейчас, например, прекрасная погода, явно летний сезон, но как долго он будет длиться, и что мы будем делать, если наступит зима? Нужно начать готовиться уже сейчас.

— Что ты предлагаешь делать? — спросила Юника.

— Для начала устроить полноценную охоту и раздобыть побольше шкур, затем переделать шалаш во что-то более крепкое и надежное.

— Ты дом предлагаешь строить что ли? — удивилась девушка.

— Ну, тебя то я понимаю: твоя одежда не дает тебе замёрзнуть или промокнуть, но моя то — нет, — он закатил глаза, всем видом показывая, что ему претит объяснять такие простые вещи.

— Хорошо, завтра отправимся на охоту, — согласилась она, снова сделав вид, что ничего не заметила.

На следующее утро они быстро собрались и выехали.

Юника предлагала подняться над деревьями и высматривать оленей сверху, но Кроом настаивал на том, чтобы пробираться через чащу. Он вел ее к тому месту, где накануне заприметил нору.

Они шли несколько часов. По дороге им пару раз встретились олени, но парень сказал, что слишком мелкие, нужно крупней.

— Хорошо бы лося встретить или кого-то такого, массивного, — бормотал он, вглядываясь в зелень кустов.

— Да как мы его попрем-то? — возражала Юника.

— Мы только шкуру снимем и вырежем самые хорошие куски мяса, — парировал он.

— Ну так проще с неба лося-то найти! Давай поднимемся, — Юнике почему-то не нравился этот разговор.

Наконец начался бурелом. Тут девушка замерла и стала принюхиваться:

— Кроом, хищником пахнет, чуешь? — шепнула она и осторожно направилась в сторону норы, приготовив лук.

— Нет, конечно, я ж не собака какая, — даже в такой ответственный момент он не преминул указать ей на ее положение.

Она подошла почти вплотную к тому месту, где была нора, как вдруг откуда-то сверху на нее обрушилась огромная черная махина с длиннющими когтями. Юника, отбросив лук, мгновенно пригнулась и с кувырком отпрыгнула в сторону.

Перед ней вставал на задние лапы гигантский медведь. Просто удивительно, как он с таким размером взобрался на дерево, да еще спрятаться смог так, что она его не разглядела. Хотя, может и разглядела бы, если б ее внутренний охотник хоть раз встречал подобное. Туша почти под тонну весом и метров пять в полный рост заорала так, что оглушила все вокруг.