Иногда родители уходили пить в гости к соседям. Там у них были совместные застолья. В такие дни маленькая Юника вечерами ходила по всем знакомым и искала их. А потом пьяных волокла домой и укладывала спать.

С годами потребность родителей в совместных застольях стала угасать, и они, как и многие такие же бедолаги того времени, постепенно превращались в одиноких алкоголиков.

Да, детство Юники было здорово отравлено. Вдобавок к этому старший брат решил, что лучший способ снимать стресс — бить Юнику. Легкие пинки и тычки со временем превратились в настоящие удары. Сила ударов росла прямо пропорционально частоте возлияний мамы с папой.

За что? Да ни за что! Был бы повод. И повод находился почти каждый день: то посуду плохо вытерла, то ботинки неровно по линейке в коридоре поставила. Хотя он и так прекрасно понимал, что проблема кроется не в Юнике.

Годы шли, родители перешли в новую стадию: они превратились в хронических алкоголиков, а ссоры переросли в драки. Как говорится: «пили — били, так и жили».

Атмосфера в доме стала невыносимой, и девушка начала все чаще уходить из дома. Нет, она не прибилась к плохой компании и не пошла по стопам родителей — не начала увлекаться спиртным или запрещенкой, более того алкоголь ей был противен. Даже запах сигарет вызывал у нее тошноту. Но находиться в этом аду сил уже не было. Она стала совершать длительные прогулки по городу и окрестностям. Зачастую эти прогулки происходили глубоко за полночь. Нужно было дождаться, когда все дома уснут и тогда возвращаться домой. В такие часы она погружалась в раздумья о своей жизни, задавала себе вопросы и искала ответы.

В одну из таких ночей девчонка решила пройтись по набережной реки. Тихая теплая летняя ночь и чистое звёздное небо располагало к мечтательному настроению. Да. Юника мечтала. Мечтала о том, что когда-нибудь в ее жизни все изменится: не будет скандалов, драк и пьянок. Она рисовала себе другую судьбу: где не нужно тревожиться и бояться, не нужно стыдиться одноклассников и прятать синяк на скуле, полученный накануне от брата, который уже давно пил наравне с родителями и был очень агрессивным в пьяном виде, и когда она наконец сможет зажить по-настоящему. В этих мечтах не было места ее нынешней семье. Они просто были стерты.

Так вот, в ту ночь девчонка наткнулась на пьяную компанию, которая выбрала себе живописное место для распития горячительных напитков прямо на берегу реки. Трое молодых людей в окружении бутылок водки и пива, уже весьма немало принявших на грудь, оживленно о чем-то спорили и кричали.

Юника хотела тихонько обойти их и повернула в сторону, чтобы перелеском прокрасться мимо, но была замечена. Разгорячённые спиртным молодые люди окликнули ее. Она подошла. Да. Она не стала убегать или кричать. Увы. Многие годы выживания в ее семье научили ее лишь одному: быть незаметной и не спорить, ибо отстаивание своих границ лишь усугубляло расправу. В психологии это называлось выученная беспомощность. Юника просто рефлексировала на пьяных и агрессивных. Чего могут хотеть от восемнадцатилетней девчонки ночью? Ну конечно секса! Чем ей и предложили заняться по-хорошему, а иначе… Что будет иначе, она и так понимала, но не шевельнулась. Просто не смогла. Остолбенела. Руки, ноги и голова не работали. Полный ступор.

Один из парней подошёл к ней. Ухмыляясь, он оценивающе оглядел Юнику с головы до ног, обдав перегаром. Сунув указательный палец за воротник ее футболки, он оттянул ткань и заглянул внутрь:

- Ну-ка? Че тут у нас?

Юника резко дернулась. Тонкая ткань затрещала и стала расползаться.

- Не рыпайся! - его ухмылка перекосилась в злобную гримасу и он с силой толкнул ее.

Девушка упала навзничь и ударилась головой о что-то жесткое. Голова закружилась, все вокруг стало размытым, появился шум в ушах. Теряя сознание, она отдаленно ощущала, что чьи-то грубые руки стягивали с нее джинсы.

