— Ух ты, — выдохнул один из молодых. — Вот честно, я не знал. Рик, вы, видимо, очень хорошо изучили этих ходячих?

— У меня не было выбора, — ответил я. — Либо понять, как они действуют, либо сдохнуть и поэтому мне иногда приходилось в одиночку зачищать магазины, где были целые толпы.

— Да как? — спросил самый старый из них, тот, что поопытнее. — Обычно зачисткой занимаются целыми группами, а вы всё это делали в одиночку?

— Да и один раз мне даже пришлось пройти через целую орду.

— При всём уважении, Рик, — подал голос тот самый самоуверенный парень, который кричал, что всё понял, но, похоже, ничего не понял, — мне кажется, вы пиздите, как вообще можно пройти через орду?

— Легко, — я пожал плечами. — Если обмазаться их внутренностями, они перестают на тебя реагировать, главное, чтобы на теле не было мелких царапин и при этом стараться не выдавать себя, в противном случае ты просто подхватишь вирус и умрёшь либо привлечёшь внимание и тебя съедят. Хотя самая большая концентрация вируса находится именно в ротовой полости и под ногтями, а сама их кровь хоть и заразна, но не настолько сильно.

— А простите, откуда вы это знаете? — спросил кто-то.

— Я встретил одного вирусолога из ЦКЗ.

Меня перебили:

— В смысле? Те, что занимались созданием лекарства от этого?

— Да, — ответил я. — Лекарства они так и не нашли. А сам вирусолог… покончил с собой.

Повисла тишина, которую нарушил один из парней, до этого молчавший.

— То есть получается, вакцину вообще ждать не стоит?

— Не стоит, — ответил я. — Тот вирусолог довольно плотно изучил вирус и он устойчив практически ко всему: его не берут никакие антибиотики, он не боится ни холода, ни жары, да и почти все лекарства для него не представляют никакой опасности. Только радиация ему опасна, но её нужно столько, что начнёте светиться в темноте и, как вы понимаете, этот вирус находится внутри каждого из нас. Только сейчас он в спящем виде.

Я сразу заметил, как у них поникли плечи, а кто-то тихо выругался.

— Не стоит отчаиваться, — решил я их немного подбодрить. — Это не приговор.

Правда, помогло это не сильно.

— Слушай, Рик, — начал тот кто постарше. — Они не все такие крутые, как ты, и для многих узнать это… — он замялся, подбирая слова. — Не очень приятно.

— Да, ну вы же должны понимать: этот вирусолог не единственный в мире. Наверняка есть целые лабораторные комплексы, которые сейчас этим занимаются, так что наша задача просто не сдохнуть, я уверен, что однажды лекарство найдётся.

Пусть я говорил это почти искренне, но, будем откровенны, сам не верил в свои слова, но это не значит, что это ложь, я уверен, что где-то есть те, кто трудится над созданием лекарства и возможно, если всё получится, однажды я увижу мир без ходячих.

— Ладно, что-то вы раскисли, давайте собирать припасы...

Дальнейший сбор проходил в основном молча, лишь молодняк иногда перекидывался фразами, из тех кто постарше, было всего трое, включая меня. Ну, те мужики просто молча делали своё дело, да и вообще, мне кажется, Губернатор приставил их ко мне чисто для наблюдения, впринципе, пусть наблюдают, мне не жалко.

Мы собрали всё, что только можно было собрать, а ребята особо радовались рулонам туалетной бумаги. Один даже пошутил, что подтираться старыми обоями как-то не очень.

В принципе, когда мы жили в Саванне, проблем с туалетной бумагой у нас не было, ведь когда для небольшой группы целый город является ресурсной базой, о таких мелочах даже не задумываешься и ладно сейчас, а что будет через несколько лет? Вроде мелочь, не особо важная, но неприятно, когда что-то лишает нас комфорта, и настроение портится. Ладно, об этом буду думать позже.

В итоге всё найденное мы закинули в микроавтобус, расселись сами и двинулись в путь. По дороге настроение у людей приподнялось и ещё бы, ведь они едут с вылазки, продукты нашли, и никого не потеряли.

— Знаешь, Рик, а ты молодец, — сказал тот самый мужик, который, как я подозревал, что следил за мной.

— М? — я оторвался от окна и посмотрел на говорившего.