Однако еще через мгновение небо ахнуло белым светом. Это было похоже на вспышку молнии. Парни замерли в испуге. Юника почувствовала, что ее тело стало легкое — легкое, а в кармане джинсов сильно жгло. Она сунула руку в карман и мгновенно отдернула — на пальцах был ожог. Там, в кармане, лежал камушек. Обычный такой камушек, но с интересной историей.

***

Когда-то давно, когда Юника была совсем маленькая, она с родителями ходила на пляж. Летом, в жару, весь город отдыхал на этом пляже. Семья Юськи не была исключением. Родители занимались возлиянием горячительных на свежем воздухе, а она купалась. Плавать девочка не умела. Да и учить ее было некому — у родителей были дела поважнее, поэтому она барахталась на мелководье кое-как гребя по-собачьи. А еще любила «плавать» вытянувшись по поверхности воды и перебирая руками по дну. И как-то случайно ее пальцы схватили камушек. Некрупный такой камушек, серо-черный, размером не больше трех сантиметров в длину и одного сантиметра в ширину. По форме камушек напоминал яйцо. Юська решила, что это яйцо какого-то водяного животного и забрала его домой. Первое время она держала его в банке с водой, но потом ей надоело ждать «вылупления», и девочка закинула его куда-то на верхнюю полку стеллажа, стоявшего в ее комнате, благополучно забыв о нем.

Стеллаж был старый, громоздкий, на нем валялась куча барахла, которое очень неудобно было выгребать, поэтому мама нечасто добиралась до верхней полки, чтобы смахнуть пыль, а когда Юника подросла и стала сама убираться в своей комнате, то туда она вообще предпочитала не заглядывать.

В особо острые периоды пьянства отца и матери, к ним в гости приезжала бабушка или тетка из другого города. Они поочередно пытались вразумить нерадивых родителей взяться за ум и прекратить вакханалии.

Родители в эти дни ходили хмурые, неразговорчивые, не пили и даже не ругались, но терпеливо ждали, когда родственницы закончат нравоучения и убудут по месту жительства.

Маленькая Юська очень любила эти приезды. В такие короткие периоды наступала тишина и мир. Можно было выдохнуть, сделать паузу, и, наконец, спокойно пожить неделю — две, не сжимаясь как пружина и ничего не боясь.

В один из таких визитов тетка привезла икону. На иконе была изображена святая. Это была фоторепродукция с какой-то картины из музея. Бумажка, вырезанная из журнала, была вставлена в самодельную рамку. Не понимая, что с ней делать, Юська поставила ее на верхнюю полку стеллажа — подальше с глаз. Убрать куда-нибудь в ящик она не решилась почему-то.

Эх, кто бы знал, что эта икона очень ей пригодится.

Однажды, в один из рядовых будних дней, когда наступил вечер, маленькую Юську стали терзать мысли: «время уже к девяти, а никого нет». Она позвонила на работу матери, но там, естественно, никто не взял трубку. Отец вообще работал шофером — ему не позвонишь. Ей было лет семь- восемь. Брат в тот период уже был совершеннолетний, его забрали в армию, Юська была одна дома. Стало страшно. Прошла ночь, наступил день. А никто так и не пришел. Она собралась и ушла в школу, покормив себя остатками еды из холодильника. Но и вечером следующего дня тоже никто не вернулся.

Страх остаться совсем одной заставил разум Юники спешно искать решение. Сообщить соседям или пойти в милицию она побоялась - "выносить сор из избы" у них было не принято, потому что "стыдно перед людьми". Оставалось искать нетривиальное решение.

И тут девочка вспомнила про икону. Нет, она не была верующей, и даже не очень понимала, что это такое, но тётка сказала, что икона поможет. От страха и отчаяния детский мозг жаждал защиты, ну хоть какой-то защиты, и она эту защиту нашла! Маленькая Юська встала на колени и стала молиться Богу, чтобы он вернул ей родителей. Она не знала молитв и обращалась просто как к какому-то сильному и мудрому человеку.

И они пришли. Да, через три дня, но живые и здоровые. С похмелья. С тех пор она знала, что нужно делать. Ох, сколько времени она провела перед этой иконой за все свое детство! Сколько слез пролила…

Прошло много лет.