— Я говорю, ты всё сделал чётко. Показал молодым, как нужно работать, своим примером доказал, что ходячие не такая уж большая угроза и достаточно просто не быть идиотом, чтобы выжить, да и я подчеркнул много чего интересного для себя.

— Ну, я рад.

— Да, Губернатор меня просто побыть с вами, чтобы я помог тебе, если чего, ну ты понимаешь молодые, горячие, рвутся доказать и что они просто исключительные... Но я вижу, ты и сам справился на отлично, сразу видно, что тебе приходилось нелегко. Слушай, Рик, я хотел спросить: ты воевал где-нибудь?

Если насколько помню, оригинальный Рик ни в каких конфликтах не участвовал, а значит и я нет.

— Нет, — покачал головой. — Только с каннибалами.

— Ммм, — он кивнул. — Слышал эту историю. Жутко, такие твари, просто хуже «железных». Хотя по слухам, «железные» тоже недалеко от них ушли.

Рядом раздался голос одного из молодых.

— Ага, тоже слышал об этом, только я вот в толк не возьму: чего они вообще хотят? — он почесал затылок. — Нет, вы не поймите меня неправильно, просто всё это звучит вообще как-то дико, на них вешают все возможные ярлыки: убийцы детей, насилуют, каннибалы. А сами-то хоть что-нибудь из этого видели?

Сбоку раздался другой голос.

— А ты что, к «железным» хочешь? Иди. Если вдруг выживешь, и тебя не сожрут и не выебут, топотом расскажешь.

— Ой, да пошёл ты на хер, Стивен, вот хочешь сам и пиздуй. Мне вот просто реально интересно: неужели люди бывают именно настолько мразями? Просто это вообще звучит как-то, блядь, карикатурно, что ли...

— Джони, — произнёс мой собеседник, — просто не думай об этом. За тебя будет думать Губернатор, у него есть голова на плечах и если он сказал, значит так и есть.

Хм. Возможно, появился первый кандидат на вербовку, видно, что головой он своей думает, а история про «железных» действительно становится какой-то карикатурной, слишком губернатор перестарался, и если сомневаются подобные ему, то наверняка есть и другие, нужно его как-то аккуратно подтолкнуть… И при этом самому не спалиться.

— Вообще, сколько я путешествовал, про «железных» не слышал, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. — Встречал, конечно, разных людей, с которыми мы пересекались, у них была разная мотивация. Даже у тех каннибалов, ведь им просто нечего было есть, у них припасы забирали бандиты, ну а бандиты в основном бывшие уголовники, а вот про «железных» у меня в голове не укладывается. Ведь, по словам, они обладают какими-то технологиями, у них целый город, так зачем у кого-то что-то требовать?

Надеюсь, я не перегнул палку.

— Вот и я о том! — тут же закивал парень. — Вот действительно, нахрена? У них же свой собственный город! Зачем им разорять другие поселения? Ладно у нас маленький городок, ну у них же там целый город! Да и вообще видели мы этих «железных»? Нет!

— А то, что эти мрази перебили кучу наших людей, тебя не волнует? — раздался голос с переднего сиденья. — Разве там не погиб твой брат, а, Джони?

— Да знаю я, знаю… — парень поник. — Просто я не могу понять мотивацию тех людей. Да и, как бы паскудно это ни было признавать, ведь мы же сами к ним полезли. Ведь если бы…

— Джони, закрой свою поганую пасть, — оборвал его голос с переднего сиденья. — Ребята поехали, чтобы ты, сука долбоёб, такой жил. Они своей жизни отдали, чтобы защитить нас от «железных». Джейк был хорошим парнем и всегда болел за то, чтобы у нас всё было хорошо, он первым пошёл добровольцем, когда другие ещё мялись, а ты тут, блядь, сидишь и рассуждаешь, хорошие «железные» или нет.

Джейк? Это случайно не тот, кто приласкал своим ботинком лицо Тайлера? Хм…

Вот это была действительно интересная информация. Что же, кажется, я знаю, какой ниточкой можно воспользоваться.

***

Два дня спустя.

Джони пришёл домой после очередного дежурства, заварил себе дешёвого кофе на электрической плитке и с этим кофе направился в спальню, что бы поваляться и почитать какую-нибудь книгу. Когда он зашёл, его удивлению не было предела: в комнате кое-что изменилось, по крайней мере, одна маленькая мелочь. На его прикроватной тумбочке лежала рация, а под ней записка.